Читаем без скачивания Смертельная ртутная ложь - Глен Кук

– Возможно. В некотором роде. У меня появился легкий интерес к делу, когда я решил, что на Западной стороне ты наткнулся на что-то существенное.

– То, что ты тогда сказал, стало ключом ко всем событиям, – приврал я. Впрочем, это не было ложью. Скорее – не совсем ложью.

Правда в том, что я дошел до всего, размышляя над полученной информацией. В конце концов я докопался до истины, но Дотс был прав: сначала я ошибался.

– Передай Торнаде все, что я сказал! – гаркнул я вслед удаляющейся фигуре. – И, обращаясь к Морли, спокойно добавил: – Она наплюет на мое предупреждение и сотворит какую-нибудь глупость. Но по крайней мере моя совесть будет спокойна.

64

Я ожидал услышать новые стенания по поводу отпущенного парня, но Морли откинулся назад и, похоже, уже выбросил его из головы.

Наблюдать за ним становилось все интереснее…

– Брось, Гаррет. У меня действительно возникла эта идея, но потом я передумал.

Я наградил его выразительным поднятием брови.

– Вчера вечером Джулии не было, меня никто не отвлекал, и я начал думать об Орле. И знаешь, до чего додумался? Во всей эпопее нигде не сказано, что он был действительно богат – во всяком случае, по нашим стандартам.

Я позволил себе самодовольно усмехнуться. Мой дорогой друг только что сообщил мне, что я видел все в правильной перспективе.

– А ты, кстати, не задумывался, как это Орел исхитрился убить тех рабов? Если он был слеп и настолько слаб, что не мог самостоятельно спрятать сокровища, как он сумел в одиночку уложить их всех?

Очевидно, Морли никогда не размышлял над этой проблемой.

– Иногда мне нравится, как работают твои мозги, Гаррет.

– Разреши мне поведать о том, что тебе скорее всего не известно. – Я раньше и сам не знал этого. Меня просветила Линда Ли, пока я читал сагу. – Большая часть подобных книг сочиняется по заказу самих главных героев. «Вороны» были написаны внуком сестры Орла, и не исключено, что при прямом его участии. Они начали свой труд задолго до событий, связанных с сокровищами и убийством рабов. – Уверен, еще немного, и ты дойдешь до сути.

– Сам увидишь, если, конечно, ты не более туп, чем прикидываешься. Итак, парень заказывает героические истории о самом себе. Он выбирает не только то, что достойно описания и должно быть вставлено в книгу, но и то, что следует приглушить или опустить вовсе.

– Скажем, что Орел не добился большого успеха, потому что имел вздорный характер и постоянно хватался за меч? Или что его дар чародея был чрезвычайно слаб?

– Точно! В чародействе его обвиняли другие, но совершенно ясно – это не были выдающиеся способности, подкрепленные необходимой учебой. Он бы орал во всю глотку, если бы действительно обладал большим даром. Но кое-что он все же мог делать, и это позволяло ему выходить из сложных ситуаций.

– Значит, на сокровище может быть наложено заклятье?

– В древние времена так обычно и поступали.

– И по соседству с драгоценностями бродят злобные духи?

– А с какой целью, по-твоему, убивали рабов? Типы, подобные Орлу, вовсе не редкость. В наше время они пытаются использовать свои жалкие магические способности, чтобы быстро обогатиться. Все свое время они проводят за игрой, пытаясь воздействовать на кости, а затем, после разоблачения, долго учатся передвигаться на костылях.

– Кроме того, если клад и обнаружат, он не будет чем-то выдающимся. В те времена богатство оценивалось не так, как сейчас.

– Естественно. Но мне в голову пришла одна мысль.

Делиться этой мыслью со мной он почему-то не стал.

– Ну?

– Я хотел проверить, не заразился ли ты от своего партнера дурной привычкой – читать мысли. С другой стороны, мне было любопытно, способен ли ты определить, что дважды два – четыре?

– Я-то? Ясно, что нет.

– Серебро, Гаррет, серебро. Ты уже это сказал. В те примитивные времена они оценивали богатство совсем иначе. Серебро стоило дешево.

Теперь же дело обстояло по-другому. Даже после окончания войны, когда основные серебряные копи оказались под контролем Каренты, ощущался острый дефицит белого металла. Бизнес просто задыхался от нехватки серебряных монет.

Серебро является источником энергии для магического искусства высшего порядка. Совсем недавно оно по цене догнало золото. Королевский Монетный двор предпринимал отчаянные попытки чеканить альтернативные платежные средства, некоторые из них получались весьма экзотическими и громоздкими.

Серебро. Да, это именно то, что могло пробудить стяжательские инстинкты у многих.

– Клянусь дьяволом по имени Гарри! – повторил я любимую присказку бабушки. – Похоже, ты сейчас добрался до самой сути всех вещей.

Это даже объясняло, почему такой сноб, как Маренго Северная Англия, проявил интерес к дочери печально знаменитой Мэгги Дженн. Это объясняло все безумные события, которые развернулись вокруг внешне простого дела.

Ожидалось, что нехватка серебра сохранится довольно долго.

А может, и навсегда, если контроль над уровнем добычи установят не те люди.

– Но что я могу здесь поделать? – прошептал я.

– Прости, не расслышал, – сказал Морли.

– Думаю, что ты прав. Множество людей заинтересовалось сокровищами Орла из-за деформации рынка металлов. В другое время эти люди и не подумали бы о кладе. Возможно, в их числе и папочка моей любимой.

– Текущая цена серебра, видимо, действительно все объясняет.

И он поднял одну бровь, несказанно меня изумив. Я подавил вздох:

– Ты что, тренируешься?

– С незапамятных времен. Так что же насчет отца Чэс?

– Ты можешь называть это интуицией, но я готов держать пари, что Дождевик и Мэгги Дженн в свое время увели у него первое издание второго тома «Воронов». Эту книгу, убегая из дома, прихватила Эмеральд. Она хотела отдать ее на хранение Виксону и Уайту. Меня наняли из-за этой книги. Именно поэтому вокруг Эмеральд создавались улики с оккультным душком. Кливер знал, где девушка, но не мог наложить на нее лапу. Он рассчитывал столкнуть меня лбами с этими безумными активистами – борцами за людские права – и таким образом, возможно, заполучить девчонку.

Я отодвинулся чуть в сторону, чтобы как следует рассмотреть Морли. Тот глазел куда-то в пустоту, слушая меня вполуха.

– Итак?

– Я был прав. Это еще одно из возможных объяснений. Но ты понимаешь, что твои теории противоречат друг другу?

– Но не исключают. Людьми всегда движет множество тайных мотивов. Ты, например, помогаешь мне вовсе не по тем причинам, что заставляют меня помогать отцу Чэс.

– Не стану спорить, хотя и мог бы. Ты уже все для себя решил?

– В каком смысле?

– Что станешь делать?

– Я намерен добрести до этого поместья. Послушать, что скажет Эмеральд.

– У тебя больше храбрости, чем мозгов, Гаррет. Ты лезешь в глубокие какашки.

Я рассмеялся. Профессиональный убийца не должен произносить слов, которые употребляют нехорошие шестилетние мальчики.

– И при этом с открытыми глазами.

– Пытаешься сыграть роль Торнады?

– Что?

– У тебя, как и у нее, всегда свой взгляд на вещи.

– Просто я не такой параноик, как ты, и знаю, как разговаривать с этими людьми. Надо польстить их самолюбию, дать понять, что ты в восторге от каждой извилины в их мозгу, и они примут тебя как члена королевской семьи.

Дотс был не согласен, но не стал спорить, а всего лишь предложил:

– Может, тебе лучше взять с собой Плоскомордого?

65

Я не стал брать с собой Плоскомордого. Помощь мне не требовалась – я всего-навсего собирался поболтать с молоденькой девушкой.

Я не взял никого себе в компанию, убедив себя, что Маренго Северная Англия исповедует старомодную суровую честность в своих делах.

Так я оставил себя в дураках. Горячее желание повидаться с Эмеральд Дженн привело меня вовсе не к Маренго Северная Англия. Имение принадлежало типу, посылавшему своих головорезов измолотить меня – и это я мог бы без труда установить, проведя минимальное предварительное расследование. Имением под названием «Вершины», оказывается, владел некий Элиас Давенпорт. Этот Элиас Давенпорт считал Маренго Северная Англия мягкотелой задницей, способной только трепать языком по поводу прав человека. Сам же Давенпорт был готов действовать.

И почему я плохо слушал, когда Скользкий объяснял мне, кто принес письмо?

Проникнуть на территорию «Вершин» оказалось несложно. Труднее оказалось обеспечить спокойную встречу с Эмеральд.

Глупец. Я полагал, что они позволят мне встретиться с девицей, затем выкинут меня из головы и забудут обо всем. Я не учел, что эти типы уже пошли вразнос.

Однако очень скоро мне стало ясно истинное положение дел.

Ребята, с улыбкой распахнувшие ворота имения, начали шутить, как только металлические створки со звоном захлопнулись за мной. Их юмор оказался довольно убогим. Продолжая ухмыляться, они попытались врезать мне по почкам.