меньше, активно царапавшийся зараженный на первом этаже все же открыл дверь и вышел к нам, попав под катану Жеки.
В этот раз мы смогли поговорить со всеми жителями, единственно, что открыли двери только половина из них. Остальные разговаривают через железную дверь и не торопятся выходить на контакт с бандитами и просто подозрительными личностями, увешанными стволами и холодным оружием, с руками по локоть в крови больных и несчастных людей, как заявила одна толерантная тетка, не открыв, впрочем, дверь.
Открывшие, как я понимаю, или посмелее, или уже зависят от еды в более близкой перспективе.
На каждом этаже я повторил заготовленную речь, о выдаче продуктов за определенную работу:
— Требуются пара молодых парней или мальчишек, с крыши дома в светлое время присматривать вокруг дома и докладывать мне о происшествиях.
— Требуются мужчины, которые погрузят и вывезут тела, лежащие под домом в парк и там же выгрузят их.
— Сколько продуктов? — поинтересовалась пара мужиков и услышав, что большое количество за такую грязную работу, на неделю хватит.
— А оружие дадите? — поинтересовался самый хитрый.
Тут уже Ира не выдержала и послала его в пешее эротическое путешествие, на что он обиделся и сказав:
— Вам надо, вы сами гнилые трупы и грузите, — и хлопнул дверью.
— Ну, дом проверили, зараженных уничтожили, с народом пообщались — теперь и о себе можно подумать, — резюмировал я и скомандовал посадку.
— Куда едем? — спросил Жека у меня, запрыгнув за руль.
— Подумать надо, — почесал я затылок, — Нам бы какой-нибудь Чероки, Крузак или Паджеро, что-то такое рамное и тяжелое, лучше, конечно, с кенгурятником.
— Поехали вокруг центра, объедем его весь. Может что-то и найдем на дороге. Около домов все машины закрыты и ключами никто не поделится. Если добровольно, — подчеркнул я.
— Почему они такие? — гневно раздувая ноздри, спросила Ирина, похоже, после обхода дома этот вопрос ее сильно заинтересовал.
— Не так уж и важно, почему. Просто, лучше это понимать, — отвечаю я.
— Кстати, мы пока все силы бросаем на кач, а ведь, нужно еще думать, где базу делать самим или к кому прибиваться. Пока, только в части внутренних войск слышно, как стреляют, значит, власть там еще нормальная осталось, — добавляю я.
— Нормальная? Ты в этом уверен? — спрашивает наша пострадавшая, о чем Жека не знает.
— Не уверен, могут и там подонками оказаться, — не стал скрывать я.
— Человеческая натура в такие суровые дни — непредсказуемая вещь, поэтому, никуда сразу лезть не станем. Просто, место для базы хорошо бы начать готовить. Промзону какую или в деревню податься. Если сами по себе останемся.
— А чего тебя наш дом не устраивает? — интересуется Ира.
— Да провоняется он через несколько дней и … — успеваю ответить я, как замечаю заправку и направляю Жеку на нее.
Газпромнефть поставлена здесь недавно, такой современный островок света и чистоты, на пустыре, на расстоянии двухсот метров от домов и пока никто в нашу сторону не бежит от них.
— Заезжаем и быстро пистолет от дизеля в бак. Если электричество есть, само должно политься, подзаправиться — это очень хорошо.
Мы паркуемся и не глушим мотор, Жека занимается топливом, из пистолета и правда льется солярка. Ирина занимает позицию за машиной, мы с Оксаной забегаем в магазин, и я сразу хватаю пару двадцатилитровых канистр с витрины и тащу их к Жеке, Оксана собирает то, что осталось на витринах из продуктов, все эти треугольники-бутеры и чипсы с лимонадом.
— Серый, уже бегут, — предупреждает приятель и вытаскивает пистолет из бака, начиная наполнять первую канистру.
— Я прикрою. Хотя, ты там нужен будешь. Оксана, наполняй канистры! — кричу я выскочившей за мной девушке. Ира, ты с нами, страхуешь, — приказываю я.
Зараженных пока немного, и они от нас далеко, я проверяю машины, припаркованные на самой заправке и нахожу ключи в корейском внедорожнике с автоматом. Кто-то из хозяев поленился их вытащить и теперь даже забыл, что умел когда-то ездить за рулем, пистолет остался в баке и я завожу машину, датчик мне сигнализирует, что бак полный.
— Отлично, одну машину нашли! — кричу я всем и добавляю, что пусть заправляют все канистры, я сейчас погоняю зараженных и отведу их в сторону.
— Оксана, ты с Женей, Ира — в машину!
Мы запрыгивает в корейца, и я выезжаю с заправки и молюсь, чтобы никакой черной метки здесь не оказалось, и машина не заглохла через десять секунд. Поэтому, сначала увожу зараженных в сторону, метров на пятьсот и когда вижу в зеркала, что Хаммер трогается в места, разворачиваюсь и еду ему навстречу, объезжая зараженных.
Слабоват этот джипик, чтобы основным идти, только сбоку и на подстраховке сгодится, поэтому я, поравнявшись с Хаммером, разворачиваюсь и начинаю его догонять, сбивая первых помятых и успевших отскочить в сторону зомби. Прикрываясь могучим Хаммером, мы делаем пару заездов, понемногу сокращая очередь желающих перекусить нами и время от времени вылезая, чтобы подстраховать друг друга в рубке. Потом меняемся машинами, за рулем женщины и снова выбиваем ухающее население зараженных районов.
Через полтора часа такого кача, уведя толпу в сторону, возвращаемся к заправке и заправляемся, осматривая машины. Брутальный Хаммер с мощным бампером и высоким кенгурятником не имеет видимых проблем, у цивильного корейца все печальнее, пластиковый бампер улетел сразу, что-то течет из-под капота, сам капот не отрывается и как-то страшновато уже ездить по толпам зараженных на нем.
Все равно его заправляем и немного мародерим на заправке, забирая зачем то денежную кассу, пару канистр с маслом и в подсобке, выбив дверь, находим еще пяток больших канистр, заправляем их дизелем и бензином. На всякий случай, если попадется машина с ключами и пустым баком.
Потрепанная вереница недобитых подтягивается к нам, поломанные и побитые зомби растянулись в длинную полосу и тут мы стоим до конца, вырубая подходящих по очереди и подстраховывая друг друга, Ирина с винтовкой из машины страхует нас от слишком шустрых зараженных, появляющихся время от времени на выстрелы из глубины этого района центра города.
— Нам памятник должны поставить в городе, — сообщаю я всем слушателям, когда поток прерывается ненадолго, —
