Держу ее легким ветром и направляю на нее воду. Мылю мочалку, и начинаю отмывать тело. Никакой эротики тут нет. Нельзя пропустить ни клочка кожи, испачканной в яде. Кручу ее во все стороны, проходясь жесткой мочалкой по всем местам. Она содрогается от моих прикосновений, но мне все равно. Все похабные мысли убраны подальше, хотя, я все равно ощущаю дикое желание. Свое? Нет, ее. Возвожу еще один щит, но это не сильно помогает. Зов крови сильней магии, значит, надо закругляться, иначе не выдержу!
Выношу ее из душа, высушиваю ветром и оставляю сидеть на стуле. На кровать, покрытую мерзкими пятнами яда, ложиться нельзя. Ее вообще лучше сжечь. Ныряю в освободившийся душ и долго стою под сильными струями прохладной воды, пытаясь смыть с себя не только физическую грязь, но и нервное напряжение… Устал, как же дико я устал!
Выхожу, завернувшись в полотенце. Она смотрит на меня, не отрывая блестящих от недавно пролитых слез глаз, после чего покорно опускается на колено.
— Господин, — слышу я ее, и на меня накатывает поток ее эмоций. Любовь, обожание, нестерпимое желание близости со мной…
— Встань, — холодно роняю я, стараясь абстрагироваться от ее чувств. — Отныне ты — Громова, а мы никогда ни перед кем не вставали на колени. И ты не смей. И я тебе не господин, а близкий родственник, даже ближайший, можно сказать. В тебе — моя кровь, моя сила, я равный тебе. Теперь пошли, познакомлю тебя с теми, благодаря чьему заступничеству ты жива.
Снимаю защитный барьер с комнаты, первым выхожу из нее. Мирами послушно следует за мной неслышной тенью. Если бы не кровь, я бы даже не почувствовал ее движения.
Выходим в столовую, все девушки сидят за столом, как ни странно, трезвые, и смотрят на нас.
— Знакомьтесь, это Мирами Громова. Я сделал, как вы хотели, значит, разбираться с последствиями будете сами. Найдите ей подходящую одежду и введите ее в курс дела, а на сегодня все тренировки отменяются. Позже сам познакомлю ее с дедом и сестрой. А я пока поднимусь к себе, немного отдохну. У меня есть дела, так что не тревожьте меня, пока сам не выйду. На этом все.
Провожаемый многочисленными взглядами, я поднялся к себе и лег спать, дав команду проснуться через два часа. Не думаю, что за это время тот, кто натравил девушку на меня, уйдет далеко. Ведь он пока не знает, чем все закончилось. Хотя, возможно, ему это и не надо. Дал наводку и исчез. Но, в моем случае это значения не имеет. Его след я чувствовал, поэтому, где бы он ни находился, найти его не составит труда. Даже если подохнет, я не поленюсь отыскать его душу и допросить. Да и духов Серого мира подкармливать иногда надо. А грязная душа убийцы для них самое изысканное лакомство…
Мирами Громова
— Садись, подруга, — услышала я голос одной из девушек, сидящих за столом, что настороженно смотрели на меня. — Общение с нашим мужчиной всегда вызывает дикий голод. Девочки, у кого-нибудь есть одежда подходящего размера для будущей родственницы? А то Влад тут все слюной зальет, облизываясь на ее грудь.
— Я принесу, — ответила ей другая девушка и под смешки остальных выскользнула из-за стола.
Не смея поднять глаз, я заняла место с края стола, и передо мной сразу, как по волшебству, стали возникать тарелки с разнообразными ароматными кушаньями. Но, несмотря на дикий голод, я не спешила приступать к еде. События этого дня пронеслись ошеломительной чередой перед глазами, и дикий стыд заполнил каждую мою клеточку. Слезы сами полились из моих глаз, и я, уже не в силах сдерживаться, заплакала, спрятав лицо в ладонях.
— Возьми себя в руки, — услышала я все тот же голос, и звучал он участливо, но без излишней жалости. — Тут тебя жалеть никто не будет. Ты обязана своей жизнью всем сидящим за этим столом, вот и докажи, что мы были правы, уговорив мужа вернуть тебя к жизни. И для начала — прекращай плакать и давай знакомиться. И можешь одеться. Влад нас одеждой не балует, но сегодня сделал исключение.
Вытерев слезы, я увидела девушку, что держала в руках ворох одежды и приветливо мне улыбалась.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Привет, я Вероника, но можешь звать меня Ника.
— Мирами Ичивара, — машинально ответила я, подняв на нее благодарный взгляд.
— Ошибка, подруга, ты теперь Громова. Черт, девчонки, опять нас обскакали! Такими темпами мы не скоро получим его фамилию. Может, стоит умереть, чтобы Влад как-то ускорил процесс?
За столом послышался громкий смех, и я позволила себе робко улыбнуться.
— Ау вас уже все было? — нетерпеливо подалась вперед другая девушка.
— Виттория, вот ты озабоченная! — ответила ей её соседка, как две капли воды похожая на ту, что принесла мне одежду. — Ты же видишь, она не в себе.
— И что? Она голая, Влад только в полотенце вышел. Тем более, он говорил, что может не сдержаться. Так что вполне закономерный вопрос.
— Не было ничего, — залилась я краской. — Всю излапал меня в душе с каменным лицом, а дальше ничего не сделал, — с обидой закончила я.
Звонкий смех окружающих заставил меня покраснеть еще больше.
— Ты бы видела его лицо, когда он вышел! Меня, кстати, зовут Селена, я тут пока единственная жена Влада, правда, младшая. Думала, он на нас набросится, настолько возбужден был. А в отношении тебя — он как маленький мальчик, которого гложет обида. Ничего страшного, отойдет. Да и грудь твоя ему понравилась, вон, даже от Аштар за это камнями по голове получил.
— Надо было ему по другому месту камнями надавать, — буркнула названная девушка, — кобель чертов.
— Это вот кто сейчас говорит? — засмеялась эльфийка. ЭЛЬФИЙКА!!!! А я-то думала, мне во время боя померещилось.
— А кто к нему в трусы полез, несмотря на остальных и не соблюдая очередь?
— Я богиня, мне можно! — возмущённо парировала та, но предательски залилась краской смущения и поспешно уткнулась в стакан с соком, стараясь скрыть румянец на щеках.
— Расскажи, кто ты и откуда, — попросила меня по виду моя соотечественница. — Я, кстати, Хидеки.
— Хидеки? — удивилась я, всматриваясь в черты её лица, казавшегося мне смутно знакомым. — Никамура?!!!
— Ага, — улыбнулась она.
— Госпожа! — вскочив, я склонилась в поклоне перед принцессой Японии.
— Перестань, — неожиданно поморщилась она. — Здесь нет принцесс и простолюдинок. Тут все — женщины Влада, и между нами нет титулов. Да и ты теперь носишь его фамилию, что стоит по значимости выше многих императорских. Так что не удивляйся, если тебе будут кланяться императоры, а не наоборот, — с некоторой завистью улыбнулась она. Затем продолжила:
— Войти в род Громовых — огромная честь, но и не меньшая ответственность. А теперь расскажи о себе и, как говорит Влад, как докатилась ты до жизни такой. А потом будем решать, что делать, пока он спит. А то проснется и пойдет творить добро во всем мире. И, боюсь, мир может этого не выдержать.
Мой рассказ много времени не занял, да и рассказывать было особо нечего. С отцом мы жили скромно, да и он постоянно пропадал на заданиях. Частная маленькая школа, как маг, я почти не развивалась, потому что денег на академию не было, а подписывать кабальный контракт отец запретил. Учил меня всему, что знал сам, и после последнего задания собирался ввести меня в круг наемников, чтобы начать работать самостоятельно. Но не срослось.
И вот теперь я сижу с теми, кого пришла убить. Да, меня подставили, это я теперь понимала очень отчетливо. И я знала, где искать того, кто это сделал. Я чувствовала его, правда, очень далеко, но след был. Привычка не оставлять без внимания любые свои контакты, крепко вбитая отцом, пригодилась и сейчас. И его надо было найти. Об этом я тоже рассказала девушкам, описав свою встречу с незнакомцем со всеми подробностями, что смогла вспомнить.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
По мере рассказа их лица темнели, а эльфийка, так вообще, заметно занервничала.
— Влад знает? — кинула мрачно она.
— Я думаю, да. Он хорошо покопался у меня в голове…
— Черт! — выругалась она и рванула куда-то наверх. Следом за ней помчались и остальные девушки. Догнав их, я увидела, что они замерли перед распахнутой дверью, ведущей в пустую комнату.
