навещает древний колдун из горной долины, отваживал от этих мест всякие горячие головы. Никто не хотел связываться с темным магом.
— Ну, слухи не так, чтобы врали, Борн. Я заехал за вещами, — сказал я трактирщику. — А после вернусь в Мибензит. Но смело можешь говорить каждому, что моя башня останется стоять там, где и стояла. Понял?
Выражение облегчения на лице Борна сменилось испугом и печалью, но мужчина довольно быстро взял себя в руки и важно закивал. Я дал ему понятное задание — осадить тех, кто много трепал языком, и дать местным понять, что скоро я вернусь в родные края. А когда будет это «скоро» — пусть гадают сами.
— Я все понял, господин. Обождите немного, сейчас подготовлю воду для вас.
На Армеля же он даже не посмотрел. Две комнаты — значит, Владыка прибыл вместе с этим мужчиной. Может, я завел себе слугу? Вдаваться в подробности, кто именно сопровождает меня сегодня, трактирщик не стал.
Мы со шпионом уселись за один из свободных столов. Ольха принесла перекусить немного козьего сыра, лепешку и по кружке горячего травяного отвара, чуть отогреться с дороги, после чего быстро убыла в недра постоялого двора, готовить банную комнату для меня.
— Вижу, вы тут не в первый раз, — усмехнулся Армель, грея ладони на глиняной кружке.
— Не в первый, — согласился я.
Рассказывать о своем любимом трактире, где останавливаюсь каждый раз, спускаясь с гор, я не хотел.
— Так это то самое место, которое поколениями дает постой Владыке Демонов? — продолжал расспросы Триерс.
Я только тяжело зыркнул на шпиона, после чего тот заткнулся. Понял, что я не в настроении вести досужие разговоры, тем более об этом месте.
— Этот город стоит в тени моей башни, — все же ответил я Армелю. — Я видел первые лачуги, которые потом выросли в полноценное село, а после и город.
— Странное место для города, — сказал шпион, отрывая очередной кусок лепешки. — Ни тебе рядом рек, ни густых лесов.
— Торговый путь с запада на восток, — пожал я плечами, отпивая отвара из кружки. — От Мибензита и Пелофа слишком далеко до Кхеро. А природа не терпит пустоты, вы сами должны это понимать, господин Армель.
— Может и так, — согласился шпион.
На следующее утро мы отправились в сторону моей долины. Свежие кони, припасов всего на три дня, у меня минимум вещей. Ехали налегке. Если потребуется, Армель останется за внешним контуром и будет ждать меня в поселке охотников. Брать шпиона Святого Престола с собой в долину я не намерен: Триерс все еще оставался моим врагом, пусть, как и сказал мужчина, сейчас мы с ним находились на одной стороне истории. Не стоит святошам знать, как устроена моя долина, на каком удалении друг от друга стоят охранные камни и сколько времени потребуется, чтобы достичь башни.
Понимал это и сам Армель, да и по лицу мужчины было видно, что в дом Владыки Демонов он не рвался — из таких мест живыми обычно не возвращаются, так что мое решение принял с определенным спокойствием.
Староста Варин при виде моей фигуры недовольно скривился и я в очередной раз пожалел, что человеческий век столь короток и Орин уже умер. Со стариком у нас получалось найти общий язык, Варин же был спесив и горделив, словно эльф, и это только приводило меня в раздраженное состояние.
— Староста, — кивнул я, подъезжая к косой ограде дома Варина.
— Господин колдун, — ответил староста, даже толком не повернувшись.
Если бы мог, он бы бросил сквозь зубы «чего тебе», но все же какая-то капля разума в Варине присутствовала.
— Лиан проезжала этой дорогой?
— Мы тут делами заняты, за каждым путником не уследишь, — ответил Варин и попытался скрыться в хижине.
Несколько ладоней падших душ тут же вцепились в ноги охотника, валя того на землю. Я же спрыгнул с лошади и, сжимая ладонь в кулак, чтобы Армель не заметил обильно проступившую на печатях кровь, подошел к мужчине.
— Я задал вопрос, Варин, и тебе лучше на него ответить, — сказал я, склонившись над этим глупцом. — Или ты забыл с кем разговариваешь?
Одна из ладоней схватила охотника за подбородок, стремясь разжать челюсти, другая — уже тянулась скрюченными пальцами к языку мужчины.
— Советую поторопиться, или я окончательно решу, что язык тебе ни к чему, — сказал я.
В глазах Варина плескался ужас. Он был слишком молод и никогда не понимал, почему Орин так лебезит передо мной, не понимал, с кем по соседству живет. Варин был не слишком умен, груб, но достаточно силен и ловок, чтобы пользоваться авторитетом в поселении, особенно после того, как часть семей переселилась на равнину по моему приказу.
— Проезжала! С еще тройкой остроухих!
— Когда⁈ — прорычал я.
— Недели две назад!
— А обратно?
— Так и осталась в долине! Никого не видели! Только следы у реки! Один! Кто-то один ушел!
Больше Варин ничего не знал, а если бы и знал — не сказал бы. Паника окончательно захватила его разум и единственное, что мог делать староста — коситься на мертвенно-серую руку, что сейчас нависла над его лицом.
На крики охотника стали стекаться любопытные. Мужчины, старики, женщины. Все молча обступили двор дома и наблюдали за происходящим. И ни у кого не возникло даже мысли прийти на помощь своему старосте.
Я коротко цыкнул и повернулся к лошади. Одна же из ладоней схватила Варина за ухо и рванула, ломая и вырывая его с куском плоти. На грязную землю двора хлынула алая кровь, мужчина завизжал от боли, засучил ногами, пытаясь вырваться, но падшие души держали его крепко. И только когда ухо было оторвано целиком и бесполезным куском плоти упало в мою ладонь, я отозвал демонов.
— В следующий раз я вырву тебе язык, охотник, — сказал я, поднимаясь в седло. — Вы живете в тени моей башни и охотитесь в здешних лесах, только потому, что я так захотел! И вы продолжите жить здесь, пока я не решу другого! Всем понятно⁈
Последние мои слова были обращены уже к жителям всего поселка. Я окинул толпу взглядом, но никто так и не посмел поднять глаза.
— Варин останется старостой. И будет внимательно следить за тем, что происходит у этой дороги. А если он
