Читаем без скачивания Игра Эндера - Орсон Кард

— Уходите, — спокойно сказал он.

Однако тот, кто стучал, либо не расслышал, либо ему тоже было безразлично. В конце концов Эндер позволил войти.

Это был Боб.

— Уходи, Боб.

Боб покорно кивнул, но не двинулся с места. Он стоял и смотрел в пол.

Эндер ругался, орал, оскорблял, заставляя его уйти. Но вдруг он заметил, какой усталый и удрученный вид у Боба, его тело едва справлялось с усталостью, глаза потемнели от недосыпа; кожа казалась бледной и безжизненной. Тем не менее это все еще была нежная кожа ребенка с ямочками на щеках. Ему не было еще и восьми, вспомнил Эндер. Не имело значения, каким бы замечательным, умным, талантливым он не был, он все равно оставался слишком юным, почти ребенком.

Нет, он не ребенок, подумал Эндер. Он маленький, это да. Он вытянул на себе целое сражение, вся армия зависела от него, он уже руководил людьми. Это не детство и даже не юность.

Рассматривая молчание Эндера и смену выражения на его лице, как приглашение остаться, Боб сделал робкий шаг ближе к Эндеру. Только теперь тот заметил маленький листок в руках Боба.

— Тебя переводят? — спросил Эндер.

Как он не старался взять себя в руки, его голос звучал равнодушно и бесцветно.

— В Армию Кроликов.

Эндер кивнул. Конечно. Все и так очевидно. Если они не могут добиться поражения моей армии, они просто расформируют ее.

— Кен Карби — очень хороший парень, — произнес Эндер, — я надеюсь, он сумеет оценить тебя по достоинству.

— Кена Карби сегодня выпустили. Он получил свидетельство об окончании, пока мы дрались.

— Хорошо, тогда кто же будет командовать?

Боб беспомощно развел руками и прошептал:

— Я.

Эндер посмотрел в потолок и кивнул.

— Конечно. Ты столько уже умеешь и тебе не хватает всего четырех лет до возраста официального назначения.

— Это совсем не смешно. Я не понимаю, что здесь происходит. Все эти игры, постоянные изменения. А теперь все это. Ты знаешь, переводят не только меня. Они выпустили половину командующих, и многих из нашей армии выдвинули на освободившиеся места.

— Кого?

— Похоже, что всех командиров подразделений и их замов — командиров отрядов.

— Все ясно. Если уж они решили чуть постричь мою армию, понятно, что они состригут ее до земли. Все, что они делают, они делают слишком основательно.

— Ты будешь по-прежнему побеждать, Эндер. Мы все уверены в этом. Безумный Том постоянно твердит, что понятия не имеет, как одолеть Эндера. Все знают, что ты лучший из лучших. Они не смогут одолеть тебя, чего бы они…

— Уже одолели.

— Нет, Эндер, они не…

— Ладно, меня больше не волнуют их игры, Боб. Я не собираюсь больше играть в них. Никаких практик, ни единого боя. Пусть бросают свои вызовы — инструкции хоть пачками, я не буду участвовать больше в боях. Я решил это сегодня, еще до того, как вступил на поле боя. Поэтому я и послал тебя сразу к вражеским воротам. Я не думал, что это сработает, да мне было уже все безразлично. Я просто хотел, чтобы все скорее кончилось.

— Тебе следовало бы видеть лицо Вильяма Би. Он смотрел и никак не мог врубиться: каким образом ты победил, имея в запасе лишь семерых солдат, способных переставлять ногами, а у него только три раненых, а остальные все целы.

— Мне наплевать было на его лицо. Почему я должен побеждать всякого?

Эндер поднес ладони к лицу и со всей силы стиснул его.

— Боб, я сегодня здорово избил Бонзо. По-моему, я его серьезно изувечил.

— Он сам напросился.

— Я сбил его с ног, а он рухнул, словно мертвый… А я все бил и бил…

Боб промолчал.

— Я просто хотел быть уверенным, что он не поднимет больше на меня руку.

— Больше на поднимет, — сказал Боб. — Его отправили домой.

— Уже?

— Учителя ничего не сказали. Они всегда обо всем умалчивают. Официально было заявлено, что он выпущен вместе с остальными командующими. Но ты же знаешь, они рассылают назначения. В нем было указано — Картахена, Испания. Там, где его дом.

— Я рад, что его выпустили.

— Забудь, Эндер. Мы все рады этому. Если бы мы знали, что он задумал, мы бы раньше убили его. Это правда, что он привел с собой целую банду?

— Нет. Дрались только я и он. Ему гордость не позволила призвать на помощь. Если бы не эта проклятая гордость, они навалились бы на меня все вместе. Тогда бы они точно убили меня. Его высокомерие и достоинство спасло мне жизнь. Я дрался не за честь и гордость, я дрался за победу.

Боб засмеялся.

— Ты ему здорово всыпал, он сразу слетел с орбиты.

Раздался стук в дверь, и, прежде чем Эндер успел ответить, дверь открылась. Эндер ожидал, что это кто-то еще из его армии. Но в дверях оказался майор Андерсон. Следом за ним вошел полковник Графф.

— Эндер Виггин, — обратился полковник.

Эндер вскочил на ноги и отрапортовал.

— Да, сэр.

— Ваш срыв темперамента сегодня в комнате баталий есть нарушение субординации. Такое больше не должно повториться.

— Да, сэр, — повторил Эндер.

Боб тоже чувствовал полное нарушение субординации и знал, что Эндер вряд ли позволил бы ему подобные высказывания.

— Я думаю, было самое время напомнить взрослым о том, что мы тоже одушевленные люди и что мы думаем по поводу их игр.

Взрослые явно игнорировали его. Андерсон протянул Эндеру листок бумаги. Это был заполненный бланк. Он совсем не походил на те листочки, извещающие о боях; это был официальный бланк о назначении. Боб догадался, что он означает. Эндера переводят из школы.

— Тоже выпускают? — спросил Боб.

Эндер кивнул.

— Чего они так долго ждали? Ведь тебе не хватало всего двух-трех лет. Ты ведь уже научился ходить, говорить, самостоятельно одеваться. Правильно, чему тебя больше учить?

Эндер покачал головой.

— Все, что я знаю — это то, что для меня все игры окончены. Могу я сказать армии?

— Я думаю, у тебя и так не осталось времени, — произнес Графф. — Твой шаттл отходит через двадцать минут. Кроме того, после твоих необдуманных приказов, я полагаю, вообще лучше с ними не говорить. Это проще для них.

— Для них или для вас? — язвительно заметил Эндер.

Он не стал дожидаться ответа. Он быстро повернулся к Бобу и взял его за руку, затем направился к двери.

— Подожди, — сказал Боб. — Куда тебя определили? В Тактическую? Навигационную? Или Опорную?

— В Школу Командования, — ответил Эндер.

— В Школу начальной подготовки командующих?

— Нет, сразу — в командования, — бросил Эндер. И вышел в коридор. Андерсон вышел следом.

Боб дернул за рукав полковника Граффа.

— Но ведь никто не попадает в Школу Командования раньше шестнадцати лет!

Графф стряхнул руку Боба со своего рукава и вышел, закрыв дверь.

Боб остался в комнате в полном одиночестве, пытаясь разобраться в том, что произошло. Никого до сих пор не отправляли в Школу Командования, пока не пройдено трехгодичное обучение в одной из начальных школ: Тактической, Оборонной, Навигационной или Начальной подготовки Командующих. Кроме того, никого не выпускали раньше, чем через шесть лет обучения в Школе Баталий, а Эндер проучился лишь четыре.

Вся система трещала по швам и лопалась. В этом уже не было никаких сомнений. Или кто-то там, во главе, сошел с ума, или вновь грядет очередная война, настоящая война, война с баггерами. Зачем иначе ломать все правила, целую систему обучения, складывающуюся годами? Зачем иначе сажать такую малявку, как я, на пост командующего армией?

Боб думал об этом, бредя в свою казарму. Огни погасли, когда он подошел к своей койке. Он разделся в полной темноте и наощупь засунул униформу в личный шкаф. Он чувствовал себя более чем скверно. Сначала он думал, что все из-за страха возглавить армию, но это было не так. Он знал, что станет хорошим командующим. И понял, что вот-вот заплачет. Он не плакал с того дня, как впервые был доставлен сюда. Он тщетно пытался подобрать причину того, что заставило его содрогнуться от немых рыданий, что комом сдавили горло. Он поднес руку к губам, пытаясь сдержать всхлипывания, и с силой ударил по своему лицу, стремясь болью выжать свое горе. Нет, ничего не помогает. Он больше уже никогда не увидит Эндера.

Однако, тут же у его горя появилось имя, а значит он мог контролировать его. Он лег на спину и расслабился. Горечь медленно отступала, уступая место сну. Его рука все еще зажимала рот, затем она безжизненно скользнула на подушку рядом с головой. Морщинки на его нежном детском лбу постепенно разгладились. Его дыхание, хотя и было слишком частым, стало легким. Он был солдатом, и если бы кто-нибудь из взрослых спросил, кем он хочет стать, когда вырастет, он просто не понял, о чем может идти речь.

Заходя в шаттл, Эндер заметил новую звездочку и отличительные знаки на форме майора Андерсона, он был совсем в другой форме.