Читаем без скачивания Александр - Михаил Ланцов

Во-вторых, дабы работать далее на свою непричастность к теракту, Александр поручил отправить письма с соболезнованиями всем пострадавшим семьям, плюс посетил пару раз некоторых раненных. Ну и общая панихида по «невинно убиенным». Саше от подобного лицемерия было, конечно, тошно, но приходилось смириться с этой тяжелой и во всех отношениях неприятной работой. Ситуация усугублялась тем, что практически всех раненых и убитых за их проступки можно было без суда и следствия вешать на ближайшей осине за их преступления перед государством и народом, преимущественно финансового характера. Но они были элитой общества, которой многое прощалось, а потому Александр был вынужден выказывать свое «искреннее» сочувствие и с печальным видом рассказывать, как он скорбит о потери столь важного и нужного человека. В связи с чем, в голове у него не раз всплывала любимая фраза из знаменитого мультфильма «Мадагаскар»:

— Нет, парни, улыбаемся и машем, улыбаемся и машем.

Впрочем, штатный фотограф следовал за Александром буквально по пятам, а потому, личный архив цесаревича активно пополнялся очень интересными фотографиями класса «Ленин на субботнике». Как несложно догадаться, эти фото на ура раскупались различными журналистами за очень солидные деньги. Само собой, из-под полы. А чтобы не обвинили его самого, Саша подал заявление в полицию, дескать, кто-то из обслуги Зимнего дворца ворует у него фотографии. Да еще шум в прессе поднял, обвинив их в безнравственности и алчности. Однако фотографии продолжали исправно пропадать и публиковаться, а Александру в карман — капать очень не плохие суммы. Как говориться — only business.

Но на этом шаги цесаревича не закончились.

На созванной двадцать девятого июля пресс-конференции он долго и основательно беседовал с журналистами и делился, заранее продуманными соображениями.

— Ваше императорское высочество, ходят слухи, что вы намерены перенести свадьбу, в связи с произошедшей трагедией.

— Это глупости. Господа, дело в том, что свадьба эта — событие государственное. А потому, я не могу ее перенести с намеченного срока. Даже более того — не имею права. Вы ведь понимаете, что уступив бомбистам единожды, мы дадим им крохотный лучик надежды на то, что в будущем они смогут добиваться успеха подобными действиями. Что они избрали верный путь.

— А вы думаете, те люди, что организовали это покушение, хотели отложить вашу свадьбу?

— Цели, которые преследовали организаторы, совершенно очевидны. Во-первых, это подорвать потепление отношений между Россией и Англией. Ведь злоумышленники хотели поставить под вопрос сам факт династического брака, который позволил перевести на новый более высокий уровень теплоту отношения и сотрудничества между нашими странами. Вот и думайте — кому это выгодно? Особняком стоят еще две цели, которые также очевидны. Вам, наверное, еще неизвестно, но с момента моего возвращения из кругосветного путешествия, на меня совершено уже двенадцать покушений. Включая произошедший три дня назад взрыв. Кому-то очень не нравится моя реформаторская деятельность, которая, как я уже неоднократно заявлял, нацелена на то, чтобы жизнь простых людей стала легче. Помимо этого, общественности следует также знать о том, что мы с Петром Андреевичем пришли к согласию о сотрудничестве при постройке нового морского порта в Санкт-Петербурге, который позволил бы серьезно увеличить наш торговый оборот, а также заметно снизить издержки на погрузке и разгрузке товаров. Вы, ведь, наверное, в курсе, что в столице Российской империи до сих пор нет никакого морского порта, а грузовые суда разгружаются посредством разнообразных портовых барж. Вот Петр Андреевич и погиб, из-за нежелания кого-то допустить укрепления торговых и транспортных связей России с Европой.

Помимо этого, цесаревич, вел игру и в плоскости шпионских игр. Ему совершенно невозможно было проигнорировать ту кадриль, что завертели иностранные разведки с помощью своих агентов в Санкт-Петербурге. Всем захотелось узнать «кто подставил кролика Роджера», в том числе и самому кролику. Особенно в свете того, что Саша смог хорошо подготовиться и организовать для разведчиков большую и красивую игру «в десять записок».

Ради отведения глаз в этой игре была создана некая подпольная национально-освободительная организация «Калевала», которая ставила перед собой задачи создания Великой Финляндии. Само собой, эта комичная конструкция была рождена исключительно на бумаге, да и то — фрагментарно, так как банально не хватило времени. Для создания иллюзии ее деятельности было сфабриковано более ста разнообразных документов, часть из которых имела даже какой-то осмысленный характер. Хотя, самыми вкусными, как считал Саша, были письма, в которых был зашифрован бессвязный бред — милая и красивая головоломка, над решением которой можно биться вечность. Впрочем, главной загадкой этого всего розыгрыша, было то, что в финале их ожидало лишь разочарование, так как все хвосты, ведущие к заказчикам, очень аккуратно и тщательно были обрублены. Само собой, для большего накала страстей люди Александра при его всемерном содействии устраивали смертельно опасные ловушки буквально на каждом шагу, а потому иностранные разведчики, идущие по сюжетной линии этой головоломки, дохли как мухи.

Конечно, изначально вся эта операция по розыгрышу иностранных спецслужб была больше блефом, чем реальностью, однако, как ни странно, все получилось. Видимо Александр переоценил возможности иностранных разведок, которые понесли огромные потери в личном составе — за тот месяц, что шло расследование, погибли практически все известные цесаревичу люди, начинавшие его. Само собой, сфабрикованные документы распределились между разными странами, потому как не всегда британцы приходили первыми. Что, в конечном итоге вылилось в открытое соперничество и новую большую игру в Европе.

Впрочем, и тут без непредвиденных инцидентов не обошлось. По ходу дела какой-то не в меру прыткий журналист высказал версию о том, что все происходящее провокация самого Александра, но ее сразу же отмели, так как не находилось никаких доказательств, а самое главное — мотивов. Особенно в свете того, что цесаревич так же участвовал в этой игре, то есть его люди, нарочито светясь, занимались расследованием происшествия. Правда, почти всегда они приходили вторыми или третьими, уступая лавры первопроходцев минного поля своим коллегам из других разведок. Пару раз Александр специально выдвинул их к очередному звену головоломки совместно с англичанами, устроив своего рода, встречу на Эльбе. Но, так как агенты цесаревича были предельно осторожны, то исключительно из природной вежливости уступили право героически погибнуть своим британским друзьям.

Эпилог

Все когда-нибудь подходит к своему логическому концу, так и эта канитель с расследованием теракта закончилась практически безрезультатно к концу сентября. Огромные потери в личном составе иностранных агентов, работавших в Санкт-Петербурге и командированных туда из других мест, легли очень благодатно на нулевой результат и перевели акцент разборок в Европу. Лондон, Париж, Берлин, Вена — все серьезные игроки были убеждены, что это сделал кто-то из них, а потому активно мешал выяснению обстоятельств, притворяясь заинтересованным. Такой изгиб судьбы Александру очень понравился, а потому, оставив дела по расследованию полиции, передав ей заодно все обнаруженные улики, он третьего октября одна тысяча восемьсот шестьдесят четвертого года отбыл в Москву, где его уже ждало запаздывающее открытие Уложенного собрания. Лишь расторопность и предприимчивость Дукмасова позволила не допустить срыва, запланированного на первое число, открытия. В конце концов, некоторые его люди оставались в столице и продолжали создавать видимость поиска виновных, а его отбытие имело в глазах общественности и иностранной агентуры очень веское и основательное решение. Так что, все формальности получались соблюдены.

На фоне теракта и последующей истерии свадьба цесаревича прошла как-то очень скромно, можно сказать даже камерно. Особенно в силу того, что император был сильно обеспокоен жизнью и здоровья своего сына. Конечно, все формальности были соблюдены, но никаких пышных торжеств не получилось. Впрочем, ни Александр, ни Елена, ни представители британской короны не возражали подобного. Поэтому особенно на свадьбе и не стоит.

Всю дорогу, что ехал цесаревич к себе домой после большой и сложной политической кампании в столице он размышлял о том, что удалось сделать. Заодно черкая в блокнотике и считая. К счастью Лена, ехавшая с ним в одном купе, хоть и увлеченно наблюдала за его манипуляциями, но совершенно не понимала, что именно он записывает. Ситуация упрощалась еще и тем более что для личных записей Саша использовал современный ему русский язык с соответствующей графикой скорописи и терминологией, совмещенной с огромным количеством сокращений, в том числе и на иностранных языках. Иными словами, прочесть его новым современникам такой текст было крайне сложно, а понять — просто невозможно.