Читаем без скачивания Рождение богов - Галина Раздельная

Тварь, которую Энлиль неосознанно не мог назвать другим словом, продолжала шипеть в кляп, таращась на наёмников бесцветными мутными глазами. Командир собирался снять кляп, но Энки его остановил.

— Бесполезно, — предупредил того он. — Я уже пытался допросить, но мой прибор даже не распознал его речь.

Кали, стоявшая в стороне, словно очнулась от сна, уловив нечто интересное в их разговоре, и присоединилась к наёмникам, впервые взглянув на лежащее перед ними существо. Застыв, девушка удивлённо всмотрелась в пленника, словно видела перед собой не только его, но и нечто большее.

— Твой прибор не смог распознать его речь? — переспросила она, не дожидаясь ответа. — Речь, которой никто никогда не слышал…

Энки хотел что-то ответить, но ученица Хранителя его прервала, обращаясь к ним обоим.

— Вы же не смогли распознать перед собой расу, — продолжила Кали, — расу, которой никогда не было.

Наёмники, заинтересованные странными рассуждениями девушки, подошли к ней поближе, чтобы не прислушиваться к её шёпоту. Кали задумчиво замолчала, игнорируя застывший интерес на лицах друзей. Не вытерпев, Энки прервал её мысли.

— Что значит, не было? — уточнил он.

Девушка присела над онемевшим пленником. Её близость, похоже, пугала последнего сильнее двух наёмников, держащих наготове оружие. Тонкие длинные пальцы Кали незаметно легли на виски существа, и оно, обмякнув в мгновение, застыло под этим движением, парализующим его волю.

— То и значит, — как-то отрешённо, глухим голосом ответила ученица Хранителя. — Этой расы нет, не было и не будет в вашем мире. Она пришла из других миров, и ни один прибор, учёный или технология не сможет распознать её сущность.

— Это создание лишь внешне напоминает вас, такое похожее и такое иное, — не смотря в сторону наёмников, словно погрузившись в гипноз, продолжала Кали, — но состоит оно из других связей, другой материи, не знакомых вашей Вселенной.

Какое-то время девушка проявляла к существу сродный всем учёным и первооткрывателям интерес, но потом, видимо вспомнив, в каких обстоятельствах ей пришлось впервые увидеть пришельца, Кали вновь нахмурилась, уже не пряча от своих спутников злость.

— Что ты здесь забыл? — тихо спрашивала его она, ниже склоняясь над созданием. — Что тебе нужно?

От изменившегося тембра речи ученицы Хранителя у Энлиля непроизвольно прошёл мороз по коже. Голос девушки сейчас больше всего походил на хрип хищника, загнавшего добычу. Зажатое силой девушки существо истошно завопило в кляп, хоть и не могло понимать её речь, но отчего-то наёмник был уверен, что оно её понимало. Пленник продолжал извиваться, не сводя перепуганных глаз с девушки, но тут же обмяк от нового прикосновения Кали.

В уголках стянутого кляпом рта существа начала скапливаться пена. Его наверняка бы трясло, если бы не парализующее воздействие силы Кали. Ученица Хранителя проникала в новые глубины, видя перед собой нечёткие обрывистые клочки его памяти и мыслей. Сущность этого создания, гнилая и древняя, некогда была чистой, как и его душа, но нечто уже давно отравляло его расу, сделав ничтожными не только внешне, но и внутренне.

Увеличивая напор, девушка вторглась в самые извилистые уголки его разума, полные тьмы, в те места, которые интуитивно обходила раньше. Но, не пройдя этого витка лабиринта, не увидишь и следующего, и ей приходилось терпеть мерзость этих глубин. Кали чувствовала, как ниточки силы покидают её и обволакивают пленника, но не чувствовала, что постепенно впадает в отрешённое состояние полусна. Всё вокруг поплыло, исчезало. Чем дальше пробиралась девушка, тем призрачнее становилась реальность. Давно исчезли силуэты наёмников и ночной лес сокровищницы. Теперь перед ней был лишь разум пленника и бесконечно длинное перерождение его сущности.

С новым усилием ученицы Хранителя и без того выпученные глаза пленника практически покинули глазницы, от распирающего давления, вызываемого вмешательством Кали. Вязкая слизь, выступающая для этой расы чем-то вроде крови, слезами заструилась по онемевшему перекошенному лицу существа.

Энлиль, застывший на мгновение в ужасе, попытался оторвать Кали от пленника.

— Ты убиваешь его! — шёпотом прокричал он.

Но прикоснувшись к плечу девушки, предводитель наёмников резко отнял руку. Его обдало жаром. Кожа девушки горела от освобождающейся из неё энергии, накаляя воздух.

— Я хочу знать! — голосом, напоминающим гортанно-писклявый голос существа, ответила ученица. — Знать, что здесь случилось!

Кали вновь провалилась в глубокий транс. Энлиль и Энки, застыв над этой картиной, не понимали, что предпринять. Происходящее с пленником так сильно напоминало им Видара, погибшего из-за такой же силы, с чьей помощью ученица Хранителя сейчас бродила в чужом разуме. Кали же, оказавшись на самом дне сущности этого создания, видела перед собой обрывки его жизни, несвязным калейдоскопом проносящиеся вокруг. Мутные картинки становились ещё более расплывчатыми, стоило ей в них вглядеться, но состояние этих сюжетов читалось и без изображения. Жизнь существа была ничтожной и пустой, гнобимой в страхе и отчаянии. И таковой она перерождалась уже не одно поколение, оставив жестокий след в генетическом коде расы.

Постепенно калейдоскоп воспоминаний существа приблизился к недавним событиям. Кали сумела различить окрестности Аккадской сокровищницы, высокие своды каменных арок Хранилищ, старые погреба, покрытые плесенью подвалы, лица, освещённые слабым огнём, тела, пустующие без душ, — мёртвые тела…

Неосознанно Кали ещё сильнее применила силу, лишаясь самообладания из-за увиденного. Она блуждала в воспоминаниях существа, в тех мгновениях, что творились его руками, его умом. Она видела трупы, сотни начинающих разлагаться тел, сваленных в нескольких местах. Она видела крики, боль умирающих в тёмных помещениях Хранителей и их учеников, и слышала пискляво-гортанный рокот речи их палачей, различала страдания и безысходность оставшихся в живых телохранителей.

Всё это происходило на глазах существа, зажатого в её власти. Всё это продолжало происходить сейчас в окутанной сном долине, мирной и тихой на первый взгляд. И именно это пытался сказать ей невидимый интеллект барьера, напуганный и разозлённый своим бессилием. В сокровищнице не просто творилось что-то неладное. Это было вторжение. Вторжение в самый безопасный и надёжный комплекс во всей галактике, тихое и незамеченное никем. И раса того, кто умирал сейчас под руками ученицы Хранителя, уже несколько дней упивалась своей властью над поверженными, убивая, насилуя и пытая последних, разворовывая одно Хранилище за другим.