– Ну и славно. Мне пора, – я вцепилась в Славиковы бумаги и принялась демонстративно спешить.
– Чай пить будем? – пристально всмотрелась в меня она.
– Конечно, – улыбнулась я. – Если выпадет свободная минутка.
– Я жду, – осклабилась она и ушла. Я поразилась. Интересно, как я могла так самозабвенно верить, что мы с ней дружим, если на самом деле я к ней ничего, совершенно ничего не чувствую. Кроме страха.
– Придется шифроваться, – посетовала я, придя домой с работы. Выбиралась из здания я уже как заправский шпион, но один вечер ничего не решал. Если в самой студии я смогу вцепиться в дружеские локти трудового коллектива, то на выходе и входе надо максимально обезопасить себя на случай ядерной войны и встречи с кем не надо. Потому что если встречу со Светой я еще хоть как-то пережила, то вот Бориса не переживу точно. Тут же упаду и растаю, как снегурочка. От чего? Стыдно признаться, но от любви. Потому что, как ни крути, а в его присутствии я теряю последние остатки разума и начинаю думать какими-то другими местами.
– Маскировка – это целая наука, – инструктировал меня Алексей.
– А ты откуда знаешь? Ты что, бандит?
– Я служил в рядах доблестной российской армии и много чего видел, чего нормальному человеку и видеть не надо.
– Например? – заинтересовалась я.
– Например, как мочится генерал, – искренне поделился он. Я не удержалась и хохотала как дурная.
– И как?
– Страшно сказать, – сделал круглые глаза Алексей. – Также!
– Познавательно, – кивнула я. Господи, как же моя жизнь вдруг стала напоминать бред собачий. Ну и ладно! В конце концов, я никогда в жизни не совершала безумных поступков. Ну, будем так считать. Не будем вспоминать мой горемычный поход за аметистами. Не станем припоминать мне запуск в небо змея, который не умеет летать и перекрас комнаты в оранжевый цвет. Это же мелочи!
– Конечно, мелочи! – подтвердил Алексей, домывая посуду. – Только держи себя в руках, ладно? Здесь не стоит ничего перекрашивать.
– Перестань, – надулась я. – Не такая я уж совсем и дурочка.
– Нет? – усмехнулся он. Да, наверное, на мне действительно стоят какие-то метки. Потому что в глубине души я рассудительный, здравомыслящий человек, которого только тяжелые жизненные обстоятельства заставляют сбегать со свадьбы и идти домой к совершенно незнакомому человеку. Так что, имею же я право хоть раз в жизни поиграть в шпионов?
– У тебя есть черные очки? – спросила я Алексея. – И шляпа с широкими полями?
– Ты уверена? Это именно то, чего ты хочешь?
– Я уверена, что мне надо попадать в офис так, чтобы меня никто не поймал! – объяснила я. Алексей задумался.
– Я, конечно, найду для тебя шляпу и очки. Если хорошенько поискать, то здесь я видел даже старый противогаз.
– И на том спасибо, – с сомнением осмотрела я кучу барахла, извлеченного из закутков старого хозяйского шкафа. Но с утра все-таки изменила имидж и нацепила на себя мешковатый свитер, темные очки и повязала голову платком-банданой, которую Алексей любезно одолжил мне из своего гардероба. Все-таки, если буду убегать и прятаться, могут и не опознать. Лишняя безопасность никогда не лишняя!
– О, Господи! Так недолго и заикой остаться, – дернулся, впервые узрев меня в таком обличии Гошка.
– Конспирация, – шепотом пояснила я. – Если кто спросит…
– Тебя нет, – откликнулся отзывом на пароль Гошка. Я довольно кивнула и протопала в глубины студии. Через неделю наши уже привыкли и не дергались как от электрошока, когда я в очередной раз меняла маскарад. А уж мне это даже понравилось. Впрочем, понравилось не только мне. Славик, который по всеобщему мнению как правило был погружен внутрь себя и не замечал несуразиц, творящихся вокруг, на сей раз стал лично встречать меня в предбаннике операторской и с интересом разглядывать мои камуфляжные изыскания.
– Прикольно! – высказался он примерно через две недели, когда меня удалось пройти сквозь наш общий со Светой коридор и не быть узнанной. Я заявилась в студию в кожаных штанах, клетчатой рубашке пролетариата и ковбойской шляпе, которую прикупила по случаю на выставке ВДНХ. Запас народных костюмов из загашника Алексея закончился, и я крутилась, как могла. Так что я прошла в одном метре от всевидящего ока Светы (совсем как во Властелине колец, только гораздо страшнее), просто натянув поглубже шляпу, и она меня не опознала.
– Правда? Меня в таком наряде родная мать не опознает, – обрадовалась я.
– А вот если бы ты поехала снимать наши дикие поиски диких денег, то мы бы тебе разрешили выступать в таких костюмчиках, – решил порадовать меня Славик. Так вот к чему он меня так разглядывал.
– Что это – дикие поиски?
– Название, – невинно изрек Славик. – поиски диких денег.
– А что, там и правда будет много денег? – заинтересовалась я.
– А что, ты думаешь, можно заставить кого-то бесплатно рыскать по джунглям вместе с павианами?
– И ты хочешь, чтобы это была я? – поразилась я. Мое живое воображение нарисовало картину моей дикой жизни. А вдруг я там встречу подходящего Маугли?
– Я не просто хочу, я мечтаю. Ты будешь ведущей, примешься появляться из-за бамбуковых буреломов в этих своих костюмах и пугать народ.
– Ты что, хочешь, чтобы я в таком виде появилась на голубых экранах? – преувеличенно возмутилась я. – Чтобы меня ТАКОЙ запомнили дети? И может, еще чтобы я голову в пасть какой-то рейтинговой зверюшке запихнула? Ищи других дураков!
– Что ты, тебе очень идет ковбойский стиль! – поспешила заверить меня Лера, видимо, подкупленная Славиком.
– И тебе бы платили втрое больше с учетом отрыва от Родины, – меланхолично добавил Гоша.
– С надбавкой за совмещение консультанта и ведущей, – бесчеловечно добавил Славик. Я пыталась отключить внезапно активированный внутренний калькулятор. Алчность – главный рычаг, который заставляет человечество творить чудеса.
– Прекратите меня прессовать. Я подам на вас в суд за пособничество низменным инстинктам! И за бесчеловечное обращение с животными!
– Как ты можешь так о себе?! – юродствовал Гошка.
– Я о крокодилах! Все на защиту несчастных тварей от русского шоу-бизнеса, – скандировала я.
– Да! Ты как всегда в своем репертуаре, Нюта. Такого даже я не мог представить! – раздался вдруг предательски приятный голос за моей спиной. Как и всегда.
– Почему ты всегда прокрадываешься из-за спины? Тебя не учили, что это не вежливо? – не поворачиваясь, спросила я. Все-таки он пришел, как я этого не боялась. Как я этого ни ждала.
– А что мне остается, если с лица к тебе не пробраться. Ты только что не начала ходить в костюме водолаза, чтобы я тебя не узнал.
