Не говоря ни слова, Аркадиус протянул портфель. Франсис жадно схватил его и спрятал под плащом. Пистолет исчез там же, к облегчению Марианны, которая, видя безумие в ледяных глазах Франсиса, боялась, что он все равно выстрелит. Она не хотела умирать, особенно таким глупым образом. Жизнь приобретала в ее глазах, она даже не знала почему, необычайную ценность. Начиная с самого детства она слишком много отдала, чтобы согласиться потерять ее вот так, под пулей одержимого. Франсис ухмыльнулся, отвечая на ее последние слова:
– Не надейтесь! У людей моего толка крепкая жизнь, заплатив, вы убедились в этом. Мы еще увидимся, добрейшая Марианна! Помните, что я оставляю вас только на год! Используйте его!
Небрежно коснувшись пальцем шляпы, он проскользнул между застывшими фигурами придворных, как вдруг неожиданно упал. Появившийся из-за исполинского изображения маршала Ожеро гренадер свалил его на пол.
Ошеломленная Марианна и Аркадиус смотрели на сцепившихся в яростной схватке мужчин. Гренадер имел преимущество в росте и весе, но Франсис, занимавшийся, как и все английские дворяне, спортом, отличался необычайной силой и ловкостью. К тому же он был охвачен гневом при мысли, что схвачен в момент, когда получил долгожданные деньги, которые обеспечивали ему несколько месяцев роскошной жизни. Борясь, он испускал яростные крики, тогда как другой сражался молча, стараясь придавить к полу проворного, извивающегося, как угорь, противника. Обхватив друг друга, сражающиеся поднялись и застыли лоб в лоб, с окаменевшими мышцами, сопя и рыча, как быки на арене.
Предательский удар ногой принес победу Франсису. Со страдальческим стоном гренадер согнулся вдвое и, держась за живот, упал на колени. Не мешкая, Франсис подхватил отлетевший в сторону портфель и, тяжело дыша и пошатываясь, исчез. Марианна и Аркадиус одновременно поспешили к его неудачливому противнику, чтобы помочь ему подняться. Но мужчина, по-прежнему стоя на коленях, достал свисток и подал пронзительный сигнал.
– Видно, я заржавел или хватил лишку! – с юмором заявил он. – Все равно он далеко не уйдет. Конечно, я предпочел бы сам скрутить его! Здорово он меня шарахнул… да еще сколько побегать пришлось! Да ладно! Это стоит удовольствия снова увидеть тебя, малышка.
Он встал под недоверчивым взглядом Марианны, которая с робкой радостью вслушивалась в исходивший из путаницы волос такой знакомый голос.
– Возможно ли это? – прошептала она. – Я сплю?
– Да нет, это точно я. Никак не узнаешь своего дядюшку Никола? Признаюсь, что для меня было большим сюрпризом увидеть тебя вдруг! Я не рассчитывал встретить тебя!
– Никола! Никола Малерусс! – вздыхала восхищенная Марианна, в то время как привидение избавлялось от фальшивой растительности. – Но откуда вы прибыли? Я так часто думала о вас!
– Я тоже, малютка, я часто думал о тебе! Что касается места, откуда я появился, то оно то же самое: Англия! Я долго выслеживал этого зверя, буквально проскользнувшего у меня между пальцами, но сейчас он должен быть в руках моих коллег! Он пройдоха и интриган. Словом, я потерял его след в Анвере и с трудом снова напал на него здесь.
– Почему вы преследовали его?
– Мне надо свести с ним счеты… В высшей степени важные счеты, и я заставлю его заплатить до последнего сантима! Смотрите, что я вам говорил? Вот его и ведут.
Франсис Кранмер действительно снова появился в зале, но на этот раз его держали четверо мощных полицейских. Несмотря на связанные руки, он продолжал отчаянно отбиваться, и его стражи вынуждены были не вести, а просто волочить его. Белый как полотно, с пеной у рта, он бросал убийственные взгляды в сторону толпы, собравшейся у входа и с трудом удерживаемой жандармами.
– Попалась птичка, начальник! – сказал один из полицейских.
– Хорошо! Отведите его в Венсенн, только под усиленной охраной, ладно?
– Советую отпустить меня, – прорычал Франсис, – иначе вы пожалеете!
Никола Малерусс, сиречь Блэк Фиш, подошел к нему и наклонился, чтобы рассмотреть поближе.
– Ты так считаешь? А я считаю, что ты пожалеешь, что на свет родился, когда я займусь тобой! Давай живей! В одиночку!
– Это нашли у него, – сказал один из агентов, протягивая портфель. – Там полно денег…
При виде исступленного взгляда, которым Франсис провожал утраченную добычу, Марианна поняла, что эти деньги были для него важней свободы и что, если его лишить их, он станет смертельно опасным, снова оказавшись на свободе. Разве Аркадиус не видел его, выходящим от Фуше? Разве не опустился он ради денег до худшей подлости, до самого гнусного шантажа? Осторожность подсказывала, что, учитывая раскрытую Аркадиусом тайную связь между лордом Кранмером и Фуше, ей следовало бы оставить ему добытые нечестным путем деньги. Но неожиданная удача – появление Блэка Фиша как раз в тот момент, когда она заплатила выкуп, – не была ли знамением рока? А у попавшего в руки грозного бретонца Франсиса было мало шансов на избавление от незавидной судьбы. Заключенный в Венсенне, чьи средневековые величественные башни ей как-то показывали, он не будет больше опасен для нее. Кроме того, охватившее ее желание отомстить было слишком сильным. Улыбнувшись, она протянула руку к портфелю.
– Это мои деньги, – сказала она тихо. – Этот… человек забрал их у нас, угрожая пистолетом, который должен находиться при нем. Могу я их взять?
– Я видел, как пленник действительно вырвал портфель из рук господина, – подтвердил Блэк Фиш, указывая на Аркадиуса. – Ничто не мешает вернуть их вам, раз дело идет только о деньгах. А я считал, что тут пахнет кое-чем гораздо более опасным, и не буду скрывать, малышка, тебе повезло, что мы с тобой уже давно знакомы. Иначе это могло бы тебе дорого стоить. Ну-ка потрусите его, ребята!
В то время как полицейские обыскивали кипящего яростью Франсиса и действительно нашли спрятанное оружие, Марианна спросила:
– Почему это могло мне дорого стоить?
– Потому что до того, как я тебя признал, я считал тебя иностранной шпионкой.
– Она? – бросил Франсис вне себя. – Да кто вам поверит, что вы не знали, кто она такая? Шлюха! Шпионка Бонапарта, да к тому же и его любовница!
– А если мы заговорим о вас? – отпарировала Марианна с презрением. – Каким именем можно назвать вас, кроме шпиона? Учителем пения?.. А может быть…
– Ты рано или поздно заплатишь мне за все это, потаскуха! Я должен был догадаться, что ты приготовила мне ловушку. Это ты меня продала, а?
– Я? Как бы я могла это сделать? Кто из нас двоих назначил свидание?
– Разумеется, я! Но несмотря на мои предупреждения, ты известила ищеек.
– Неправда! – воскликнула Марианна. – Я не знала, что за вами следят. Откуда я могла знать?
