Виллис натянул на лицо виноватую улыбку. Хотя по взгляду было видно, что он оказался довольным своим поступком. Он сделал то, что хотел. Вынудив Коупленда рассказать о своем прошлом, он таким образом обезопасил самого себя. Во всяком случае, Виллис, как мне казалось, думал именно в таком направлении.
— И скольких ты порешил? — осторожно спросил Перк, глянув на Коупленда.
Виллис фыркнул, а Ролдан засмеялся. Заулыбался и я, хотя и понимал, что все это — лишнее. Тем не менее, я решил задвинуть короткую речь:
— Кто бы чем из нас не занимался в прошлом, был мерзавцем или святым, здесь и сейчас мы все равны. Равны перед Ареной и друг перед другом. Ролдан неоднократно спасал мне жизнь, как и я ему. Совсем недавно Коупленд спас Перка от падения в пропасть. Да и все мы, так или иначе, помогали друг другу. Многих из нас уже нет в живых, но мы-то еще живы. Не берусь навязывать вам свое мнение, но мне лично плевать на то, что у вас за плечами. Главное, что происходит сейчас.
— Поддерживаю, — поднял руку Ролдан.
— И я, — кивнул Перк.
Коупленд тоже кивнул, но молча.
Виллис тяжело вздохнул и произнес:
— Не хотел никого обидеть, но…
— Но обоссал все штаны, — закончил за него Ролдан и заржал.
— Помолчи, болван.
— Ладно, Виллис, мы все поняли, — махнул рукой азиат.
Снова все посмеялись. Я же подумал, что раз Виллис вышел на откровенный разговор, то и я мог бы поведать миру кое-чего из его прошлой жизни. Он, похоже, каким-то образом это почувствовал и пронзительно посмотрел на меня. В его немом взгляде я увидел мольбу… молчаливую просьбу не делать этого. И я не сделал, потому что, как и только что объявил всем, мне искренне было плевать на прошлое каждого из участников турнира. На Арене мы все равны.
На некоторое время воцарилось неловкое молчание, которое решил прервать Перк, начав рассказывать очередную историю из своей жизни на Мюне. Вернее, байку, которую от кого-то когда-то услышал. Но стоили ему закончить, как Виллис сообщил:
— Ноль целых семьдесят две сотых же.
— Надо поэкспериментировать, — сказал я, поднялся на ноги и подошел максимально близко к краю. Долго собираться с мыслями не стал, присел, оттолкнулся и прыгнул. До ближайшего островка было около двух метров, но я с легкостью преодолел это расстояние и даже больше — едва не перелетел этот самый островок, остановившись на противоположной стороне.
— Неплохо, — оценил Ролдан и тоже не долго думая с легкостью перепрыгнул пропасть, разделявшую два островка.
Его подвиг повторил Виллис, но немного не рассчитал силу и перелетел свой островок, едва коснувшись носком сапога края. Недоуменно вскрикнул и по инерции полетел дальше — к следующему. Следующая скальная шляпка оказалась куда дальше, поэтому он до нее не долетел, но в последний момент схватился пальцами за уступ и быстро поднялся.
Перк и Коупленд тоже принялись за дело. Азиату было сложнее всех — невысокий рост и короткие конечности не способствовали длинным прыжкам. Тем не менее, через четверть часа мы уже находились у подножия шахты.
— Осталось дело за малым — отыскать гребаный вход, — сказал Ролдан.
— Гравитация здесь совсем низкая — всего ноль целых пятьдесят две сотых же, — сообщил Виллис.
— Такое чувство, что стоит как следует подпрыгнуть, и я взлечу, — поделился ощущениями Перк.
— А ведь это идея, — сказал я и осторожно активировал пси-обзор.
Амулет взвыл от возмущения, но подчинился. Отовсюду веяло отрицательной пси-энергией, и это его пугало. Я сам чувствовал, что стоит мне полезть не туда, как меня снова выбросит в реальность, опустошив и без того скудные запасы пси-энергии.
Тем не менее, вход в шахту я нашел. Он располагался в верхней части сооружения слева почти под самой крышей-линзой. Теперь же стоили придумать, как туда добраться.
Я деактивировал пси-обзор и осмотрел скалы, к которым примыкала шахта.
— Только не говори, Шой, что мы будем карабкаться вверх без снаряжения, — проговорил Перк, видимо, заметив, с каким интересом я осматриваюсь.
— Именно об этом я и думаю, — кивнул я.
— Ты совсем рехнулся, мать твою? — развел руками Ролдан.
— А почему бы и нет? — спросил Виллис. — Сейчас гравитация составляет половину от обычного земного значения. А значит, наш вес уменьшился в два раза. Подниматься по скалам будет значительно легче.
— А еще это значит, что если мы сорвемся и упадем, то сломаем не все кости, а только половину, — добавил азиат.
— Я попробую, — сказал я и активировал в энерго-наруче манипулятор. Уменьшил его до более-менее приемлемых размеров и подошел к скале.
Вставил носок сапога в выбоину в скале, вскинул левую руку и ухватился манипулятором за небольшой выступ. Псевдоматерия имела куда меньшую способность к сцеплению, чем аналогичное физическое вещество, поэтому немного заскользила по неровной скальной поверхности. Я сжал уступ сильнее, укрепившись на нем. Ухватился правой рукой за другой уступ, чуть побольше, и таким образом ступил на нелегкую дорожку скалолаза.
Спутники молчали. Однако я чувствовал их взгляды на своей спине.
Минуло несколько минут. Я не оглядывался, но по ощущениям предположил, что преодолел метра четыре или пять. Карабкаться было легко, мышцы напрягались вполсилы, поэтому усталости я почти не ощущал. Иногда даже отталкивался ногами и подпрыгивал, чтобы ухватиться за очердной скальный выступ. И чем выше я поднимался, тем смелее становился.
Прошло еще немного времени, и я, покрепче ухватившись за уступ правой рукой, решил передохнуть. Начал поворачиваться, как вдруг услышал на удивление далекий голос Перка:
— Нет, Шой, не оборачивайся. Ты забрался слишком высоко, лучше не рисковать.
Я спорить с ним не стал.
— Шой, ты не сильно обидишься, если я заберу твою катану, когда ты сорвешься оттуда? — пошутил Ролдан.
— Иди к черту! — ответил я.
Преодолев еще несколько метров, я все же осторожно глянул вниз, под ноги, и с удивлением обнаружил, что ни один из спутников не последовал моему примеру. Похоже, они сначала решили убедиться, удастся ли мне эта затея со скалолазанием. Ну и черт с ними!
Последние несколько
