Кай, безусловно, заслужил шанс отомстить, только я черта с два стану извиняться перед ним. Тем не менее, я начинал его бояться. Не из-за себя, а из-за Рики. Я не мог избавиться от чувства, что предостережение, озвученное им в первую ночь ее пребывания в Меридиан-Сити, нельзя было сбрасывать со счетов. Не только в отношении Уилла и Дэймона, но и Кая тоже.
Замыслы никогда не идут согласно плану.
У каждого из них имелись собственные цели, о которых я не знал?
– Что насчет дома? – произнес Кай. – Какова наша позиция по этому вопросу?
– Я работаю над этим.
– Какова наша позиция по этому вопросу? – требовательно повторил он.
Я приблизился и с вызовом бросил ему в лицо:
– Она оказалась в Меридиан-Сити благодаря мне, – процедил я сквозь зубы. – Она в «Делькуре» благодаря мне. Она изолирована благодаря мне. Мы на финишной прямой.
После этого я ушел, доказав одно: может, он, Дэймон и Уилл изменились, зато я остался прежним.
Я не оправдывался.
* * *
К тому моменту, как я выбрался из пещеры, вещи Рики, лежавшие у бассейна, исчезли. Обыскав дом, а также заметив отсутствие Алекс, я пришел к выводу, что Рика попросила отвезти ее домой и уехала без нас.
Уилл и Дэймон остались на вечеринке. После нашей стычки в пещере Кая я больше не видел.
Нам нужно было поскорее разобраться с этим дерьмом, чтобы мы все могли спокойно жить дальше.
Меня постоянно отвлекали от баскетбола, Кай все сильнее замыкался в себе, Дэймон напоминал бомбу замедленного действия, и я практически не сомневался, что Уилл теперь и дня без спиртного протянуть не мог.
Мне казалось, парни начнут постепенно заново привыкать к свободе и пользоваться возможностями, которые открывало перед ними будущее, однако становилось только хуже, а не лучше. Этой хрени пора положить конец, мне нужно вернуть их жизнь в прежнее русло. Совсем скоро те три года, проведенные за решеткой, останутся лишь в плохих воспоминаниях.
Им предлагали работу, жилье, поддержку семьи, чтобы все вернулось на круги своя, но ни один из них даже обсуждать это не хотел. Не существовало ничего, кроме Рики и сегодняшнего дня. Они даже не пожелали навестить родных или провести какое-то время в Тандер-Бэй.
Мои друзья… мои братья были мертвы внутри. Чем больше я думал о том, что она с ними – с нами – сделала, тем сильнее мне хотелось разорвать ее на части. Я питал единственную надежду на то, что после осуществления нашего плана они станут прежними.
– Мистер Крист, – поприветствовала меня Стелла, когда я вошел в офис отца на последнем этаже его здания.
Я кивнул и, пройдя мимо, слегка улыбнулся. Она никогда не пыталась остановить меня, даже если отец был на совещании или говорил по телефону. Мы с братом редко здесь появлялись, но, по правде говоря, я думал, что Стелла просто опасалась нас не меньше, чем боялась отца. Она не вмешивалась в семейные дела.
Даже если отцу не нравились наши визиты.
Моя мать и мы с Тревором довольно рано узнали, что он предпочитал жить в городе, а нас держать подальше, в Тандер-Бэй. Близость семьи к работе доставляла ему неудобства. Он вел две разные жизни, одна из которых не включала нас.
Как я ни обожал мать, я все меньше уважал ее за то, что она сохраняла брак с таким ублюдком.
Хотя их подобные отношения, полагаю, устраивали. Отец давал ей деньги, чтобы она покупала все, что вздумается, имела дом, какой хотела, и гарантировал положение в обществе, которым она наслаждалась. В обмен на это мама оставалась респектабельной супругой и родила ему двух сыновей.
Мои родители были лжецами и трусами. Матери не хватало смелости потребовать такой жизни, которую она заслуживала, а отец никогда никому не откроется. Ни своей жене, ни сыновьям. У него не было друзей. По крайней мере, настоящих.
В паутине лжи и неиссякаемых секретов Тандер-Бэй, среди фальшивых улыбок и разного дерьма мне показалось, будто я нашел того единственного, непохожего на других. Человека, который видел все, чего хотел я, и жаждал того же вместе со мной.
Мой брат был прав. Я увидел это в глубине глаз Рики раньше, чем обратил внимание на ее лицо или тело. Взгляд, свидетельствовавший о том, что внутри нее заточено нечто, и это нечто отчаянно хотело вырваться наружу.
Мы с Рикой всегда вращались вокруг друг друга. Так было задолго до того, как каждый из нас это осознал. Поэтому ее предательство почти разрушило меня.
Я направился прямо к двери и, не постучав, распахнул ее.
Отец восседал за своим столом. Запах полироля для мебели, которым натирали столешницы и книжные полки из темного красного дерева, ударил мне в нос, напомнив о музее.
Его адвокат, Монро Винн, сидел напротив, спиной ко мне.
– Майкл. – Отец поднял взгляд, постукивая пальцем по столу, и улыбнулся одним ртом, глаза оставались холодными. – Какой неожиданный сюрприз.
Захлопнув за собой дверь, я сразу ощутил, что воздух, проникавший в мои легкие, стал вязким, словно масло. Он был не рад меня видеть, да я и сам терпеть не мог его общество. Наши отношения уже давно сошли на нет, с тех пор, как я начал защищаться, поэтому наигранное радушие отца при встрече со мной предназначалось лишь для его адвоката.
– Монро, ты знаком с моим сыном, – заявил он, махнув рукой между нами.
Монро поднялся со стула и протянул мне руку.
– Здравствуй, Майкл.
Я ответил на рукопожатие и один раз кивнул.
– Сэр.
Поприветствовав его, я скрестил руки на груди.
– Мы ждем от тебя отличных результатов в этом году, – сказал Монро. – Жена рассердилась, когда я купил абонемент в ложу на весь сезон, поэтому буду надеяться, что оно того стоило. Не подведи нас.
– Не подведу, сэр.
– Он сделает свое дело, – уверил его отец. Будто обладал хотя бы унцией гребаных полномочий. Он ненавидел мою карьеру и никогда меня не поддерживал.
Монро кивнул, и я перевел взгляд на отца.
Почуяв напряженность в повисшей тишине, адвокат наконец-то сгреб в охапку свои папки и кейс и развернулся к выходу.
– Зайду к вам позже, – проговорил он, после чего вышел из кабинета.
Отец откинулся на спинку кресла и устремил на меня раздраженный взгляд своих голубых глаз. Они с братом были похожи: русые волосы, бледная кожа, точеные челюсти. Оба были, по крайней мере, сантиметров на восемь ниже меня. Я унаследовал свой рост со стороны маминой семьи.
– Я удивлен, что ты вообще помнишь, где находится это здание, – съязвил он.
– Что правда, то правда, – парировал я, прислонившись плечом к книжной полке. – Я появляюсь здесь так же часто, как ты появляешься дома.
Отец пристально, с явным недовольством посмотрел на меня.
– Ты разговаривал со своей матерью?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
