Читаем без скачивания Звучание сердец (СИ) - Волчек Дарья

— Да так, — туманно ответил он. — Вряд ли тебе это будет интересно.

— И всё же?

Его собеседники потеряли всякий интерес, вежливо отходя в сторону. Но девушка оглядывалась на нас, топчась возле столика с закусками. Кажется, они подумали, что я очередная его любовница и между нами назревает конфликт. Я нервно усмехнулась. Никогда бы не опустилась до того, чтобы ругаться на людях. Жаль, что об этом уже никто не узнает.

— В чём дело, Саша? — он раздражённо нахмурился, складывая руки на груди.

Стараясь не накалять обстановку ещё больше, я беззаботно улыбнулась и украдкой от других гостей вечера дотронулась до его напряжённой руки, что сжимала металлическое перило.

— Мне просто скучно здесь. Ты ушёл, ребята тоже нашли себе компании по интересам, одна я болтаюсь без дела.

Богдан вмиг расслабился и ласково мне улыбнулся. В этой улыбке скрывались его слова утешения, все его чувства ко мне, которые сейчас проявить он не мог. Лейбл связывал его по рукам и ногам. Вместо поцелуя одними губами он прошептал: «люблю тебя» и подмигнул. На душе снова стало тепло, словно из-за туч вышло солнце и разогнало всю хмарь вокруг.

— Прости, я не подумал, что тебе будет здесь неинтересно.

— Просто не оставляй меня одну, ладно?

— Конечно, любимая, — прошептал он, а его шершавая ладонь невзначай скользнула по плечу и упругим волнам моих волос. — И ты держись рядом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Но совсем скоро он забыл про своё обещание, и я снова осталась одна. Стояла рядом со столом с разной снедью, почти с отвращением рассматривая тарталетки с красной икрой и огромных креветок, чьи длинные усики выглядели ужасно пугающими. В руки, как по заказу, прыгнул очередной бокал шампанского. Какой по счёту — четвёртый? Шестой? Да уж, Сашка, докатилась. Только и осталось что напиться. Но тихое шипение пузырьков успокаивало, становясь настоящей симфонией для моих вкусовых рецепторов. Немудрено, что из всех непонятных закусок и напитков я выбрала именно его.

— Сегодня подают удивительно вкусное шампанское, не находите?

Я скосила взгляд влево. Темноволосый, высокий мужчина крутил в руках пузатый бокал с прозрачно-коричневой жидкостью и с интересом разглядывал меня.

— Не знаю, какое шампанское подавали здесь раньше, если честно, — вежливо ответила я, поворачиваясь к мужчине.

— Если честно, я тоже, — рассмеялся он. — Впервые здесь. Просто не знал, как завести разговор. Меня зовут Александр.

— Александра, — я не смогла сдержать улыбки.

— Удивительное совпадение. Извините за вопрос, каким же ветром вас занесло на это собрание богатых и знаменитых? Или вы новая звезда, о которой я ещё не знаю?

— Я — нет, а вот мой друг вполне подходит на эту роль, — я подбородком указала на стоящего неподалёку Богдана.

— Аутсайдеры. Как же, наслышан, — понимающе кивнул он. — Талантливые ребята с многообещающим будущим.

— Дайте угадаю, Вы музыкальный критик? Или жутко влиятельный продюсер?

— Почти, — мягко улыбнулся Александр. — Я журналист. «Music Box» может слышали про такое издание.

Я озадаченно нахмурилась.

— Так это же в Санкт-Петербурге, если я не ошибаюсь.

— Не ошибаетесь, — подтвердил мужчина. — Но по долгу службы катаюсь по таким мероприятиям, чтобы потом освещать это у нас. Вы так быстро угадали, читали?

— Я из Петербурга, а там разве что ленивый не открывал ваш журнал.

— Земляки, получается. Приятно. А чем же вы занимаетесь, кроме того, что приходитесь подругой этому юному дарованию?

Я неловко улыбнулась, а лицо залила краска смущения.

— В какой-то степени мы коллеги, я тоже работаю на журналистском поприще, правда, только постигаю эту непростую профессию.

— А вот это вдвойне приятно, — с его лица вдруг слетела добродушная улыбка, он вопросительно приподнял бровь и слегка повёл подбородком, указывая мне за спину.

Обернувшись, я наткнулась на злющий, потемневший взгляд Богдана. Он жестом собственника притянул меня к себе, и процедил, едко скалясь:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Познакомишь?

— Богдан, это Александр, он журналист.

— Приятно познакомится, Богдан, — вежливо кивнул мужчина.

Кто-то окликнул мужчину по имени, приглашая присоединиться к беседе:

— Прошу меня извинить, вынужден покинуть вас. Александра, было очень приятно с вами пообщаться, — он вытащил из внутреннего кармана пиджака белую визитку и протянул мне. — Позвоните мне, всегда рад предложить работу талантливым новичкам.

Кивнув, он удалился от нас, затерявшись в плотной толпе.

— И что это за хрен с горы?

Я молча перевернула визитку, давая и Богдану прочитать, что на ней написано: «Александр Борисович Макарский, генеральный директор Music Box».

— Что с тобой, Богдан? — я подняла голову, с удивлением разглядывая его лицо, на котором было явное и неприкрытое раздражение. — Зачем ты на него накинулся?

— Ты видела, как он смотрел на тебя или нет?

— Мы просто разговаривали.

— И он уже успел пару раз тебя раздеть в своих фантазиях!

— Прекрати, — я понизила голос, боясь, что кто-то может это услышать и у Белинского будут проблемы, хотя до нас абсолютно никому не было дела, — почему ты себя так ведёшь?

Ответить он не успел. Нам на плечи упали две огромные, тяжеленые ладони, а между нами вклинилась патлатая голова Женьки. С его шеи свисал пёстрый, в сердечках, шёлковый платок. Так он заменил свои излюбленные гавайские рубашки на этом мероприятии.

— Чего трём? — он перевёл взгляд на злого Богдана. — Что случилось?

— Всё хорошо, — буркнул Богдан.

— Тогда давайте свалим отсюда, умоляю вас, — взмолился басист. — Мне уже тошно от этих лакированных пижонов. Завалимся куда-нибудь в бар и отдохнём по-нашему, а?

Богдан со свистом выдохнул и на секунду прикрыл глаза.

— Да, валим отсюда. Ждём вас на улице.

Он грубовато схватил меня за руку и почти потащил за собой в фойе. Я быстро передвигала ногами, постоянно одёргивая короткую юбку. Когда мы оказались на улице, я выдернула запястье из его крепкого захвата. Внутри бурлил взрывоопасный коктейль из злости и непонимания.

Богдан зубами вытащил сигарету из пачки, подкурил её и выдохнул клуб дыма, прикрывая глаза.ъ

— Что это было, не хочешь объяснить? — возмущённо воскликнула я, потирая покрасневшую кисть. — Ты совсем с ума сошёл, что ли?

Он подошёл ближе и обнял меня за талию, притягивая к себе. Я попыталась вырваться, но Богдан крепко держал меня, не давая увернуться.

— Не хочешь ничего объяснить?

— Прости, — Богдан прислонился лбом к моему, прикрывая глаза, и повторил, — прости. Я когда увидел этого мужика рядом с тобой, у меня вообще башню снесло, я думал, прям там его положу.

— Но мы же просто разговаривали…

— Плевать. Ты моя, Саша, — Богдан распахнул глаза, и я мгновенно пошла ко дну в глубинах его невероятных глаз. — Никто не смеет на тебя так смотреть, кроме меня.

— Даже не думала, что ты такой собственник, Белинский, — хмыкнула я.

— Я сам не думал, — он отстранился, устало потёр переносицу и криво улыбнулся. — Ты ещё не устала? Готова дальше тусить? Или домой?

— Я как ты.

— Значит, едем покорять ночную Москву!

Я сделала глоток джина с тоником и поморщилась — лёд давно растаял, превращая коктейль в неприятное пойло. Часы над барной стойкой показывали третий час ночи, но веселье ещё было только в самом разгаре. И я в очередной раз поняла — все эти тусовки и ночные развлечения точно не для меня.

Но поначалу, когда мы только приехали в бар, мне здесь очень понравилось. Мы дружно устроились за одним из высоких столиков, болтали, смеялись над вечными шуточками Женьки и острыми ответами на них в исполнении Юльки. Но когда градус вечеринки заметно поднялся, вектор поменял своё направление. Юлька с Женей куда-то незаметно слиняли, а Богдан и Семён ввязались в спор с тремя байкерами в коже за соседним столиком. Правда, спор их продлился недолго, и они уже чуть ли не обнимались, заливаясь алкоголем. Одна я снова оказалась не у дел.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})