— Они недовольны своей судьбой? — вздернул бровь Алексей.
— Не стараниями Олега они стали теми, кто есть, а твоими. Да половина мужчин заплатила жизнями, чтобы остальные могли жить своим укладом.
— За словесами следи, сопля, — надвинулся Святославич на Романова.
— Я всегда слежу за своими словами. И за каждое из них готов ответить. Запомни это князь, — ожег его недобрым взглядом Романов.
— Михаил, — окликнул его Алексей.
— Господин, я служу тебе и если прикажешь, то я заберу с собой того, кто вместо того, чтобы беречь свою землю, приводит на нее врагов и позволяет грабить народ, который он же и должен защищать. Но я никогда не стану выполнять его приказы. А если этот предатель попытается еще раз оскорбить меня, я скрещу с ним клинки. Не ухмыляйся, князь. Я молод. Но если сойдешься со мной в схватке, тебе не жить.
— Может проверим прямо сейчас? — вздернув бровь, с нарочитым любопытством произнес князь.
— Та-ак. Михаил тебя кажется ожидали важные дела. Отправляйся. Иди, Михаил.
— Да, господин, — не отводя от Олега злой взгляд, произнес парень.
Затем резко отвернулся и пошел прочь. Кто бы объяснил, какого он так завелся. Но вот прорвало и все тут. А у Комнина похоже на него все же есть какие-то серьезные планы, коль скоро он так ему потакает. А еще. Похоже он только что прошел какую-то очередную проверку. Нет не так. Он со своими пограничниками, выдержал какой-то экзамен. Бог весть, отчего, но не отпускает его такое ощущение и все тут.
Злой как черт он уже было направился на выход, но вспомнил о просьбе Ирины. Ну, просьба, приказ, у столь высокопоставленных лиц между этими понятиями зачастую и разницы-то нет. А ему лишний раз злить сильных мира сего никакого желания. Он сегодня уже отличился. Глядишь еще и аукнется ему его вольность.
Похоже, в этот раз ее заступничество перед старшим братом ему не помешает. Алексей ее любит. Они вообще два сапога пара. Во всем друг другу помогают и поддерживают.
Остановившись Романов подозвал слугу и велел передать госпоже Ирине, что ее брат уже отпустил Михаила и он покорно ждет ее распоряжений. Ну и привалиться к оконному откосу плечом, глядя сквозь прозрачное стекло на сад. Хм. А ведь варят тут стекло. Причем чистое и большие листы.
Глава 24
Неожиданный поворот
— Что так хмур, Михаил? Помнится к брату ты шел в куда лучшем настроении, — окликнула его подошедшая сзади Ирина.
— Скажем так, действительность не оправдала ожиданий.
— А поконкретней.
— Князь русичей, Олег. Твой брат решил, что он будет лучше смотреться на посту командира пограничников.
— И?
— Пока не знаю. Но я его как командира не приму.
— Объяснишь?
Объяснил, куда же деваться. Насколько ему было известно, у Алексея от Ирины не было секретов. Она же в свою очередь обеспечивала ему всяческую поддержку. Кто-то скажет, так себе опора, девица шестнадцати годочков отроду. На деле же, она была по настоящему умна и умела мастерски заплетать интриги. Как говаривали о них обоих — талант к интригам у них в крови. Кто-то поговаривал даже о том, что Комнин служит Никифору только потому что ему это выгодно.
— Так и что с того? Тебя так заботит судьба черни?
— Я сам из черни.
— Ты воин.
— Сейчас, воин. Но даже если и так, они то же не простые крестьяне.
— А то, что половина твоих пограничников теперь из дружины брата Олега, это как?
Ну надо же и у нее свои соглядатаи. Или она имеет доступ к сведениям поставляемым брату? Скорее всего именно так и есть.
— Роман погиб. От клятвы они свободны. Доберутся до Пограничного в церкви дадут новую клятву, на верность общине.
— Общине? — вздернула бровь девушка.
— Не император выкупил их из неволи. Община служит императору, они служат общине. Что не так?
— Хм. Звучит логично. Итак, какие у тебя планы?
— Навестить учеников в больнице. Поговорить с их наставниками. Сделать внушение будущим лекарям, если в том возникнет необходимость. И далее свободен.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Сегодня вечером на ипподроме игра в циканион*. Ты будешь?
*Циканион — византийская игра заимствованная у арабов и напоминающая поло.
— Постараюсь.
— Я буду ждать тебя на своем месте.
— Непременно буду, госпожа, — а что он еще мог ответит, при такой-то постановке вопроса.
Ребята в больнице радовали. Все же одно дело, когда отправляют на учебу тех за кого сделали выбор родители и совсем другое, когда этот выбор осознанный. И добровольный. Михаил специально привлекал себе в помощники тех, кто без понуждения помогал ему обихаживать раненых. А потом еще проявил интерес и любознательность к составлению мазей и снадобий.
Наставники не могли нахвалиться успехами ребят. И тут уж радовался сам Романов. Не всегда же ему заниматься лекарством. Пора сбросить с себя эту ношу. Своего лекаря пограничники пока нанять не могут. Не по карману. Предложить кому переехать в село, так ему нет выгоды. Вот и выходит, что нужны свои кадры.
Вход на ипподром свободный. В смысле, для граждан империи. Достаточно только показать бирку. Эдакий абонемент на посещение одного из главных увеселительных центров города. Ну или состоять на императорской службе. К примеру, те же варяги проходили беспрепятственно, при этом являясь всего лишь наемниками. Были еще варианты, когда гостя проводил аристократ.
Михаил не служил в варанге и не имел права носить ее цвета. Наличие доспеха вовсе не указывало на то, что он состоит на службе. Мало ли кто станет расхаживать в подобном обличии. Вообще-то, он с удовольствием переоделся бы в обычную одежду. Но вот как-то не рассчитывал задержаться в столице, а потому и не прихватил с собой дополнительный комплект. Однако у него имелась бирка, организованная Ириной. Ему уже не впервой посещать соревнования.
Сказать, что спорт в Царьграде популярен, это не сказать ничего. Его жители с удовольствием посещают соревнования, и с не меньшим азартом участвуют в них сами. Спортивные игры самые разнообразные, от метания копья, до забегов на короткие и длинные дистанции.
Но особой популярностью пользуются конечно же скачки. Изначально было четыре команды, но со временем их число сократилось до двух — «зеленые» и «синие». За каждой из них были свои многочисленные болельщики. Соревнования нередко длились целый день, по двенадцать заездов до и после обеда. Нередко между фанатами разных команд возникали потасовки, зачастую со смертельным исходом. А восемь раз эти столкновения приводили к массовым беспорядкам, бунтам и многотысячным жертвам.
Оставлять такую силу без присмотра, глупость несусветная. Хотя конечно управлять толпой практически невозможно. Есть лишь вариант подтолкнуть в нужном направлении и использовать эту стихию с максимальной выгодой. Словом, исторически так случилось, что эти команды стали политизированы и представляли либо существующую власть, либо ее аппозицию.
Но скачки вот так с кондачка не проводятся. На их подготовку уходит до месяца. И если ты не хочешь стать политическим трупом, то даже будучи при смерти ты должен присутствовать на соревнованиях. Проводить встречи, принимать просителей и быть на виду у тех, кто тебя поддерживает. При этом просто обязан демонстрировать бодрость духа и крепость тела.
В дни проведения соревнований даже император проводит весь день в своей ложе. Там он проводит аудиенции и принимает чиновников, но только в перерывах между заездами. Он может проигнорировать выступление сатиров, мимов, борцов, фокусников и им подобных, развлекающих публику, пока готовится очередной заезд или длится обеденный антракт. Но в момент гонки непременно должен проявлять интерес и болеть за свою команду.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
К примеру, Михаил точно знал, что Никифор ни разу не был любителем скачек. Но знал об этом лишь узкий круг людей. Слухи ходили, но люди не верили, потому как император проявлял неподдельный интерес к своей команде, болел азартно и щедро награждал победителей.
