Сумма, которую пришлось выделить на инструменты, продукты и скот, была довольно велика. Зато две проверки, следующие одна за другой, выловили среди поставщиков двора и некоторых служащих министерства финансов слишком крепкие и не слишком честные союзы.
В общем-то, воровством и взятками была пронизана вся система управления государством. Но поскольку первое поселение планировалось назвать в честь короля, да и вся экспедиция находилась под неусыпным наблюдением двора, служащих министерства финансов удалось слегка почистить. Более того, двое из них отправились в качестве заключенных в эту самую экспедицию вместе с женами. Еще двоих семьи отказались сопровождать.
В целом снаряжение будущих колонистов было вполне достойным. На фрегаты были погружены не только инструменты хорошего качества: топоры, молотки, пилы и прочее добро, но также хороший запас зерна, изрядное количество овец, небольшое стадо коров и три быка, всевозможные семена и прочее, прочее, прочее.
Теперь все зависит от них самих, от того, найдут ли они общий язык или примутся воевать друг с другом. Я знала одно: даже если первые колонисты погибнут полностью, попытки заполучить новые земли я не оставлю. Колония способна не только оттянуть из страны часть преступников, но и поставить их на путь возвращения в человеческое общество.
* * *
Это лето оказалось очень насыщенным. К первым заморозкам ожидалось окончание строительства дома инвалидов. На освящении этого дома я собиралась присутствовать лично: народ должен знать, что королева заботится о нем. Более того, кроме появления на публике, я собиралась и дальше регулярно заниматься этим домом. Проследить, чтобы атмосфера среди инвалидов и персонала не переросла в скрытую войну, чтобы никакой наглый клещ не высасывал достаточно скромные ресурсы, идущие на питание и отопление.
Я хотела и посмотреть, кто из инвалидов сможет зарабатывать дополнительные деньги для себя лично. Не исключено, что среди них найдутся умельцы в разных областях, которым впоследствии можно будет «пристегнуть» несколько учеников из уличных мальчишек. Я считала это направление благотворительности весьма многообещающим.
Благодаря тому, что большую часть времени я проводила в Малом Шанизе и лично занималась ткацким цехом, мастерские изрядно разрослись. К середине зимы я ожидала уже весьма солидную сумму от проданных тканей. Разумеется, сперва костюмы из таких тканей получит королевская семья и близкие к ней люди. А потом мода сделает за меня все остальное: спрос обязательно будет.
Самой главной и сладкой моей отдушиной были дети. И подросший загорелый Александр, со смехом уворачивающийся от нянек, загорелый, плотно сбитый и совершенно очаровательный. И крошка Элиссон, которая начала терять детскую пухлость, превращаясь из малышки в очаровательную девочку, робкую, но милую и добрую.
Именно забота о будущем детей и подтолкнула меня к еще одному разговору с мужем.
Примерно в середине летнего сезона я взяла Александра с собой во дворец: показать отцу. Сперва встреча проходила несколько неловко — Ангердо явно не представлял, что вообще делать с ребенком. Но потом освоившийся сын попытался забрать у него украшенную каменьями трость, чем вызвал восторг короля.
— О! Мой сын будет великим воином! Иди сюда, малыш, я покажу тебе своего коня!
Ангердо подхватил сына на руки и, поднеся его к распахнутому окну, начал хвастаться новым жеребцом:
— Видишь, какой красавец⁈ Когда ты немного подрастешь, я подарю тебе такого же. Придворные вокруг изощрялись в похвалах дофину. Даже графиня Оранская, улыбнувшись, сообщила королю:
— Ваше величество, ваш сын точная копия своего отца! Я никогда прежде не видела ребенка красивее!
Именно после слов графини Оранской я и обратилась к мужу с уже привычной просьбой о личном разговоре. Передав сына под присмотр нянек, его величество с улыбкой сказал:
— Даже не представляю, Элен, чем вы еще сможете удивить меня. Давайте пройдем в кабинет, моя королева, и я прикажу подать нам по бокалу холодного вина. Сегодня слишком жарко.
Это было не совсем то, на что я рассчитывала. Но королям не отказывают, и я послушно проследовала за мужем, отметив про себя, что раньше все наши беседы проходили в алькове. Похоже, король тоже собирался преподнести мне сюрприз.
Глава 39
Я примерно представляла, о чем хочет говорить со мной муж. Для себя я этот вопрос уже решила и потому свою просьбу изложила первой, зная, что сейчас он мне не откажет.
По сути, и эта идея была не моя. Я просто обратилась к земной истории и временам Петра Первого. Особым знатоком я, конечно, не была, но то, что армия Петра начиналась с Преображенского полка, помнила. Все остальное было просто детали. Именно их я и постаралась расписать мужу как можно красочнее:
— … понимаете, мой король? Эти дети, набранные из самых бедных дворянских семей и не имеющие другого шанса на удачную карьеру, будут бесконечно преданы Вашему сыну. Это гораздо лучше, чем набирать потом охрану для него из случайных людей, среди которых могут оказаться предатели.
Как ни странно, идея создания такого вот детского полка-школы королю очень понравилась. Он даже изъявил желание частично оплатить строительство здания, со вздохом объявив:
— Мне, увы, не довелось расти в таком окружении. А ведь как было бы здорово… — глаза короля подернулись мечтательной дымкой, и он замолчал на полуслове. Я же подумала о том, что мальчики всегда любили играть в солдатиков. И с точки зрения мужа, он сейчас покупает для сына роскошную игрушку. Истинно королевскую игрушку — живых солдатиков.
Разумеется, это был еще предварительный разговор, и я прекрасно понимала, что нужны серьезные расчеты и по совместному финансированию школы, и по строительству, и по стоимости обучения там детей. Впрочем, не всех детей я собиралась брать совсем уж юными.
Пока для начала в первом корпусе планировалось поселить три группы учащихся по пятьдесят человек. Семилеток, которые будут проходить полный курс обучения. Десятилетние и последняя группа тринадцати-четырнадцати лет. Именно из этих детей впоследствии будет набираться командный состав армии. Но это будет еще очень и очень не скоро.
Сейчас же я изо всех сил желала мужу долгих лет жизни, потому что ни я, ни сын не собирались перехватывать у него власть. Что смогу исправить в стране, я исправлю. Но, с моей точки зрения, старая система изрядно прогнила, а на реорганизацию в первую очередь нужны были деньги.
Получался какой-то замкнутый круг. Нет денег, нет реорганизации, страна медленно движется к краху. А всякие де Богерты помогают ей сократить путь. Именно поэтому я и начинала с малого, планируя потом со временем увеличивать и количество детей в Потешном полку, и количество детей, которых будут обучать жители дома инвалидов. Пусть каждый из этих подростков чувствует благодарность к короне.
Разумеется, такими мыслями я с Ангердо не делилась. Ему достаточно знать, что у его сына будет потрясающая и дорогая игрушка. И сам он сможет иногда приезжать смотреть на эти детские войска и даже устраивать шуточные бои. Зато генерал Вильгельм де Кунц получил четкое указание начать подбор персонала для армейской школы дофина.
Во время беседы мы с мужем сидели на двух обтянутых полосатым атласом диванчиках друг против друга. Нас разделял невысокий столик, на котором с букетом ранних роз дивной красоты стояла ониксовая ваза. Поняв, что я закончила излагать свои мысли и со всем согласившись, король слегка затянул паузу, внимательно разглядывая меня. Наконец он заговорил. Я раньше догадывалась, о чем пойдет речь, но слушать это было тяжело и неприятно.
— Элен, вы выглядите прекрасно и явно совершенно здоровы, — с этими словами король встал со своего места, обогнул столик и присел рядом со мной.
Я «стыдливо» потупилась, не давая ему возможности заглянуть мне в глаза. Сердце колотилось, и мне казалось, что на моем лице он прочитает то отвращение, которое я испытывала. А Ангрердо, взяв меня за руку и интимно поглаживая большим пальцем мою ладонь, продолжал заливаться соловьем:
