кричать прямо сходу. И когда будешь грозить разряженным пистолетом, держи его за ствол — так выглядит убедительнее. С заряженным все наоборот. В общем, ты власть, веди себя поувереннее.
— Я власть? — неуверенно переспросила безносая. — Да. Я спрошу про каюты.
Переводчица обратилась к морякам с краткой и почти спокойное речью. Гребцы переглядывались и красноречиво молчали.
— Мы пропустили важный этап установления истинного доверия и взаимопонимания, — признал Вейль, поднимая оружие. — Будь любезна, переведи что если им нечего сказать, нам они вообще не нужны. Для начала я застрелю вон того — лысеющего. Он молчит особенно дерзко и вообще на меня немного похож.
Анис перевела и команда враз загомонила. Особенно красноречив был плешивый несчастливец — этот клялся именем пророка и вообще демонстрировал полнейшую готовность к активному сотрудничеству. Правда, другие тоже старательно кричали.
— Стоп-стоп, так не пойдет, — запротестовал шеф.
Действительно не пошло — барка заскрипела, ее резко дернуло, переводчица ухватилась за перила, гребцы побросали весла.
— Так, скажи им, что мы и без них знаем что такое «мель». И сейчас мы найдем виновного, — зарычала Катрин, с ятаганом спрыгивая вниз.
Анис что-то переводила, но указания выгнутого клинка и так оказались вполне доходчивы. Кто-то из речников бросился на нос, другие резво освобождались от рубах и деловито прыгали за борт. Все как-то вмиг наладилось: звучали команды, матросы перекликались в воде, барка начала странно пошевеливаться, умельцы в воде закряхтели напряженнее — дахабья сошла с отмели и закачалась спокойнее. Мокрая команда полезла обратно на борт. Всем было понятно, что пусть власть и переменилась, тонуть и делать иные глупости неразумно.
— Пожалуй, мне лучше исчезнуть в каюте и переодеться, — сказала диверсантка. — Все потихоньку устаканивается, а я как-то неуместно выгляжу.
— Конечно. Я думал вам просто нравится демонстрировать фигуру и отличную спортивную форму, — удивился шеф.
В крошечных каютах оказалось душно, богато, порядком намусорено, но безлюдно, да и выбор тряпья имелся неплохой. Диверсантка оделась и принялась смывать с лица остатки боевого крема. Качалась лампа над рукомойником — довольно удобным — остальные удобства, пусть и в довольно экзотическом исполнении, здесь тоже имелись. Недурная яхта для круиза по местам древнеегипетской археологической славы. Взяли кораблик, вполне получилось.
Катрин привела себя в порядок, поднялась на палубу. Здесь все шло по плану, переводчица тоже освоилась, деловито наблюдала за работами.
— Стараются? — осведомилась архе-зэка. — Бодры?
— Так да. Вот это рейс — по вашему «шкипер», — указала Анис. — Это есть его помощник, мустамель.
— Чудно. Как этот бывший речной монитор именуется?
— Его называть… Трудный игра слов. В переводе будет — «Легок Шеп»… или «Легкая Шеп». Команда из Луксора. Мы обещали им платить вдвойне.
— Раз обещали, значит, заплатим. По-крайней мере, пусть верят. Что-то тебя опять в дрожь бросило? Отлично держалась, и на тебе.
[1]Строго говоря, вольтижёры не спецназ, а солдаты авангарда, застрельщики, способные действовать в стрелковой цепи или в рассыпном строе. Здесь упоминаются как подразделение, наиболее готовое к выполнению предполагаемой задачи.
[2]Рейс (местн.) — капитан, шкипер нильской барки-дахабьи. Во время плавания практически постоянно находится на носу и проверяет фарватер. Его помощник — мустамель — сочетает обязанности штурмана-старпома-боцмана и располагается на крыше невысокой каюты у средней мачты.
Глава 10
Ягодки и паладины
Четырнадцатый день месяца термидора
ПфБах!
Почти попадание — волна взметнула дредноут, мелькнув мясисто-розовым трюмом, он перевернулся неповрежденный и притворился зеленовато-черной камуфляжной субмариной. Покачивалась, теряясь в волне, покатая рубка…
Хотелось сплюнуть за борт, но было неловко. Все-таки воспитанная служанка, уроженка дикой, но гордой Монтенегры. И опять смазала с жалких пятнадцати метров. Зрители с соседнего судна сочувственно молчали, экипаж «Летучей Шеп» вообще старался быть немногословным — здесь высокую «служанку» попросту боялись. Ладно… Катрин подняла второй пистолет… Вроде бы плевое дело. Прицельные приспособления упрощенные, но точно выставленные, доступные пониманию любой идиотки. И вообще эта пара пистолетов недурна, разве что насечка на рукоятях чересчур мелкая, да и без чеканки можно было обойтись, но ведь качественное оружие. И какого фига…
ПфБах!
Взметнулись обломки зеленоватой «бортовой обшивки» и брызги, субмарина лопнула и попыталась затонуть. С соседней дахабьи донеслись аплодисменты. Издеваются вояки. Впрочем, они не со зла. Катрин отсалютовала пустыми пистолетами и пошла в каюту перезаряжаться. Дремлющий в проходной каютке Вейль заворочался, пробормотал насчет «громыхающих садисток».
— Да! — подтвердила малоуспешная снайперша. — Предаюсь излюбленному пороку, ибо у меня свободное от службы время. А в контракте вообще не упоминалось, что тут требуется тихая мазохистка. Раньше нужно было думать, терпите теперь.
«Спящий» промычал, что он потерпел бы, но беспокоится о запасах пороха на борту, они явно иссякают, а до войны еще и не доплыли.
— Свой порох расстреливаю, честно награбленный. И вообще, шеф, у меня что-то с руками. Попадания: пятьдесят на пятьдесят — это ненормально, — призналась Катрин.
Вейль приоткрыл один глаз:
— У меня примерно так же. Стоит ли беспокоиться? Затяжную траншейную перестрелку нам не вести, а при стрельбе в упор вы не промажете. На крайний случай имеются револьверы. Отриньте ваше религиозные предрассудки и вооружитесь многозарядным достижением цивилизации. Напоминаю: даже с учетом осечек скорострельность гораздо выше.
Катрин поморщилась и протиснулась в свои апартаменты.
В каюте поддерживалась достойная благородная атмосфера. Резная ширма, узорчатые решетки, подушки, пропахшие крепкими благовониями (шпионское обоняние уже притерпелось). После захвата «Легкой Шеп» опытная Анис оказала неоценимую помощь в наведении порядка. Собственно, безносая девчонка этот порядок и наводила. На борту оказалось много колоритных специфических штуковин и приспособлений местного производства, непростых в пользовании, но продуманных и небесполезных. Один способ зажигания и подвешивания ламп чего стоит. В общем, Анис вполне оправдывала получаемый паек, да и вообще оказалась прекрасной, ненавязчивой компаньонкой. Вон — скрутилась в клубочек на койке-кушетке, делает вид, что книгой увлечена и вообще ее нет.
Катрин села за столик с раздвинутыми по углам чужими банками-склянками косметики и иного женского, внезапно унаследованного вместе с этим гаремным гнездом-загоном. Впрочем, пистолеты на инкрустированной столешнице выглядели уместными — все же странный дизайнерский век на дворе истекает: оружие и расчески делали одинаково старательно и надежно.
