Содома. Науськанная Эрин первым делом поспрашивала Ульдреда на эту тему, и тот, не скрывая информации, рассказал занимательную вещь: если бы не защитный контракт, он бы ни за что не стал спать здесь.
— Как же Пальт это допустил? Он опытный храмовник, должен был понять всю опасность затеи, про контракт не знает, — спрашивала рыжая, пока маг протирал лицо и лысую макушку полотенцем, предварительно замороженным «Ледяной хваткой», а после растопленным пламенем. М-да, как я уже говорил, с бытовой магией здесь бо-о-ольшие проблемы.
— Два волшебных слова, на которые он скривился, как наг, унюхавший протухший сыр, — слегка напоминающий коршуна чародей злорадно оскалился, но быстро вернул себе привычную невозмутимость: — Магия Крови.
— М-да, — Эрин не нашла, что ответить, поэтому экспроприировала мою любимую реплику. — Это будет проблемно...
— Вопрос с магией так или иначе пришлось бы решать после штурма. Я подумал, что, показав плюсы этой осуждаемой школы, хоть на гран, но смогу его склонить к правильной позиции. — Маг повторил комбинацию заклинаний и отдал полотенце собрату, ибо с собой их взяли ограниченное количество. Вообще, это была изначально повязка для раненых, тройку которых извели на гигиенические процедуры, раз ни потерь, ни ранений уже не панируется в большом количестве.
— Он довольно ясно выразил своё мнение ещё в Редклифе, — вспоминая разговор, Эрин постучала пальцем по уголку губ, направив невидящий взор в потолок. — Мол, магия Крови меняет людей её применяющих, а взяв чужую кровь, это процесс возрастает лавинообразно.
— По сути, так и есть.
— Тогда почему вы столь спокойно её применяете?
— Неучи, в основном из подзаборных, — он презрительно фыркнул, но, напоровшись на недоумение Эрин, пояснил с тяжёлым выдохом: — Так мы называем магов, получивших образование самостоятельно, вне Круга, или без нормального учителя. Нахватались крошек и обрывков по помойкам и сомнительным библиотекам, вот и творят полную несуразицу. Уж вы-то должны понимать, что у них получается без надлежащих знаний и техники безопасности, особенно в столь опасной дисциплине как магия Крови. Без практик по увеличению резерва, даже тех немногих, что разрешены Церковью, их запасы маны скудны до невозможности, поэтому магия Крови остаётся практически единственным выходом. Поголовно — потенциальные одержимые, и подлежат уничтожению во взрослом возрасте при обнаружении. Официально.
— А неофициально? — вкрадчиво уточнила девушка, прищурившись, будто учуяв нечто интересное.
— Зависит от многих факторов, — бывший Старший чародей пожал плечами.
— Получается, Морриган вы тоже считаете подзаборной? — Ульдред вздрогнул и резко повернулся, где на него смотрел почти в упор незаметно подошедший Алистер. Даже Эрин его не увидела, так как наблюдала за парой молодых магов, греющих уши в другой стороне, одновременно отслеживая храмовников, собравшихся в другом конце зала. М-да, бастард превосходно играет роль простого рубахи-парня, скрывая многие вещи на самом виду. Он не бард, и не обманывает, он действительно таков на самом деле, но за этой внешней скорлупой притаился мощный бронто. К примеру, набор навыков, сила и ум не соответствуют простому Серому Стражу и бывшему храмовнику — если такое сочетание в принципе можно считать простым. Когда бастард перестаёт шутить и играть дуболома, вперёд выходит наследие крови — десятки поколений правящей династии королей Ферелдена. Гены пальцем не раздавишь.
— О, нет, — Ульдред расслабился, опознав Алистера. Как я уже говорил, потомок Каленхада непрост, а харизмой не уступает Эрин, и смог наладить пускай и пока не совсем дружеские, но приятельские отношения как с лагерем храмовников, так и магов. Несмотря на его же собственные слова о негативном отношении к нему чародеев. — Назвав уважаемую Морриган подзаборной, я бы жесточайшим образом ошибся. Она имела хорошего учителя нетрадиционной магии, обладает обширным багажом знаний и твёрдой базой. Она воистину Малефикар, за тем исключением, что не использует магию Крови.
— Жаль, а я-то уже обрадовался... — демонстративно печально вздохнув, щитоносец улыбнулся и отошёл, почёсывая в затылке. Я заметил, как Ульдред непроизвольно, на миллиметр, но поднял уголки губ в ответной улыбке. Ещё раз м-да.
— Так что насчёт магии Крови? Она опасна или нет? Влияет на мага?
— Вам разве не рассказали об этом? — внезапно вопросом на вопрос ответил Ульдред после небольшого промедления.
— Информацию нужно сравнивать из разных источников.
— Вот как... Хорошо, вы правы. — Ульдред осмотрелся по сторонам, но кроме уже замеченной пары магов, на которую чародей не обращал внимания, никого более рядом не было. Отойдя ещё на пару шагов к углу зала, мужчина продолжил. Его речь изменилась и стала подобна опытному лектору. Кажется, эти слова он произносил не раз и не два. — Как я уже говорил, Магия Крови опасна как для окружающих, так и для самого мага. Стоит отметить, это даже не отдельная школа или направление магии, как, к примеру, Созидание или Стихийная. Это совершенно иной подвид чародейства. Каркас заклинаний и рунная составляющая состоит из жизненной силы, а не маны, благодаря этому большая часть навыков, направленных на противодействие магии, совершенно бесполезны против неё. И в этом кроется опасность. Жизненная сила не просто так зовётся жизненной. Она наполнена сутью человека, его борьбой за своё существование, всеми глубоко заложенными инстинктами зверя, возведёнными в абсолют. Используя её в заклинаниях, маг пробуждает их ото сна, сметая тонкий налёт цивилизованности. Скажи, что лежит в наших инстинктах, Эрин?
— Есть, спать, срать и трахаться, — не обратив внимания на переход на ты, ответила Эрин.
— Какой замечательный и быстрый ответ, сразу видно образование, — маг одобрительно кивнул и по эмофону это не походило на издёвку, хоть и было похоже. — Да, ты права, однако этим не ограничивается. Агрессия, доминирование, жажда власти и крови — то что помогало выжить и возвыситься также скрыто там. Прибавим сюда концентрированную бодрость, будто выпиваешь несколько бодрящих эликсиров разом, опьянение, как от крепкого вина, ощущение ложного всемогущества и лёгкий наркотический дурман. Теперь представь, как вся эта смесь бьёт по разуму мага, что входит с ней в непосредственный контакт. Когда же эта смесь вообще не его, а чужая, а потому совсем незнакомая, ложащаяся поверх его собственной, без предшествовавшей этому потери сил? Через сколько мы получим вместо мага жалкое подобие демона? С учётом эффекта привыкания и кажущейся лёгкости применения?
— Быстро, чрезвычайно быстро, — хмуро ответила девушка.
— И в третий раз ты права. Вот и весь секрет опасности магии Крови. Так прост, но, вместе с
