скособочилась на сломанной петле.
Покачивая головой, Найнив вошла в гостиницу. Об этом я Брану много чего скажу.
Общая зала была пуста, лишь одна женщина, с толстой седеющей косой, переброшенной через плечо, вытирала стол, но по тому, с каким видом она смотрела на столешницу, Найнив сомневалась, что она осознает, что делает. Зала выглядела пыльной.
— Марин? Марин ал'Вир дернулась, вскинула голову и застыла, уставившись на Найнив и схватившись за горло. Она выглядела намного старше, чем помнила ее Найнив. Измотанной.
— Найнив? Найнив! Ох, это ты! Эгвейн? Ты привела обратно Эгвейн? Скажи, что привела!
— Я… – Найнив приложила ладонь ко лбу. Где Эгвейн? Да, ей нужно бы суметь вспомнить. – Нет. Нет, я не привела ее. – Путь обратно появится, но лишь единожды.
Миссис ал'Вир тяжело осела на стул с прямой, высокой спинкой.
— Я так надеялась… С тех пор как умер Бран…
— Бран умер? – Найнив не могла себе такого представить; всегда казалось, этот большой улыбчивый человек будет жить вечно. – Я должна была быть здесь.
Вторая женщина вскочила на ноги и, торопливо подбежав к окну, с тревогой всмотрелась в Лужайку и деревню.
— Если Малена узнает, что ты здесь, беды не миновать. Я же знаю, что Кенн к ней кинется, выше головы прыгнет, чтобы ее отыскать. Теперь мэр – он.
— Кенн? Каким-таким образом эти шерстеголовые мужчины выбрали Кенна?
— Это все Малена. Она весь Женский Круг на мужей спустила ради него. – Марин чуть нос о стекло не расплющила, стараясь смотреть сразу везде.
— Глупые мужчины даже словом заранее не обмолвились друг другу о том, чье имя опустят в коробку; думаю, каждый мужчина, голосовавший за Кенна, думал, будто он единственный, у кого жена всеми правдами и неправдами вытянула согласие на это. Подумаешь, один голос, какая разница! Ну вот, теперь они узнали лучше. Мы все узнали.
— Кто такая Малена, которая заставляет Женский Круг что-то делать по ее указке? Никогда о ней не слышала.
— Она из Сторожевого Холма. Она… – Марин отлепилась от окна, ломая руки. – Малена Айлар – Мудрая, Найнив. Когда ты не вернулась… Свет, надеюсь, она не прознает, что ты здесь.
Найнив изумленно качала головой:
— Марин, ты ее боишься. Ты вся дрожишь. Что она за женщина? Почему Женский Круг вообще выбрал такую? Миссис ал'Вир горько рассмеялась:
— Наверно, мы посходили с ума. Малена пришла навестить Мавру Маллен за день до того, как Мавра собралась обратно в Дивен Райд, и той ночью прихворнули детишки и Малена осталась присмотреть за ними, а потом стали умирать овцы, и Малена и за ними ухаживала. Так естественно казалось выбрать ее, но… Она – скандалистка, Найнив. Она запугивает тебя, пока ты не сделаешь так, как ей хочется. Она донимает и надоедает тебе, пока ты не устанешь говорить ей "нет". И еще хуже. Она ударила Элсбет Лухан и сбила ее с ног.
В голове Найнив мелькнули образы Элсбет Лухан и ее мужа Харала, кузнеца. Ростом она почти не уступала мужу, и была хоть и красивой, но крепкого сложения.
— У Элсбет силы не меньше, чем у Харала. Поверить не могу…
— Малена – женщина не рослая, но она… она неистовая, Найнив. Она била Элсбет посохом, гоняясь за ней по всей Лужайке, а ни у кого из нас, видевших это, не хватило духу попытаться прекратить это безобразие. Узнав об этом. Бран и Харал сказали, что она должна уйти, пусть даже они и вмешиваются в дела Круга Женщин. Думаю, кое-кто из Круга и внял бы этим речам, но той же ночью они оба, и Бран, и Харал, заболели, и следующим днем один за другим умерли. – Марин закусила губу и обвела взглядом залу, будто в каком-то углу мог кто-то прятаться. Она понизила голос: – Лекарства для них смешивала Малена. Она заявила, это ее обязанность, пусть даже они ее и хулили. Я видела… я видела, как она уносила потом с собой серый фенхель.
Найнив ахнула:
— Но… Точно? Ты уверена, Марин? – Та кивнула, лицо ее сморщилось, она готова была вот-вот расплакаться. – Марин, если ты даже подозреваешь, что эта женщина могла отравить Брана, как же ты не пошла и не сказала всего Кругу?
— Она заявила, будто Бран и Харал не ходили во Свете, – с трудом пробормотала Марин, – раз перечили Мудрой, да еще так. Она заявила, будто потому-то они и умерли – Свет их покинул. Все время она толкует о грехе. Она заявила, что, мол, Пайт ал'Каар грешен, раз мутит воду и говорит о ней плохо после смерти Брана и Харала. А все, что он сказал: у нее Исцеление не такое, как у тебя. Но она вывела на его двери Клык Дракона, и все видели ее с головешкой в руке. Не прошло и недели, как оба его мальчика умерли – просто были мертвы, когда мать пришла их будить. Бедняжка Нела. Мы нашли ее, когда она бродила за околицей, смеялась и плакала, кричала, что Пайт – сам Темный и что он убил ее мальчиков. Назавтра Пайт повесился. – Марин содрогнулась, а голос стал таким тихим, что Найнив едва слышала ее. – У меня под крышей осталось четверо живых дочерей. Живых, Найнив. Тебе понятно, о чем я говорю? Они еще живы, и я хочу, чтобы они живыми и были.
Найнив ощутила разлившийся в душе холод.
— Марин, ты не можешь такого допустить. – Путь обратно появится, но лишь единожды. Будь стойкой. Она отогнала эту мысль. – Если Круг Женщин будет держаться вместе, вы можете избавиться от нее.
— Держаться вместе, против Малены? – Смех Марин очень походил на рыдания. – Мы все ее боимся. Но она добра с детьми. В эти дни, как кажется, дети болеют чуть ли не постоянно, но Малена старается изо всех сил. Почти никто не умер от болезни, когда она была Мудрой.
— Марин, послушай меня. Неужели тебе непонятно, почему дети все время болеют? Если она не заставит вас себя бояться, то она заставит вас думать, что она нужна вашим детям. Она этому виной, Марин. Точно так же, как она сделала с Браном.
— Она не могла, – прошептала Марин. – Она бы не сделала такого. Только не с малышами.
— Она, она, Марин. – Путь обратно… Найнив беспощадно вытравила мелькнувшую было мысль. – Есть кто-нибудь в Круге, кто не запуган? Кто послушает нас?
Марин ответила:
— Ни одной, кто бы
