— Понятно. Наверное, хорошо иметь такую дружную семью.
— Дружную? Да мы грыземся друг с другом с утра до вечера. Ни дня не проходит, чтобы никто не поссорился. С чего ты вообще взял, будто наша семья может быть дружной?
— А Белинда? Вы ведь приняли ее. Несмотря на то что она считается попавшей в опалу и является вам родственницей только формально.
— С тетей особый случай. Мы вроде как дружили семьями. Отец рассказывал, они вместе играли в детстве. Он даже хотел жениться на младшей тетиной сестре. Правда, пока главы семьи решали, позволительна ли свадьба аристократов с одной фамилией, папа встретил маму. Родители любят эту историю, но при тете ее, по понятным причинам, не вспоминают.
— Извини. Я не подозревал, что мое любопытство осложнит вам жизнь.
— Пустяки, — отмахнулся Сэм. — Обычно тетя тверда, как адамант. Просто сейчас у нее очередной период меланхолии. В такое время она вспоминает родню и жалуется, что не смогла обеспечить достойную жизнь всем выжившим тогда слугам. Такое случается раз или два в год. Все давно привыкли и просто ждут, когда тетка вернется в нормальное состояние. Наверняка именно поэтому ее и спровадили ко мне в гости.
— О, — только и сказал Абель.
— Ничего страшного на самом деле. — Сэм засмеялся. — Тетя никогда не лезет в мои дела, предпочитая страдать молча. В ее присутствии есть даже плюсы — мать не беспокоит разговорами о выгодной женитьбе. Кстати о женитьбе. Ты уже выбрал себе невесту?
— Нет. — Абель захлопал глазами. — Я вообще не думал о девушках в таком плане.
— Везунчик. Мало того что встречается с самой красивой и самой родовитой, так еще и мать его не пилит, требуя скорой свадьбы. Мне бы так.
— Самая красивая и самая родовитая? — Абель слегка наморщил лоб в попытке вспомнить, о ком речь.
— Ну, может, я неправильно выразился. — Сэм пожал плечами. — Аврелия Томбсмит — самая красивая девушка академии, а Кристина Денова, без сомнения, самая родовитая. И обе ходят с тобой под ручку. — Он завистливо вздохнул.
Абель неопределенно покрутил головой. Сэм снова улыбнулся. Вся академия прекрасно знала о близости между Абелем и Аврелией, но говорить о таком прямо было не принято. Особенно если собеседник не горел желанием хвастаться своими подвигами. Упоминать же в подобном контексте Кристину значило вообще нарываться на дуэль. Отношения самого высокородного курсанта с самой высокородной курсанткой были покрыты туманом загадочности. Они никогда не переходили границ дозволенного на публике, не давая сплетникам ни единого доказательства. Впрочем, последних отсутствие достоверных сведений не останавливало. Несмотря на дружеские отношения с Абелем, Сэма мучило чувство легкой зависти, несколько усиливавшееся, когда он думал о том, что кто-то может встречаться сразу с двумя подобными девушками, не называя ни одну из них невестой и не размышляя о превратностях предстоящей жизни в браке.
— Ничего, возможно, сегодня мне удастся произвести впечатление на Карину. Она не так великолепна, как Аврелия, но тоже хороша, — пробормотал юноша, выкидывая из головы плохие мысли и стараясь подбодрить сам себя.
Сэм решил, что приложит все усилия для того, чтобы на сегодняшнем балу блистали не только Абель и женский любимчик Кристофер, но и он сам.
Ла Абель Гнец
После того как наш разговор свернул на женщин и предстоящий бал, не было сказано ничего стоящего. Мы проболтали с Сэмом еще полчаса, прежде чем покинуть его дом и отправиться на очередной праздник, устраиваемый ради молодых аристократов.
День еще не кончился, но я уже занес его в категорию бесполезно растраченных. Надежды получить некоторую выгоду от дружбы с Фоссами обернулись ничем. Слишком большой риск, учитывая, насколько враждебно Белинда настроена в отношении дома Весов. А если принять во внимание еще и ее близость к главе семьи… «Тетя» Сэмюеля наверняка имела возможность влиять на решения Вильяма Фосса. В то, что тот сможет полностью игнорировать пожелания женщины, на лечение которой он ежегодно тратит денег больше, чем на полное содержание своего младшего сына, включая оплату учебы последнего, я не верил. От Белинды стоило держаться подальше хотя бы для того, чтобы не попасть в зону интересов семьи императора. А значит, никаких совместных дел и проектов. Сэм должен остаться для меня хорошим знакомым по академии, и не более. По крайней мере, до тех пор, пока я не стану достаточно самостоятельным, чтобы не опасаться внимания императорской службы безопасности. То есть с большой долей вероятности до конца жизни.
Экипаж въехал во двор устроителей сегодняшней вечеринки, остановившись прямо напротив главного входа. Возница открыл дверцу и почтительно склонился в поклоне, что совсем не помешало ему поймать брошенную Сэмом монету. Мы прошли по выложенной гранитом дорожке и, миновав гостеприимно распахнутые входные двери, оказались в обширном холле. Около десятка молодых людей расположились здесь, явно спасаясь от громкой музыки, звучащей в зале. Меня в очередной раз посетило раздражение от подобного времяпрепровождения, но я унял его, направляясь в самый центр «веселья». Заведение и поддержание знакомств были частью необходимой работы.
Войдя в зал, я огляделся и практически сразу наткнулся взглядом на приближающуюся Кристину — даже интересно, каким образом она каждый раз столь своевременно оказывается у дверей. Денова широко улыбнулась и, цепко ухватив предложенную ей руку, кивком указала направление, в котором нам следовало двигаться. Поздороваться обычным образом в этом шуме все равно было затруднительно. Обогнув несколько человек, мы выскочили на открытое пространство, и девушка, скользнув в мои объятия, буквально заставила закружить ее в танце.
— Я думал, мы идем к кому-то, — громко, чтобы перекрыть музыку, обратился я к Крис. Упоминать Аврелию напрямую не стоило, но намек должен был быть вполне понятен.
— Если ты про свою любовницу, то здесь она точно нас не потеряет. Мы будем в самом центре внимания. Или ты против танца со мной? — Кристина заглянула мне в глаза.
— Конечно же нет. — Я выбросил из головы все планы на предстоящий вечер и стал просто любоваться девушкой.
Мои желания в отношении женщин после ухода Мелли лишь усилились. Правда, приобретя взамен более конкретное направление. Я мог наслаждаться обществом Рикки, не мечтая больше ни о чем, но лишь пока она была рядом. В остальное время мои мысли попеременно занимали две девушки: Аврелия и, как ни странно, Сильвия. Капрал настолько ошеломила меня своей страстью, что обязательно хотелось повторить ощущения, испытанные во время близости с ней. Оставалось лишь подобрать правильно место и время. И надеяться, что Рикка не соврала насчет своего отношения и кое-кого не ждет множество дней в обществе обиженной горничной-телохранителя. К тому же помимо этих трех женщин была еще Кристина. Я сам не заметил, когда мое к ней отношение изменилось. Возможно, наши ежедневные встречи и разговоры сделали свое дело, позволив лучше понять ее. Или всему виной проявляемые ею забота и сострадание, которых мне не хватало ранее. А может, все куда банальнее, и это утренние сеансы общения с врачом помогли мне лучше понять себя и постоянно находящуюся рядом девушку. Вне зависимости от причин, приведших к такому результату, ее я желал тоже. Вернее, не так. Ее я желал в первую очередь. Мне хотелось, чтобы именно она позволяла соскользнуть с плеча зеленому платью, именно она набрасывалась на меня, впиваясь в губы жадным поцелуем, и именно она приходила вечером в спальню, одетая в прозрачный пеньюар. Мой разум понимал, что Кристина не самая прекрасная девушка. Та же Рикка, имея достаточно сходное строение тела, обладала более правильными чертами лица. Но когда я рассказывал о нелогичности своего восприятия Виоле, та лишь успокоила меня, объяснив про естественность такого состояния и подтвердив свое мнение цитатами из соответствующей литературы. В такой ситуации оставалось только наслаждаться ощущениями от влюбленности, не пытаясь их подавить.
