Барсик и одним длинным прыжком заскочил ко мне в седло.
Побоявшись везти морем, я оставил рысенка с Александрой, а когда вернулся, среди встречающих не обнаружил кошака, потому что этот гулена не появлялся дома уже неделю. За год моего отсутствия, Барсик сильно вырос и стал похож на настоящую рысь, правда угловатую и тощую, но с могучими толстыми лапами.
Буян коротко заржал, заволновался перебирая ногами, но быстро успокоился, так как, по словам Сашки, вполне себе сдружился с Барсиком.
- Вернулся обалдуй... – я потрепал его по загривку. – И где шастал, спрашивается? Почему хозяина не встречал? Со мной поедешь воевать, али как?
- Мур-р-мяв... – урча как трактор, Барсик ткнулся усатой мордой мне в лицо, облизал его, а потом спрыгнул на землю и вальяжной походкой направился к Александре и Забаве, которых полюбил с первого взгляда, а точнее, после первой же порции вкусностей, которыми они его щедро одаривали.
- Ну и не надо, предатель... – буркнул я ему вслед, жестом приказал садится на лошадей уже собравшимся оруженосцам и тронул поводья. – Вперед, Буянушка, надерем задницы ганзейской падали...
В Холмогорах уже вовсю шла эвакуация.
Простой народ тянулся длинными колоннами в монастырь и к берегу. С собой тянули немудрящий скарб, вели скотину и разную домашнюю живность. Никакой паники заметно не было, все проходило организованно и спокойно.
На берегу сам отец Зосима проводил молебен с русскими ратниками, поодаль от него, правил службу, падре Иеремия, уже с моими дружинниками.
Светило яркое солнце, с неба орали невидимые жаворонки, все вокруг словно светилось, радовалось жизни, на этом фоне покидающие свои дома жители и готовящиеся умереть солдаты смотрелись странно и чуждо.
На мгновение захотелось к русским, но только на мгновение. Не поймет никто, те же русы, а мои и подавно, так что к черту душевные порывы.
Подъехал к своим, слез с коня и тоже стал на колени.
Дождался окончания службы, дал немного времени людям отойти от таинства, а потом вскочил на Буяна и горяча его, с седла крикнул.
- Выступаем!!! В походную колонну становись! Живо ослы ленивые, живо, вы же не собираетесь жить вечно!
Глава 9
Едва ратники перестроились в походную колонну, как из-за мыса по правому берегу Двины показался большой струг, а следом за ним еще один. Я сначала подумал, что пожаловали торговцы, но чуть позже разглядел красные паруса со стилизованным изображением солнца и понял, что ошибся, под такими, в основном ходили служивые государевы люди. Что прямо намекало на то, что прибыли посланцы великого князя всея Руси.
Задерживать отряд не стал, скомандовал выступать, а сам, в сопровождении Александра и Шарля, подъехал к пристани.
Едва головной струг причалил, как по сходням сбежал крупный мужик, в богатом зерцальном доспехе, при сабле, но без шлема. Эдакий дядька Черномор, широкий как шкаф и с седой бородищей до пояса. Тот самый воевода Ярославский, что сопровождал главу государевых посланников дьяка Курицына в мой первый приезд.
- Исполать тебе, княже, – он подошел ко мне и солидно, с достоинством поклонился в пояс. – С посланием прибыл, от государя...
исполать(др.слов.) – хвала, многие лета.
- Зрав буди, Семен Романович, – я назвал его по имени-отчеству и соскочил с жеребца, демонстрируя свое уважение. – Откуда узнали, что я здесь?
- Дык, точно и не знали, – воевода развел руками. – Велено было прибыть и ждать сколь потребуется. А тут вишь, как повезло... – а потом понизил голос и доверительно мне сообщил. – Призывает тебя государь к себе, Иван Иванович, немедля.
- Призывает – значит буду, – оборвал я его. – Ты лучше скажи, сколько с тобой оружных людей прибыло?
- Двунадесять ратников, – воевода обернулся и гордо показал на вооруженных до зубов бородачей. – Добрые вои, кажен двоих, а то и троих стоит. А пошто спрашиваешь, княже? – Ярославский прищурился. – Смотрю, при воинском облачении ты, никак воевать кого собрался?
- Собрался. Ганзейские идут на Холмогоры. Ты как, со мной?
- Тьфу, падаль... – Ярославский зло выругался.
- Времени нет, решай.
- Обижаешь, князь! – воевода нахмурился и решительно отмахнул рукой. – Известно, с тобой. Тока дай время лошадок выгрузить да оседлать.
Таким неожиданным образом, я разжился еще двумя десятками конных бойцов. Все отлично экипированные, сплошь в «дощатых» доспехах, то есть бахтерцах, при копьях, саблях, щитах и прочем оружье. Да при боевом опыте, молодых среди нет, все далеко за тридцать возрастом.
Вот и полноценный кавалерийский отряд при пехоте образовался. Я и мои оруженосцы, Отто фон Штирлиц, Ярославский со своими, да ратники Детины вместе с оным урядником – это уже семьдесят шесть конных бойцов – значительная сила, при правильном использовании способная на очень многое. Эх, мне бы еще эскадру* бургундских жандармов или пару копий* моих гасконских рыцарей, да где же их возьмешь. Придется обходится тем что есть. Хотя, отряд собрался уже весьма немалый.
эскадра (фр. escadres) – эскадрон.
копье (военный организационный термин времен Средневековья) – состояло из тяжеловооруженных всадников, стрелков, кутюльеров и прочего вспомогательного персонала.
Как очень скоро выяснилось, государь батюшка послал за мной не только из желания бухнуть с зятем, а по вполне серьезному поводу – намечалась война с казанскими татарами, по словам Ярославского, обнаглевшими вконец.
Ну что же, совсем не против, мне для общей коллекции, как раз не хватает взятия Казани на копье. Казань брал? Ептыть, брал, конечно! Н-да... уж никогда не думал, что непосредственно окунусь в такие исторические события. Хотя, стоп... вроде как, по словам Феба, Иван III за время своего правления так окончательно и не разобрался Казанью, это сделал его внук
