пытался избавиться от своего родственника. Само существование последнего вызывало у него дискомфорт и боязнь за реализацию дальнейших планов. Во время своего пребывания у Тракена Хан подвергся большому насилию, как физическому, так и словесному, со стороны старшего мальчика. Чтобы успокоить своего двоюродного брата, Хан должен был делать все, что ему говорили, включая помощь в проникновении в соседние дома и ограблении со взломом и попытки научить Тракена управлять спидером. Тракен мучил животных или насекомых ради забавы, делая это чаще, как только понял, насколько сильно Хэна выбивает из колеи то, что ему приходится наблюдать.
Однажды травля Тракена стала для Хана невыносимой. Когда Тракен приставил к нему нож и пригрозил отрезать уши, Хан напал на своего старшего кузена со злобой и талантом, которым научился на улице, что застало Тракена врасплох. Хан жестоко избил Тракена и, наконец, приставил к его горлу нож, тот самый нож, которым Тракен угрожал Хану несколькими минутами ранее.
Хан заставил перепуганного Тракена рассказать ему все, что он знал об их семье, и Тракен ответил правду. Как только Хан успокоился и потерял бдительность, Тракен одолел его и запер в кладовке на три дня, кормил только хлебом и водой, пообещав заставить его пожалеть. Заключение Хана закончилось, когда Тракен вошел в комнату в сопровождении лидера шайки, от которой Соло сбежал; его двоюродный брат действовал жестко по отношению к родственнику и решил передать его обратно капитану-садисту. Этот инцидент был первым из многих, которые привели к пожизненной семейной вражде между Тракеном и Ханом.
Позже Тракен пытался продолжить карьеру в Имперском флоте, но карьера кассира, контрабандиста и борьба с повстанцами помешали его амбициям и ограничили его бюрократической ролью в Кореллианском секторе. Тем не менее, безжалостные амбиции Тракена и его семейные связи позволили ему преуспеть в имперской администрации, и когда Даклиф Галламби стал Диктатором во 2 ДБЯ, Тракен был назначен его заместителем.
Однако он оказался разочарованным в своих романтических амбициях, поскольку женщины часто были склонны думать о нем не как о нем самом, а просто как о двоюродном брате Хана Соло. Его чувство, что кузен мешает ему во всех аспектах его жизни, еще больше усилилось, когда имперское правительство на Кореллии было подорвано битвой при Эндоре и последующим возвышением Новой Республики, при этом Хан, конечно же, сыграл жизненно важную роль в победе повстанцев. Кроме того, ранее недовольный политикой Галламби, Сал-Соло начал строить заговор с целью его свержения, но новости о поражении Империи при Эндоре побудили нечеловеческое население сопротивляться правлению кореллианского правительства, и он был вынужден отменить попытку готовящегося государственного переворота.
Но, как оказалось, не все так просто.
Смерть Ростека Хорна, видного служащего КорБеза, привела к тому, что старая угроза компроматов, собранная на руководство Кореллианского Сектора, перестала представлять таковую. По крайней мере так думали и в Кореллианском совете и предыдущий Диктат.
Разведка Новой Республики сбилась с ног в надежде объяснить причину, как малозначимый работник администрации Диктата меньше чем за год смог обойти в политических баталиях своих конкурентов, заручиться бескомпромиссной поддержкой глав корпорации, силовых структур, промышленников и даже любовью населения.
На данный момент не ясно как именно Сал-Соло контролирует своих более тяжеловесных в политическом смысле союзников и оппонентов. Но адмирал Дрейсон предполагал, что Сал-Соло получил все же компромат Ростека Хорна. И, пусть Империи больше не существовало, но никто достоверно не знал что именно находится в том компромате и насколько опасно обнародование имеющихся там сведений.
Сал-Соло стал не просто Диктатом — он фактически возвращал Кореллию к монархической форме правления. Должность и название Диктата остались как прежде, но многое изменилось. Кореллианский совет больше не диктовал Диктату свою волю. Наоборот, Сал-Соло мог указывать своим союзникам, более могущественным, богатым и влиятельным, чем он мог бы стать за всю жизнь, что нужно делать.
Кореллианский сектор, прежде не заявлявший о себе на галактической арене, стремительно набирает силу. Их голос все чаще звучит в галактических новостях, мнение озвучивается по каждому из имеющихся поводов, требующих внимание. И это мнение не идет в струе той или иной конфликтующей стороны — по большей части.
Кореллия заявляет о себе как о самостоятельном игроке на государственной арене. Они строят флот крупных кораблей, увеличили набор в вооруженные силы, укрепляют границы. Территория Кореллианского сектора закрыта, не-кореллианцы теряют права на имущество и привилегии, которые заработали прежде.
«Кореллия для кореллианцев!» — такой лозунг служит локомотивом кореллианской национальной идеи. И заключается она не сколько в превосходстве людей над другими обитающими в секторе расами.
Идеи Сал-Соло проповедуют исключительность коренных жителей по отношению к другим разумным в галактике. Пиар-менеджеры Кореллии не стесняются на каждом голонетном канале напоминать о том, сколько кореллианцы сделали для галактики. Как они осваивали космос и другие планеты, в каких войнах участвовали, каких врагов победили.
Тот факт, что бывший генерал Хан Соло ушел в тень, дезертировав из Галактического Альянса так и вовсе позволила Сал-Соло использовать славу своего двоюродного брата для накопления своих политических капиталов. Не нужно много ума, чтобы использовать историю родственника и его борьбу с Империей для слоганов машины пропаганды.
Тракен Сал-Соло ловкий и опасный политический лидер, который, есть такая вероятность, справился со своими детскими комплексами. И вовсю рассказывает всей галактике о том, как же хорошо на Кореллии даже не-кореллианцам.
И как плохо в Новой Республике, Галактическом Альянсе, откуда даже его недальновидный кузен сбежал. Бесконечно воюющий с соседями Доминион тоже получает свою долю критики.
Единственные, кого Сал-Соло не трогает в своих «обличительных выступлениях», так это Империя и ее союзники, вроде сектора Тапани и тамошней аристократии.
Диктат знает когда у его оппонентов и соседей может лопнуть терпение и не переходит незримую черту. Очень опасный враг и непредсказуемый союзник.
Однако, чего-то лучше Новой Республике все равно не получить. По крайней мере не сейчас.
— Некоторое время назад мы стали замечать, что Кореллия налаживает дипломатические отношения с десятками миров и звездных систем, некогда входивших в состав Новой Республики, — произнес Панзер, уводя разговор в более конструктивное русло.
— Хотите заявить ноту протеста? — спросил Сал-Соло.
— Новая Республики не вмешивается в дела других государств и не строит козни переговорам других государств, — произнес Панзер.
Сал-Соло, откинувшись на спинку своего роскошного, украшенного ауродиумной инкрустацией и драгоценными камнями, кресла, в голос засмеялся. Он не стеснялся того, чтобы продемонстрировать свое бескультурие и на полную использовал свое положение хозяина территории.
Единственный разумный ход в этой ситуации — просто перетерпеть. Не хватало еще поссориться
