Танака. Не соглашаться со мной, значит идти против главы всей компании. Есть риск потерять должность и остаться ни с чем.
Ямагути все понимал, потому вынужденно, переступив через себя, заступился. Точнее даже не так. Сухо пояснил, что командировки являются частью работы. И глупо кого-то ругать, если он отлучается строго по делу, к тому же если такое дело подбросил высший начальник.
— Погодите, Ямагути-сан, я тоже хочу делать дело. Дайте мне командировку, сегодня! До конца рабочего дня, м? — тут же воскликнула Хана.
Она перегнула палку, за что поплатилась.
— Перестаньте болтать на работе. Я не отвечаю за командировки Кавасимы-сана. А вот за ваш результат несу полную ответственность. Так что давайте ускоримся и выполним план, наконец. Сколько можно разводить базар? Тебя это тоже касается, Такуро-сан. Не стоит на меня так смотреть, — вспылил Ямагути, понимая, что месть переходит границы, и лучше призвать всех к порядку.
Я не стодолларовая купюра, чтобы всем нравиться. Так что нападки коллег меня не смущали. Без конфликтов не бывает развития. Иногда нужно выйти из скорлупы, как бы сложно это все не казалось.
Забив на сплетни и прочий бред, приступил к реализации плана, который случайно придумал утром, во время чистки зубов.
Если вычислить крысу нельзя обычными способами, надо применить необычные. Я, конечно, не суперагент, но могу им стать на полставки.
Решив так, сказал Мэй, что ничего не нашел. Вернулся обратно в офис, отбыл рабочий день. А потом отправился к гипермаркету, где был недавно.
Я не стал здороваться с персоналом, общаться с менеджером или мерчендайзерами. Вместо этого арендовал машину, подогнал к зданию магазина и устроил там наблюдательный пост.
Да, я умел водить с прошлой жизни. К тому же у Кавасимы были права. Они с девушкой планировали быстро разбогатеть и купить машину. Но с этим возникли проблемы. Корочка пылилась дома рядом с дипломом об образовании и прочим хламом.
Я думал, она вовсе просрочена. Но это было не так, что сыграло мне на руку.
Так вот, сидя в арендованной тачке, я смотрел на людей, покидающих гипермаркет. А главное, отсматривал видео с камеры наблюдения.
Не с магазинных многочисленных камер, а с одной, моей камеры. Вообще, это не особо законно. Но наказание там небольшое, к тому ж, меня вряд ли поймают.
В общем, купил дешевое шпионское оборудование на одном полулегальном сайте. Установил микрокамеру рядом с полками наших товаров. Она вела запись со вчерашнего дня, передавая данные на мобильный.
Пока ничего подозрительного я не заметил. Но сегодня предчувствие било тревогу. Потому решил «выйти в поля» и вести наблюдение на малой дистанции. Уверен, что-то должно случиться. Только что именно?
Глава 15
Время тянется медленно. Начинает одолевать сон. Все же я хорошо отпахал на работе и был уставший, а отвлечь себя было нечем.
Гипермаркет работал не круглые сутки. Торговая площадка опустела, на территории тоже все стихло.
Я был один, пялился в экран телефона, на котором ничего не происходило. Тут любой закимарит, не говоря об офисном клерке, который сильно измотан.
Не заметил, как склонил голову и захрапел. Да, издал идеальный храп, будто делал это специально.
Обычно не имел такой «музыкальной особенности». От удивления и громкого звука тут же проснулся. Потряс головой и понял, что надо что-то решать.
Может, правда, поспать, а потом посмотреть запись с камеры? Это будет не то. Нужно просто взять себя в руки и провести сегодняшнюю ночь…
Стоп, не понял, это еще что такое? Мои глаза быстро раскрылись, мозг стал работать быстрее.
Ведь на мобильнике появилось кое-что важное. Человек в капюшоне с закрытым лицом аккуратно проник в магазин.
Сначала думал, что это вор, который решил поживиться. Но мужик (судя по очертаниям фигуры это была не женщина) проследовал к стеллажам, где стояли наши товары. Потом начал там аккуратно копаться, рассматривать коробки и упаковки, забирая кое-что с полок и пряча в пакет.
При этом извлекал из пакета такие же образцы продукции и расставлял их на полках.
Стандартная подмена товара, я так и знал. Странно, почему никто этого не заметил? Тут должна быть неплохая служба охраны.
Да, но охранники начинают страдать слепотой, если хорошо заплатить, а камеры наблюдения дают сбой. Если бы не я, никто никогда бы не догадался. Утренние записи с Официальных камер будут чистыми, как слезы младенца.
Отлично, не зря мучил себя столько времени, борясь с навязчивым сном. Осталось сделать так, чтобы рыба не сорвалась.
Бежать с криками «Караул!» сейчас глупо. Я будут выглядеть идиотом, спугну добычу и позволю ей замести следы.
Дожидаюсь, когда гад сделает свое дело. Потом иду к черному ходу, который определил заранее, и устраиваю засаду.
Парнишка спокойно выходит из магазина, ныряет в темноту и подходит к невзрачной дешевой машине, стоящей возле помойки.
Неторопливо достает телефон, любуясь ночным небом. Звонит кому-то и дает точный расклад.
— Да, сделал, все выполнил. Отлично, спасибо, вы очень щедры. Если нужно будет что-то еще, обращайтесь. Буду рад вам помочь, — говорит, как ни в чем не бывало.
Потом кладет трубку, хочет открыть в машину, но ему на плечо ложится моя рука.
— Не спится, дружище? Мне тоже. А ну-ка давай поболтаем, — говорю голосом, не терпящим возражений.
Парень вздрагивает, понимая, что его спалили. Дергается в сторону, но получает легкий удар по корпусу. Я перекрываю путь к отступлению и предупреждаю, что лучше не рыпаться.
— Стойте, не надо, прошу вас. Только не бейте. Я всего лишь помогал людям. Меня попросили и все, — пробубнил незнакомец, меняясь в лице и сжимая пакет трясущимися руками.
— Тихо. Садись в машину. Скажешь все как есть, и тебе ничего не будет, — холодно говорю я.
Студент, к счастью для него, оказался понятливым. Вскоре мы сидели в его тачке и мило болтали. Правда, это ничего не дало. Мелкая сошка как всегда говорила загадками, делая вид, что не в кур-р-р-рсе, как всем известный охранник.
— Значит, тебя попросили менять образцы товаров за деньги. Ты ничего не знаешь и сам не местный, — цежу сквозь зубы, выслушав рассказ паренька.
— Нет. Я местный. Правда не из самого Токио, из префектуры… — испуганно говорит он.
— Ох, это шутка была. С долей правды. Значит ты не знаешь, кто тебе платит? — говорю, чувствуя, что слишком устал.
— Знаю. Но обещал никому не говорить, — наивно выдает парень.
— Что? —
