Читаем без скачивания Артём - Генрих Боровик

Из интервью Наталии Поповой ТВ Парк. 1999. № 6

ПЕРВЫЙ АКЦИОНЕР ГАЗЕТЫ - ЕЕ ЧИТАТЕЛЬ

Артем: Ирония судьбы. Этот век начался с фамилии Распутин, а заканчивается фамилией Путин.

Максимов: Последнее время появились две точки зрения, что назначение Путина премьером - это истерика власти, что они не знают, что делать. И вторая, что это продуманный ход. Ваше мнение.

Артем: Вы знаете, великий пруссак Бисмарк как-то сказал, что трагедия политика начинается тогда, когда он начинает исходить в своей политике не из национальных интересов страны, а из своих эмоций, ненависти, ревности и т.д. Я боюсь, что практически на протяжении всех лет своей политики Б.Н. Ельцин исходил из своих эмоций, и в последнее время - тоже. И вот это для страны страшно и для политика тоже. Вот что происходит.

Максимов: То есть вам кажется, что нашего президента меньше волнует судьба страны, нежели какие-то личные проблемы?

Артем: Я приведу одно доказательство. Ради захвата власти, ради того, чтобы прийти к власти и вытеснить Горбачева из Кремля, Ельцин пошел на развал страны. Я думаю, что никакой тайны не открываю. Думаю, что это в менталитете этого человека. Думаю, что и в данной ситуации он готов пойти на развал страны ради сохранения себя у власти какой-то конструкции, будь то союз России и Белоруссии, будь то союз нескольких губерний. Бог знает, что останется от России через год.

Телезритель: Я знаком с Артемом с Афганистана, с Джелалабада. Для меня очень важно его личное мнение об отношениях России с Афганистаном в перспективе. Что ожидает в будущем Афганистан?

Артем: Во-первых, приятно услышать человека, с которым встречался больше десяти лет назад. Что касается Афганистана, то идет некая афганизация и нашей бывшей страны и уже мы видим это по Таджикистану, и по Чечне, и по Дагестану. Я помню, когда наша 40-я армия выходила из Афганистана, один мулла, печально глядя на завершение этой войны и на уходящие войска, сказал, что ваша армия будет отступать все дальше и дальше за пределы вашей же границы. И действительно, наша армия сначала покинула Афганистан, потом Таджикистан, Узбекистан, Казахстан, и потом Чечню. Афганизация уже происходит на территории России.

Максимов: Верите ли вы, что в России существуют действительно независимые СМИ? Останутся ли после 19 декабря ещё СМИ, кроме ваших, абсолютно независимые от политиков?

Артем: Я не уверен, если политический процесс пойдет в том направлении, в котором он движется, я не уверен, какие газеты останутся, какие газеты не останутся. Я думаю, что настанут тяжелые времена для газет. Посмотрите, что происходит с электронными СМИ, с некоторыми печатными. Посмотрите на увольнение главного редактора газеты "Коммерсант", на мой взгляд, наиболее талантливого из редакторов в городе Москве. Это все очень тревожные процессы. Посмотрите на закрытие телепрограммы "Совершенно секретно", снятие её с эфира. Посмотрите на войну против НТВ. Все это очень печальные симптомы, и боюсь, что на этом власть не завершит...

- Через сколько месяцев, дней после получения программой "Совершенно секретно" ТЭФИ её сняли с эфира?

Артем: Мы получили ТЭФИ в конце мая, и утром 22 июня нас сняли с эфира.

Максимов: Реально ли то, что у НТВ могут отобрать лицензию?

Артем: Я считаю, что это реально. Более того, я знаю, что разработана схема, как это можно сделать, используя целый ряд неточностей при получении лицензии, но это впервые происходило. Впервые становился частным гигантский канал, поэтому избежать всех ошибок было невозможно. Но если власть захочет, если будет политическая воля, они, конечно, это сделают. Вопрос в том, кто возьмет на себя ответственность. Степашин явно эту ответственность на себя брать не хотел, и причина, почему он поплатился постом премьер-министра, заключается, в частности, в этом. Я должен сказать, что НТВ вынуждено внимательно смотреть то, что происходит в Кремле. Они доходят до разумного предела в критике режима и дальше идут очень осторожно, потому что прекрасно понимают, чем это может грозить. Но при всем при том, первый, кто предложил выходить программе "Совершенно секретно" после её снятия на Российском канале, это был канал НТВ.

Максимов: Дагестан - это новая Чечня? Что там творится, на ваш взгляд? Там начался пожар или это совпадение странное?

Артем: У нас есть факты. Наш еженедельник "Версия" точно знает, что некоторое время тому назад, две недели тому назад, в резиденции одного из наших олигархов во Франции состоялась встреча Басаева с одним из высокопоставленных представителей Кремля. Встреча прошла. И там обсуждался целый ряд вопросов. Это информация из французских источников, из которых можно было сделать вывод, что что-то на юге начнется. И началось. Процессы, происходящие там, значительно более сложные, чем мы сейчас думаем, и нам все станет ясно через какое-то время.

Максимов: Снятие главного редактора "Коммерсанта" - это естественная ситуация рынка?

Артем: Я не думаю, что это естественно. Форма собственности и здесь, и в Западной Европе абсолютно одинаковая. Вопрос заключается в менталитете собственника. Если там вся воля издателя, владельца СМИ направлена на коммерческий успех, на популярность издания, и здесь бывают свои проблемы, когда слишком зашкаливает в этом направлении, скажем, если взять английские таблоиды, то у нас совсем другая ситуация. Менталитет и воля наших крупных олигархов направлена на политические цели, на решение политических вопросов.

Максимов: Там олигарх может поменять главного редактора?

Артем: Может, но все-таки там это в основном делается ради финансового успеха издания или телеканала, а здесь это делается из-за совпадения политического мировоззрения главного редактора с мировоззрением олигарха или нет. Средства одинаковы, а цели разные. Взять еженедельник "Версия". У нас есть там партнер американец. Ни разу за год существования "Версии" он мне не звонил и не говорил: "Я тебя прошу сделай так и так", но если бы партнером был один из наших олигархов, то...

Максимов: Я имею законное право получить тот продукт, за который и заплатил деньги?

Артем: Но ведь, по сути, подписчик газеты сделал первый шаг, чтобы стать чуть ли не акционером этой газеты, он дал вам деньги на год вперед. К этим деньгам и его точке зрения надо относиться уважительно.

Из телеинтервью Андрею Максимову ТВЦ

Последний секрет

Недавно я брала у Артема интервью.

...Моя беседа с Артемом Боровиком длилась тогда более двух часов. Понятно, что газетная полоса вместила лишь часть этого интервью. И вот наша страшная жизнь дала повод вернуться к тому, что осталось "за кадром" и что, возможно, дополнит портрет журналиста-канатоходца, работавшего без страховки и без оглядки.

О профессии А.Б.: Мне настолько неприятен наш истеблишмент, его чванство, его коррупция и самоупоение, что мы специально делаем газеты, которые бесят этих людей. Они не могут понять, как так: он - один из нас и против нас? А это моя жизненная позиция - держаться подальше от так называемой элиты и трясти её. Не с коммунистических, а с социал-демократических позиций.

Т.М.: Но я слышала, что к вашему еженедельнику "Версия" имеют отношение американцы...

А.Б.: Да, мы продали часть акций этой газеты американским партнерам. Потому что они совершенно не вмешиваются в политику издания. Оно могло быть очень левым, очень правым. Их это абсолютно не интересует. Для них главное чтобы проект, в который они вложились приносил деньги. И меня это вполне устраивает. У нас были предложения и от отечественных инвесторов. Но мы решили не связываться с ними, чтобы не зависеть от них, ибо у большинства из этих людей преобладают политические цели.

Т.М.: А акцент в "желтизну" необходим, чтобы издание приносило прибыль?

А.Б.: Я бы не сказал что "Версия" - "желтая". Мы выпускаем городской таблоид, издание, рассчитанное на средний класс. Мы внимательно изучили читателя, на которого собираемся работать. В нем есть все: он может послушать и классическую музыку, и "нанайцев", может и матом ругаться, но может и объясниться женщине в любви возвышенным языком, со слезами на глазах. Он может читать сегодня, условно говоря, Томаса Манна, а завтра с большим интересом смотреть "мыльную оперу". В общем, это человек, состоящий из многих граней. И я не хотел делать газету, ориентированную только на ту его часть, которая интересуется Томасом Манном.

О политике А.Б.: Мне всегда казалось что если уж мы взяли знамя социализма и понесли его, так зачем бросать лишь потому, что попытка оказалась не вполне удачной. К сожалению, мы в значительной степени подорвали саму идею и построили не тот социализм, который собирались строить. Но это скорее строители оказались негодными, нежели сам социализм. Коммунистами были, условно говоря, не только Брежнев, но и Пабло Пикассо, вступивший в партию, кажется, лет в 60, и иные достойные люди. Правда, они понимали социализм и коммунизм несколько по-другому, нежели Леонид Ильич, который, в силу своего культурного уровня, толковал это так, как строил. А на самом деле социализм, на мой взгляд, совсем другая вещь. И советская система имела к нему значительно меньше отношения, чем, скажем, шведская. Но и идти по пути оголтелого капитализма, по которому мы пошли, думаю, для нашей страны совершенно бесперспективно. Русский капитал второй раз за столетие полностью себя дискредитировал тем, что оказался не в состояния удержать власть. Если он и удерживает её как сейчас, то абсолютно криминальными способами.