Люциен, теряя терпение. – Где еще она может быть?!
Мы не сидели на месте. С момента исчезновения Тиары перевернули с ног на голову весь дворец и усадьбу Торнтеллов, шокировав своим неожиданным появлением жену дяди. Вот только как оказалось, бедная женщина, вышедшая замуж против своей воли, уже больше года не видела собственного супруга.
“И более не увидит никогда! Осталось только найти его!” – добавил мысленно, открывая портал в еще одно убежище старого ублюдка, которое мы с Люцием использовали пару раз, не желая попадаться на глаза отцам.
Естественно там Тиары тоже не оказалось.
Я не мог даже представить, где сейчас наша девочка. Мы вытрясли всю душу из приближенных Илариана, но никто из них не знал правды.
Дядя Люция был умен. Он не оставил ни единого следа, тщательно продумывая каждый свой ход.
“Неужели мы проиграли? – думать об этом было больно и страшно. – Нет! Точно нет! Я сравняю с землей все государства континента! Ворвусь в каждый дом, но найду ее! Точно найду! Торнтеллу не удастся лишить нас любимой!”
– Идем на изумрудные земли! Начнем оттуда! – зарычал я, чувствуя, как самообладание трещит по швам, а зверь рвется на свободу.
– Джарет, будет война! – холодно предупредил Люциен, даже не пытаясь меня отговорить.
– Плевать! Я уничтожу всех, кто причастен в исчезновении Тиары. И начну со скользкого червя! – более не дожидаясь ни секунды, открыл портал, ведущий на земли пресмыкающихся, и шагнул в него, чувствуя, как Люциен следует за мной.
Хотел попасть прямиком в тронный зал, вот только дворец был защищен магическим барьером, сквозь который незваные гости просто не могли прорваться.
Обращение прошло почти незаметно. Я пылал от ярости, а странное чувство, что нахожусь на верном пути, будоражило кровь.
В ответ на нашу с Люцием агрессию, на площади перед замком началось мельтешение. Стражники вставали в оборонительные позиции, но с драконьей высоты они выглядели как мелкие опарыши, потревоженные в своем гниющем логове.
Не желая тратить на них время, набрал полную грудь воздуха, выпуская поток синего пламени. Краем глаза отметил, как мой огонь смешался с красными дикими всполохами рубинового дракона, который, как и я, не желал размениваться на мелких сошек. Вот только барьер оказался сильнее, чем мне казалось изначально.
Да, мы добились того, что целая рота стражников наложили в штаны… ну, если бы они у них были… Но магическая оболочка так и не поддалась.
– Джар! – рыкнул Люциен, находясь с другого бока дворца. – Торнтелл здесь! В окне промелькнул!
Я так и не увидел дядю друга, но слова рубинового дракона вселили надежду.
“Тиара здесь! Боги! Пусть она окажется во дворце!”
От хрупкой веры в то, что до любимой остался шаг, сосредоточил в огненном дыхании всю мощь сапфирового рода, выплевывая поток пламени небывалой мощи.
Огонь двух драконов смешалось воедино, на короткий момент закрывая образ замка. Барьер полыхал, раскаляясь до красна, а стражники находящиеся за его пределами, паниковали, подобно растормошенным червям, пытаясь скрыться в глубоких лабиринтах своего гниющего укрытия.
По тонкому защитному куполу побежали длинные трещины, как если бы он был из стекла.
Еще одно мгновение, и барьер пал под натиском двух драконов, а наше пламя лизнуло стены замка.
Я уже собирался выжигать себе путь вглубь дворца, когда ощутил пульсирующее тепло. Не мешкая вернул себе человеческий облик и призвал родовой сапфир, с замиранием сердца отмечая, как камень пульсирует ярким светом.
– Люций, идем!
Мгновение, и друг оказался рядом, готовый шагнуть в воронку, открытую силой драгоценного камня.
– Тварь, – послышался знакомый женский голос по ту сторону портала, и мы поспешили в проход.
– Не дрыгайсссся! Я вссставить не могу! – прижимая Тиару к борту ванной рычал Нурхаш.
От увиденного глаза заволокло пеленой ярости. Я был готов разорвать этого скользкого червяка голыми руками. Тиара продолжала вырываться. Слышал, как испуганные всхлипы девушки смешиваются с проклятиями, что она посылала ублюдка, решившего, что имеет право к ней прикасаться.
– Больше ты никому не сможешь вставить! – взревел Люциен, хватая змея за волосы и стягивая с нашей женщины.
– Вашшше величество! – послышался крик из спальни, и на пороге купальни показался хвостатый слуга. – Наследные принцы…
– Уже здесь! – выпалил я, хлопнув дверью перед его носом и запирая ее магией.
– Какого дьявола?! Это мои покои! – сокрушаясь, взревел Нурхаш. – Вы сссами напросссились, перемирия не будет!
– Что ты несешь?! – зарычал я и, подняв дрожащую девушку, завернул в собственный камзол, дабы никто не смел глазеть на нежную кожу, испещренную ссадинами от когтистых лап этого ублюдка. – Я с тебя лично шкуру сдеру!
Подтолкнув Тиару в угол купальни, позволил зверю частично проявиться, выпуская драконьи когти и клыки.
– Ссссопляки! Вы правда ссссчитаете, что сссспособны меня победить?! Глупые мальчишшшшки! – зашипел наг, выплевывая в мою сторону струю яда, от которого по мраморной плитке пошли темные пятна, углубляясь пузырящимися вмятинами. – Я уничтожу васссс ссссейчасс, а потом буду траххххать вашшшу сссучку пока не сссдохнет!
С этими словами змей ловко вывернулся, хватая, держащего его Люциена за ногу, и выбивая из-под него опору.
Действия нага были молниеносными. Он стремился попасть в нас своим ядом, а лучше укусить. Ведь в этом случае даже сильный дракон не смог бы справиться с токсином, мгновенно умирая.
– Что, иссспугалисссь? У вассс был шшшаансссс убратьсссся! – мерзко усмехнулся он, делая очередной выпад.
И в этот момент мы с Люцием сработали так, как привыкли с детства, тренируясь на василисках.
Рубиновый дракон метнулся к длинному зеленому хвосту змея, резко дергая его за конечность. Одновременно с ним, в момент, когда Нурхаш увидел мою заминку и кинулся вперед, схватил нага за горло, сжимая до характерного мерзкого хруста.
Слышали, как за дверью началась возня. Видимо солдаты явились на помощь своему величеству. Вот только этого гада уже ничего не могло спасти.
– Тиара, закрой глаза! – рыкнул я, вот только кто бы меня послушал.
Девушка, дрожащими руками сжимала мой камзол, не отводя глаз от извивающегося в болезненных конвульсиях змея.
Резкий рывок с обеих сторон и длинный хвост отделился от человеческой части нага, вызывая безумное желание опорожнить желудок.
Мгновенно потеряв интерес к обмякшему существу, мы с Люцием бросили его остатки на залитый ядом пол и кинулись к любимой, желая как можно быстрее увести ее из этого адового места.
– Все закончилось! Он больше не посмеет
