— Почему вы хотите освободить ирландских священников?
Его взгляд скользнул в сторону, словно его поймали за руку, когда он смошенничал в игре.
— Я почти был одним из них и не хочу видеть, как священников запирают словно преступников. Расскажи мне, как исчез пастор Клонмура.
— Отец Тулли? Это случилось сразу же после свадьбы Мэгин с Логаном, которую справляли в Клонмуре.
— Так он исчез из Клонмура?
— Нет. В замок Логана в Брокаче отправилась часть гостей. Отец Тулли пошел с ними, чтобы освятить брачное ложе, потому что у Логана не было своего пастора после того, как презренные англичане изгнали их. На следующий день отца Тулли не смогли найти.
— Итак, он исчез, когда находился под покровительством Логана.
— Если у вас есть что сказать, мистер Хокинс, так скажите. Не ходите вокруг да около.
— Почему во время набегов круглоголовых владения Логана остались нетронутыми?
— Он глава округа. Даже круглоголовые отдают дань уважения роду Рафферти.
— Почему тогда отец Тулли был похищен из его владений?
— Клянусь, не знаю, — огрызнулась она. — Но я знаю, что делаете вы, мистер Хокинс. Вы пытаетесь вбить клин между Логаном и мной. Не удастся. Логан настоящий ирландец. Если он перенял некоторые английские обычаи, то только потому, что считает, что они избавят его людей от лишних страданий. А вот вы вероломный человек, мистер Хокинс.
Он посмотрел на нее долгим взглядом. По его молчанию она поняла, что он не станет спорить. Помимо своей воли она почувствовала облегчение, потому что он заронил в ее душу сомнения относительно его жестокости. Она пыталась не позволить себе любоваться стоящим у штурвала Весли. Серые волны поднимались за его спиной, создавая вокруг светлое сияние, подобное ореолу.
— Ах, Кэт, — произнес, наконец, он. — Помнишь ли ты то, что я говорил тебе в тот день на взморье? Помнишь, как мы прикасались друг к другу?
Она помнила каждое вызвавшее у нее потрясение слово, каждую нежную ласку.
— Нет, — твердо ответила она. — Я выбросила все эти глупости из головы.
— Не выбросила. Стоит мне только взглянуть тебе в глаза, как я вижу, что ты помнишь. А это очень важно, чтобы ты действительно помнила.
— Почему?
— Потому что в каждом моем слове была правда. A вот и Инишбофин, — добавил он, показывая на мерцающие вдали огни.
Пять часов спустя, в самое темное время ночи, Кэтлин проснулась от того, что судно, стоящее на якоре в каменистой бухточке Инишбофина, резко накренилось. Две тени поднялись на лодку и двинулись к ней. В неясном свете мелькнули два круглых шлема.
Она задохнулась и подняла связанные руки, приготовившись драться с солдатами до последнего дыхания. Один из круглоголовых сдернул шлем. Лунный свет осветил шевелюру черных вьющихся волос. Знакомый голос прошептал:
— Тише, милая, это мы — отец Тулли и наш добрый мистер Хокинс.
Пять часов спустя, когда над скалистым побережьем занимался рассвет, в поле зрения появился английский фрегат.
Глава 10
— Документы вроде бы в порядке, мистер Хокинс, — сказал Тейт, английский капитан. — Тем не менее, ваш рассказ очень необычный, из ряда вон выходящий, и я вынужден держать вас под стражей до прибытия в Голуэй.
Из обилия секретных документов, спрятанных в его толстом ремне, Хокинс вытащил еще одну бумагу. Таким образом, Кэтлин увидела, как он представил инструкции Титуса Хаммерсмита и паспорт, подписанный собственноручно Оливером Кромвелем.
Кэтлин похолодела от гнева. Сейчас она была более, чем когда-либо уверена, что Хокинс был не просто солдатом армии круглоголовых. Увидев выражение ее лица, отец Тулли сжал ей руку.
Тейт скрупулезно изучил паспорт, беззвучно шевеля губами во время чтения. Узкая острая бородка придавала его лицу неприятное выражение.
— Здесь говорится, что вы специальный агент протектора.
Хокинс хотел посмотреть на Кэтлин, но запретил себе делать это.
— Именно об этом там говорится.
— Не хотите ли вы уточнить, мистер Хокинс?
— Нет, благодарю вас.
У Кэтлин внезапно перехватило дыхание, как будто невидимая рука сжала ей горло. Специальный агент протектора! Специальный агент… или секретное оружие.
— Боже мой, какая я дура, — прошептала она на ирландском отцу Тулли. — Я знала об этом, но не могла даже представить себе.
— Что ты имеешь в виду?
Она рассказала ему о письме, которое месяц назад Курран украл в Голуэе.
— В письме упоминалось о Хокинсе, — заключила она. — Не по имени, конечно, но я должна была догадаться, когда он в первый раз появился в Клонмуре, — недовольная собой, она зажала рот кулаком, чтобы избавить отца Тулли от рвущихся из нее проклятий.
Подозрение мелькало в невыразительных глазах Тейта, когда он читал и перечитывал бумагу. Казалось, он разрывается между желанием выбить правду из Хокинса и снискать расположение у одного из знакомых Оливера Кромвеля.
Кэтлин хотела бы, чтобы произошло первое.
— Должен сказать, что не совсем обычное явление — находиться в компании ирландской девки и папистского пастора.
Один уголок рта Хокинса прогнулся в опасной полуулыбке. Он окинул Тейта колючим взглядом.
— Поверьте мне, капитан, я бывал и в худшей компании.
Мужчины скрестили взгляды, наконец Весли выдохнул: — Женщина устала, капитан. Уверен, вы не захотите, чтобы о вас говорили, что вы отказали в гостеприимстве особе женского пола, неважно, ирландка она или нет.
Тейт кивнул головой младшему офицеру.
— Отведи их вниз.
Схватившись за руку отца Тулли, Кэтлин пошла за моряком на носовую часть палубы и спустилась по крутой лестнице в темную, сырую каюту, полную гниющих канатов и заплесневелого брезента. С презрительной миной на лице он сдвинул сверток старых парусов, чтобы освободить четыре маленьких кровати.
— Располагайтесь здесь, — он пнул большую медную посудину. — Используйте для рвоты… И других надобностей.
Когда он ушел, Кэтлин опустилась на деревянную кровать, которая была покрыта меньшим по размеру изношенным тюфяком. Она уронила голову на руки.
— Отец Тулли, простите меня. Всю эту кашу заварила я.
Он сел возле и похлопал ее по колену сильной большой рукой.
— Глупости, дочь моя. В Ирландии не осталось никого, кто мог бы оказать сопротивление англичанам. И все наши воины: великий ОДоннел, Махони и Комерфорд, ОКэрролы и Крофтоны, все изгнаны с наших берегов. Ты боролась с англичанами, сколько могла.
— И я бы продолжала бороться, если бы не оказалась настолько глупа, чтобы довериться англичанину.
— Нет, Кэтлин. Сопротивляться круглоголовым это все равно, что бросать камни на луну. Расскажи мне все, что произошло в Клонмуре. Как поживает твой отец?
