Она утвердительно кивнула, слегка встревоженная и не совсем понимающая причину своей тревоги. Вроде бы все было нормально. Оливер был одним их хороших парней. Был своим. Кроме того, ей просто больше не к кому было обратиться в Морганвилле. Брэндон? Верно. Это хороший вариант.
— Сегодня, — повторила она. — Хорошо.
Клэр встала и вышла из кабинета, чувствуя пробирающий ее холод.
Ева нахмурилась, увидев ее, и хотела подойти, но возле кофейной стойки была толпа людей, задержавших ее. Клэр проскользнула к двери и сбежала, пока Ева пробиралась к ней. Она не хотела говорить об этом. Она была уверена, что совершила какую-то ужасную ошибку, но не знала какую именно, когда и как.
Она была так сосредоточена на своих мыслях и усыплена жаркой безопасностью солнца и присутствием людей на улицах, что совершенно забыла о том, что не все опасности Морганвилля ждут прихода ночи. Сначала до ее сознания донеслось низкое рычание двигателя, а затем Клэр сбили с ног и втолкнули с нагретой солнцем улицы в скользнувшую в сторону дверь фургона.
Ее толкали с одной стороны, тянули с другой, и прежде, чем она успела хотя бы завизжать, она оказалась в фургоне, чьи-то тела прижимали ее к полу, а захлопнутая дверь закрыла солнечный свет. Ее швырнуло назад от ускорения, и она услышала выкрики и смех.
Девичий смех.
Кто- то стоял коленями на ее груди, мешая дышать; она попыталась извернуться и сбросить тяжесть, но это не сработало. Проморгавшись от крутящихся в глазах звездочек, она разглядела, что над ней нависла Джина, с модным макияжем и идеальной внешностью, которую портил безумный блеск в глазах. Рядом с ней стояла на коленях Моника, слегка растянув губы в жестокой полуулыбке. Дженнифер сидела за рулем. В фургоне была еще пара девушек, которых она видела в подвале общежития. Очевидно, Моника все еще набирала новобранцев, и они были приняты в Высшую Школу Психопаток.
— Отстань от меня, — закричала Клэр и попыталась ударить Джину. Моника схватила ее за руки и дернула подняла их над головой лежащей Клэр так, что стало больно. — Сука, уйди!
Моника ударила ее кулаком в живот. Резко выдохнув воздух, который у нее остался в легких, Клэр закричала. Джина давила на нее всем своим весом, стало невероятно сложно дышать. Можно ли убить человека вот таким способом? Задушить человека вот так? Может быть, если жертва была маленькой… как она…
Фургон все ехал, увозя ее все дальше.
— Ты, — сказала Моника наклонившись над ней, — действительно достала меня, отмороженная. Я не забываю такие вещи. Так же как и мой парень.
— Брэндон? — прохрипела Клэр. — Боже, в следующий раз найди кого-нибудь с пульсом!
Она снова получила кулаком, и на этот раз очень больно, она начала плакать, яростно и беспомощно. Джин схватила ее за шею и начал душить. Не достаточно чтобы убить, а просто попугать и затруднить дыхание.
Они долго могли продолжать эту игру, в течение нескольких часов, если захотят. Но Клэр понимала, что у них в запасе, наверняка, имелось еще много всего.
Как раз в этот момент Моника пошарила в кармане и достала зажигалку, одну из тех бутановых с длинным ярким пламенем. Она поднесла ее к лицу Клэр.
— У нас будет шашлык, — сказала она. — Жареная уродка. Если ты выживешь, останешься уродиной. Но тебе не стоит об этом волноваться, потому что, скорее всего, ты не выживешь.
Клэр закричала из последних сил. Получилось настолько громко, что это ошеломило Монику, и напугало сидящую за рулем Дженнифер. Та оглянулась назад, одновременно поворачивая руль.
Это было роковой ошибкой.
Фургон накренился вправо и врезался во что-то твердое. Клэр взмыла в воздух с сидящей на ней Джиной и врезалась в оббитые чем-то мягким спинки сидений. Джина с Моникой разлетелись в разные стороны, фургон пошел юзом и остановился.
Клэр поборола панику и ударила ногами по двери фургона. Фургон врезался в заднюю часть припаркованного у обочины автомобиля. Она почувствовала головокружение и чуть не упала, но услышала позади яростный вопль Моники. Это мгновенно взбодрило ее, и она побежала.
В этой части города было необычайно пустынно — магазины закрыты и только пара пешеходов на улице.
Не один из них не будет смотреть на нее.
— Помогите! — закричала она и взмахнула руками. — Помогите мне! Пожалуйста!!!
Они все просто продолжали идти мимо, как будто она была невидимкой. Всхлипнув от ужаса и не сбавляя скорости, она завернула за угол и резко затормозила.
Церковь! Первая за все время в Морганвилле увиденная ей церковь. Она была небольшой — скромное белое строение с маленьким шпилем. На нем не было креста, но это несомненно была церковь.
Она пулей пронеслась через улицу, поднялась по ступенькам и с разбега ударилась в дверь.
И отлетела прочь.
Она была заперта.
— Нет! — крикнула она, и двери задребезжали. — Нет, ну пожалуйста!
Надпись на двери говорила что церковь открыта от захода солнца до полуночи. Что за черт?
Она не думала слишком долго. Спрыгнула со ступенек и побежала вокруг. Рядом с мусорным контейнером был черный ход со стеклянным окном. Он тоже был заперт. Она поискала вокруг, нашла кусок деревянной доски и взяла ее, как бейсбольную биту.
Крак!
Она оцарапала руку осколками разбитого окна, пытаясь добраться до замка, но она сделала это. Влетела внутрь и захлопнула за собой дверь. Потом Клэр заперла ее, отчаянно осмотрелась вокруг, и нашла кусок черной доски, чтобы заделать зиявший пустотой проем, где недавно было окно. Будем надеяться, что это останется незамеченным.
Она двинулась внутрь, вся вспотевшая и измотанная, изучая то место, где очутилась.
Это явно была часовня, с окнами из цветного стекла и длинными рядами блестящих деревянных скамеек. Однако Клэр не обнаружила здесь ни креста, ни распятия, никакого символа, говорящего о Боге. Предельно упрощенная церковь, решила она.
По крайней мере, она была пуста.
Клэр опустилась на скамью, обтянутую красной вельветовой подкладкой. Ее сердце бешено билось, и она до сих пор была очень сильно напугана.
Никто не знает, где она находится. И если она попытается уйти, Моника может…
Они собирались сжечь меня заживо.
Она дрожала, вытирала слезы со щек и пыталась придумать, что можно сделать, чтобы выбраться из этого дерьма. Может здесь есть телефон? Она могла бы позвонить Еве или Шейну. Обоим, решила она. Еве — для машины, Шейну — для защиты. Бедный Шейн. Он был прав — ей следовало перестать звонить ему каждый раз, когда требовалась грубая сила. Выглядит как-то нечестно.
Вдруг Клэр застыла, неспособная сделать вдох, потому что услышала в часовне слабый шум. Как шуршание ткани. Шелест. Может, просто занавеска двигается из-за сквозняка. Или…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
