— Он прав, — не сдержавшись, хмыкнула Ира. И, не вынеся недоумевающего взгляда парня, быстро отвела глаза.
Прошло несколько минут. Лешка расспрашивал об одноярусниках, кто и где находится, что делает. За окном стремительно темнело: черный лес вдали подернулся густой сиреневой дымкой, из-за нее тут же вынырнул рожок лунного серпа.
В комнате стало прохладно, и девушка невольно поежилась.
Вордак вспомнил, что совершенно забыл про камин.
— Сейчас будет тепло, — ободряюще сказал он.
— О, было бы чудесно, спасибо.
Парень поднялся и, завозившись подле кованой бронзовой дровницы, на мгновение повернулся к гостье спиной.
Лисцова перевела взгляд на его недопитый бокал. Ее рука медленно потянулась к открытому декольте платья, но кисть замерла на полпути, потому что Вордак тут же обернулся.
Возникла напряженная пауза.
— Что у тебя там? — жестко потребовал он. — Показывай.
— Ничего…
Ее подбородок задрожал, будто она собралась заплакать, а щеки приобрели густой малиновый оттенок. Ира вскочила и даже сделала шаг по направлению к зеркалу, но Вордак одним прыжком догнал девушку и без всяких церемоний засунул руку под лиф платья, выуживая небольшой пузырек с чем-то красным внутри.
Не отпуская жертву, принявшуюся тихонечко всхлипывать, он разглядывал красную жидкость на свет. После чего осторожно понюхал крышечку.
— Любовное зелье? — слегка разочарованно произнес он. — Простое, на одних травах, почти без магии… Признаться, разочарован — Криста обычно более изобретательна… во всем.
— Племянник, ты чрезвычайно груб с дамами. Недаром они сбегают от тебя.
Возле зеркала стоял удивленно-насмешливый Шелл под руку с Кристой. Рыжая красотка выглядела шикарно, впрочем, как всегда: красный атлас платья почти не скрывал стройных ножек на высоких каблуках, медно-рыжие волосы чудесно оттенял золотой гарнитур — серьги, ожерелье и магический браслет, хотя последний ведьмы обычно прячут под одеждой, чтобы лишний раз не показывать свою силу.
— Он перестал нам доверять, — проворковала Криста. Ее глаза смотрели с легкой укоризной.
И Вордак, конечно, почувствовал себя немного виноватым.
— Вино есть, а закуски нет. — Шелл с упреком глянул на кофейный столик. — Ты совершенно не умеешь пить, мой дорогой именитый родственник. А все потому, что уделяешь этому интересному занятию слишком мало времени.
— И не курит, — улыбнулась Криста.
— Ну в этом я его поддерживаю… Бокал коньяка лучше горки табака. — Подумав, поляк вызвал щелчком пальцев блюдо с фруктами и несколькими видами сыра. Щелкнул еще раз — появилась курица в апельсинах, украшенная листиками мяты и барвинка. От кушанья поднимался ароматный пар.
— Ты что, на банкете ничего не перехватил? — Вордак с насмешкой покосился на друга.
— Не успел. — Тот виновато развел руками. — Прекрасные девушки меня отвлекали… и продолжают это делать.
И Шелл первым уселся за столик. Возле него, изящно подогнув колени, устроилась рыжая ведьма. Вордак сел напротив и знаком попросил присесть рядом Лисцову.
— Извини меня, — сказал он с искренним сожалением, поймав ее испытующий взгляд. — В последнее время я действительно стал слишком подозрителен… Но зелье никогда не используй. Любой парень знает, как оно пахнет, и будет потешаться.
— Точно! — поддакнул поляк, насаживая на вилку большой кусок плесневелого сыра.
— Я тебя прощаю, — легко согласилась девушка и, осмелев, нежно поцеловала князя в щеку.
В его глазах заплясали смешинки, к нему явно возвращалось хорошее настроение. Губы Кристы, не перестававшей исподтишка наблюдать за ним, тронула едва заметная улыбка.
Поляк тем временем разлил вино по бокалам:
— За красоту!
Все чокнулись и выпили по глотку-другому.
— Вы разговаривайте, а я тем временем перекушу. — И Шелл приступил к курице.
— Леша, — едва пригубив вино, начала Криста. — Несмотря на пропасть, разверзшуюся между нами после всех этих ужасных событий… я всегда хорошо относилась к тебе. Поэтому меня расстраивает случившаяся размолвка.
Вордак промолчал. И даже бровью не повел.
— Я не знала, что Лютогор замыслил убить твоего отца. — Словно забывшись, девушка сложила руки в умоляющем жесте. — Никому бы и в голову не пришло, что он попытается напасть на правителя в открытую… Я искренне соболезную твоему горю… Нашему общему горю… Я действительно, действительно даже не подозревала об этом.
Вордак молчал, ожидая дальнейших слов.
— Как ты прекрасно знаешь, я живу в его доме. К сожалению, у меня нет выбора… Мне больше некуда пойти… Давным-давно меня выкрали у настоящих родителей и отдали на воспитание Марьяне Несамовитой… К счастью, моя венгерская тетя оказалась колдуньей и приютила меня… Я выросла, но пока что не могу сама себя обеспечивать. Поэтому всецело завишу от желаний Ружены. Я всего лишь беззащитная девушка…
При этих словах Вордак не выдержал и недоверчиво фыркнул.
Криста нахмурилась. Ее карие глаза заблестели, отражая душевную грусть, и она их прикрыла.
— Я знаю твою историю, Криста, — ровным голосом произнес Вордак. — Если помнишь, ты сама рассказывала ее мне… и была так же печальна, как и сейчас. Я по-настоящему сочувствовал тебе и считал, что судьба жестоко обошлась с тобой. Но мне кажется, ты научилась не только защищаться, но и сама наносить удары.
На лице девушки не дрогнул ни один мускул:
— Я не прошу тебя верить мне без оглядки. И понимаю, что беззаботного прошлого уже не вернешь. Но можно избежать ошибок в будущем.
— Что ты имеешь в виду? — мгновенно отозвался Вордак.
— То, зачем я здесь. — Криста открыла глаза и с вызовом глянула на парня. — Я пришла по своей воле, чтобы предупредить тебя… — Ее голос пресекся от тревожного волнения, а лицо вновь смягчилось. — Я узнала о заговоре. Конечно, я не хочу, чтобы мое имя фигурировало при его предотвращении…
— И о чем же ты хочешь предупредить?
— Лютогор открыто нападет на тебя.
— Когда?
— На Купальском балу.
Лешка хмыкнул, переглянувшись с Шеллом.
— То есть сегодня, через несколько часов?
— Поэтому я здесь.
— Но он же не появился на переговорах?
— Он рядом. В лесу.
В абсолютной тишине звякнула вилка, отложенная Шеллом.
— Надо срочно сообщить Виртусу, — тревожно произнес он.
Но Вордак, не сводя глаз с девушки, остановил его требовательным жестом:
— Не спеши… И что ты хочешь за эту информацию, Криста?
Ее лицо приобрело грустное выражение, в глазах блеснули тоскливые огни:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
