Э: Просто смотрите на своего пациента так, как будто вы сидите на стуле, который значительно выше, чем у него. Еще нужно на него посмотреть со стула, который намного ниже. Нужно посмотреть на него с другого конца комнаты. Поскольку с разных точек зрения вы всегда получаете совершенно разную картинку. И только после того, как осмотрели пациента с разных точек, вы можете получить некоторую объективность.
Р: Все эти различные точки зрения в сумме дают большую объективность.
Э: Это как раз один из недостатков традиционного психоанализа: вы получаете только одну точку зрения —18 дюймов назад и влево от пациента. Очень стереотипично.
Пластичность восприятия и поведения: ломка сознательных установок для подготовки к изменениям
Для примера я могу привести свой опыт.
(Пауза)
Когда я вернулся на ферму из колледжа, я обнаружил, что печка необычайно маленькая.
(Пауза)
Я вспомнил, как вставал на цыпочки, чтобы дотянуться до теплой духовки.
Мой сын Аллан вернулся из Вашингтона, прошелся по всем комнатам в доме и сказал:
"Я знаю, что этого не может быть, но все комнаты съежились. Они стали намного меньше".
(Пауза)
(Эриксон приводит еще один пример, в котором одна из его дочерей, будучи младенцем, глядя вверх из колыбельки, научилась ассоциировать его голову с потолком, и какую путаницу эта ассоциация вызвала позднее, когда она обнаружила его истинные размеры.)
Э: В гипнотических переживаниях вы не пытаетесь корректировать свои воспоминания.
Вы принимаете их без автоматической корректировки.
Я не раз смотрел, как развивается восприятие младенцев.
Сначала они воспринимают, что у колыбельки стоит один человек, пока в один прекрасный день, не называя этого словами, вдруг понимают, что людей двое.
Нужно какое-то время на то, чтобы различить мать и отца. Еще больше времени уходит на то, чтобы различить старшего брата и мать, и осознать, что их трое.
Э: Здесь подчеркивается детская система отсчета.
Р: Все это нужно для того, чтобы заставить С. отказаться от ее сознательных установок, сломать свои сознательные рамки в подготовке к изменению.
Э: Я хочу, чтобы она поняла, что у меня есть много-много жестких установок, у всех они есть.
Р: Это общее понимание, которое вы пытаетесь дать каждому пациенту. Вы пытаетесь вначале смягчить их жесткость, говоря о пластичности восприятия и поведения и т. д.
Э: Совершенно верно. Старайтесь говорить так, чтобы человек думал: нет ничего плохого в том, чтобы иметь жесткие установки, но если вы хотите себя как-то менять, нужно без стыда признаться себе, что у вас есть установки и что лучше иметь более широкий набор установок.
Р: Так, чтобы у вас был значительно больший спектр выбора поведения.
[Далее Эриксон приводит ряд клинических примеров, когда он плавно прошел сквозь сдерживающие установки пациентов, так что они постепенно начали более подробно исследовать свое тело и т. д. (Haley, 1973; Rossi, 1973b).]
Неделание, вызывающее ранние воспоминания и возрастную регрессию
У вас есть эти приобретенные знания Во взрослой жизни вы можете исправить их, (Пауза) но нет реальной надобности исправлять их.
Их следует ценить.
Ребенком она видит ползущую палку.
(Пауза)
Взрослой она по-прежнему проявляет свое удивление перед ползущей палкой, которая на самом деле оказывается змеей. Психотерапия, использующая гипноз, извлекает прошлые воспоминания во всей их чистоте, без какой-либо надобности их корректировать. Потому что вам следовало бы хотеть узнать, каковы они на самом деле. (Пауза)
Мы учимся узнавать эти отдельные воспоминания, не корректируя их.
Кроме того, у вас есть возможность оценить, рассмотреть компоненты некоего полного понимания.
Вы встречаете человека, и почему-то вам этот человек не нравится, но у вас есть для этого внутренняя причина.
Причина как в случае с ползущей палкой, причина, как когда глядишь на мир между ног, потому, что вы увидели что-то новое в этом человеке с точки зрения воспоминаний, прежнего опыта.
Но во взрослом состоянии вы обычно исправляете эти воспоминания, вы просто говорите, что этот человек вам не нравится, без какой бы то ни было причины.
(Пауза)
Я приведу личный пример, поскольку знаю его лучше, чем другие примеры. Как-то я вошел в дом, а у моего сына Лэнса, он был тогда маленьким мальчиком, возникла проблема.
Он знал, что не может видеть сквозь кирпичную стену. Он мог видеть только через окна. Однако папа вошел в дом и сказал: "Тебе сказано было не играть с этой вышитой салфеткой на столе". Он с ней играл, и случайно оказался у окна, и увидел, что я иду.
Поэтому он старательно разложил салфетку на месте, только не по центру стола.
Он на это не обратил внимания.
Он приписал мое знание того, что он играл с салфеткой тому, что я могу видеть сквозь кирпичную стену.
(Пауза)
В том случае, когда речь идет о пациенте, не напоминайте себе о взрослом понимании.
И не смотрите на поведение с позиций взрослого понимания.
(Пауза)
Р: Здесь вы внушаете гипнотическое явление (раннее воспоминание) путем неделания (не нужно корректировать ранние воспоминания и детские искажения) так, что человеку в состоянии транса оно представляется легким и практически не требующим усилий. Это, фактически, косвенный подход к возрастной регрессии. Вы прямо не внушаете войти в возрастную регрессию. Просто заговорив о том, что ребенок видит мир иначе, вы рассчитываете фактически вызвать у нее ранние модели восприятия и тем самым, возможно, добиться подлинной возрастной регрессии.
Э: Совершенно верно.
Вопросы как косвенное внушение: замещение сомнений и разряжение сопротивления
Как скоро, по вашему, вы захотите открыть глаза и не видеть свои руки?
Э: Что этот вопрос на самом деле делает? Разберем его на отдельные предложения:
1. Вы откроете глаза.
2. Вы увидите.
3. Вы не увидите некоторых вещей. Фактически это команды. Р: Но в вашем вопросе они утверждаются как fait accompli.
Э: Да, они сформулированы как вопрос, но при этом задается единственный настоящий вопрос: "В какое время это будет сделано?". Вы смещаете все сомнения на проблему времени. Это единственное, в чем можно сомневаться. Все остальное факт.
Р: Вы сделали это вопросом, который я мог бы назвать подразумеваемой директивой.
Э: Да. Обычная ошибка в психотерапии — давать пациенту указания, не признавая, что у него непременно будут сомнения.
Р: В нашем обществе мы непременно сомневаемся и проверяем любое внушение, которое нам предлагают. Может быть, это и есть социальная основа так называемого сопротивления. Возможно, именно поэтому фрейдисты так много говорят о сопротивлениях. Среднестатистический терапевт понятия не имеет, как предложить свои указания таким образом, чтобы сопротивление автоматически разряжалось, как вы только что проиллюстрировали. Вы всегда разряжаете всякое сопротивление и сомнение тем, как выражаете свою мысль.
Подтверждение внушений о негативной галлюцинации
В прошлом вы много раз не видели своих рук, когда они были прямо перед вашими глазами.
(Пауза)
Взрослый человек может научиться не видеть вещи, которые находятся прямо перед глазами.
И вы также научились, и не видите свои руки, когда они находятся прямо перед глазами.
(Пауза)
Э: Теперь я привязал этот вопрос к чему-то фактическому: "В прошлом вы много раз не видели своих рук".
Р: Вы придаете внушению вес, сопоставляя его с обыденным перцептивным переживанием прошлого.
Э: Сколько раз мы не видели того, "что невозможно не видеть"?
Р: Глядя на этот микрофон, который держу перед вами в данный момент, я понимаю, что не вижу свою руку, которая его держит.
Э: Совершенно верно! Фокусник этим зарабатывает на жизнь: он использует вашу способность не видеть того, что он делает.
Сознательное и бессознательное: коммуникация при помощи логики и опыта
[Эриксон дает еще один достаточно сложный пример того, каким образом детские и взрослые воспоминания об одном и том же явлении могут отличаться из-за различий в точке зрения. Поэтому мы иногда обнаруживаем два набора воспоминаний, что приводит пациентов в замешательство].
Э: В психотерапии вы учитесь признавать, как что-то может быть не одним и тем же. (Пауза)
