- Подарю. И если ещё в чем-то нужна будет помощь - только скажи.
Она серьезно кивнула, затем передвинулась и обняла плечо Хавьера в своей привычной манере: со стороны покажется, будто прилипла всем телом, а на деле же едва касается и ничуть не мешает управлять автомобилем.
В портовой зоне всегда было сложно найти место для автомобиля, но Хавьер и не особенно торопился. Кажется, пароход должен вот-вот отплыть, а до причала ещё идти порядком. Ирр нервничала и первой выскочила из автомобиля, а потом понеслась так, что Хавьер еле успевал за ней.
Несмотря на ранний час, людей здесь было столько, что бежать не получалось, только двигаться вместе с потоком. Но гончая все же не человек, она вскочила на сколоченный из досок парапет и понеслась прямо по нему, балансируя над водой. Река здесь такой темной, мутной, а ещё такой холодной, что шансов выплыть на берег, если упадешь вниз и никто вовремя не вытащит - немного.
На Ирр шикали, призывали одуматься, пытались стащить, но схватить прыткую и ловкую гончую у обычного человека не было шанса. Хавьер отстал от нее так безнадежно, что определял местоположение Ирр только по возмущенный и испуганным крикам. Более или менее просторно оказалось только на том причале, от которого отчаливал теплоход в колонии. Если здесь кто и мелькал, то только портовые работники и парочка журналистов.
Сам корабль с двумя трубами уже подцепили буксиры, чтобы вытащить в фарватер, где "Дева Стремительная" пойдет своим ходом. Расстояние до причала пока было небольшим, Хавьер не сомневался, что начни он махать значком и кричать, его заметят. А ещё, что Ирр легко доплывет, а то и допрыгнет до теплохода, но вместо приказа для гончей, он едва заметно кивнул двум темным фигурам, замершим на верхней палубе, положил руку на середину груди, затем охнул и тяжело привалился к ограждению.
- Тебе плохо? - Ирр почти сразу оказалась рядом, чтобы подхватить Хавьера под руки.
- Сердце, - с хрипом произнес он и указал на карман.
Гончая быстро вытащила оттуда коробочку с таблетками от которых шел запах ментола. Хавьер запихнул одну под язык и прикрыл глаза, из-под ресниц наблюдая за отплывающим теплоходом. Как только выйдет в фарватер, отзывать его станет опасно - колонии могут и обидеться за задержку рейса. А влезать в политику ради пары беглецов не стоило.
Ирр быстро все поняла, а может и услышал ровный стук сердца Хавьера, потому как наигранно нарезала рядом круги, махала платком и отгоняла излишне любопытных сотрудников порта и журналистов. Потом и вовсе вытащила из кармана Хавьера значок следователя и распугала им всех. И только час спустя, когда они снова сидели в машине, решилась спросить:
- Что же теперь с тобой будет? Свогор Кроу…
- Если бы хотел остановить эту неугомонную парочку - лично связался бы с начальниками порта и вокзала, чтобы задержать весь уходящий из Эбердинга транспорт. Но и просто так отпустить их не мог, кто-нибудь бы донес в отдел внутренних расследований. Поэтому и отправил в погоню старого ветерана с больным сердцем.
- Как Дон Паук держит у себя дворецкого с больными коленями?
- Сама же говорила, что доны глупые, вот, даже поступают одинаково.
* 55 *
Из всей дороги в порт Фредерика запомнила только спешку и мелькающие за окном пятна домов. А еще - тесный магазин готовой одежды, где они покупали себе вещи. Хватали все подряд, почти не глядя, лишь бы размер примерно совпадал. Только на улице Фредди заметила, что купила желтую блузку под красный клетчатый костюм и со стороны это, должно быть, выглядит ужасно. Зато Пак с его любовью к ярким цветам полностью одобрил и обнял ее в утешение, хотя сам подобрал себе все только серое и невзрачное.
Дальше они снова как одержимые неслись в порт, а после бежали по нему, прорываясь через толпу. Клу отстал по пути, но возле самого трапа догнал их, держа за руку незнакомую Фредерике донну. Пассажиры уже заканчивали посадку, они вчетвером оказались последними и чуть не задержали рейс, а еще стюарды не хотели пускать на борт четырех оборванцев без багажа, но Пак на ходу сочинил глупую историю о его несчастной и запретной любви к богатенькой кузине, и тайном побеге возлюбленных.
Фредерика от стыда и смущения опустила взгляд, но сама еще крепче сжала широкую ладонь Пака и незаметно прислонилась к нему ближе. Видимо, это убедило стюардов надежнее россказней, а перебравшиеся к ним купюры по десятке галлов окончательно перевесили все сомнения. Тем более билеты с правительственными вензелями были в полном порядке, а что там с личными документами - пусть разбирается полиция колоний. Если возникнут проблемы, то бескрайние поля и прииски всегда нуждаются в рабочих руках.
Все эти мысли пронеслись в голове, пока они поднимались по трапу, затем на верхнюю палубу, попрощаться с Эбердингом. Солнце еще лениво поднималось над горизонтом и почти весь город прятала туманная пелена. Фредди заметила лишь очертания адмиралтейства, башни императорского дворца и шпиль своего университета, от которого так близко до родного дома.
А ведь Фредерика никогда не покидала Эбердинг, даже не думала об этом. Сейчас же за считанные часы вдруг решила поменять свою жизнь, сбежать от матушки и того, что осталось от рода Алварес. Да еще так, без документов и денег, в неизвестность, с земпри…
Когда от слез защипало глаза, Фредерика прижалась к этому самом земпри и позволила себя обнять. “Дева стремительная” как раз пришла в движение, увлекаемая буксирами к устью реки. Пассажиры радостно загомонили, от громкого гудка заложило уши, а Фредди впервые заметила на причале две фигуры.
Сыщик и его гончая.
Стоит им вмешаться, как все пойдет прахом. Но Хавьер Сото остановился и ухватился за сердце, а девчонка верж сразу же подскочила к нему. А скоро расстояние до причала увеличилось настолько, что и самый сильный верж бы не допрыгнул.
Окончательно Фредди успокоилась только тогда, когда “Дева” на малом ходу встала на курс и пошла в сторону моря, каждым поворотом гигантских винтов обрубая нити, что связывали сумасшедшую четверку беглецов с Эбердингом.
- Мне страшно, - тихо призналась Фредди.
- И мне, - признался Пак. - Но перед нами теперь целый мир и множество дорог, найдем среди них и нашу.
- Или повеселимся, как следует! - Клу и его донна тоже подошел к борту, чтобы разглядеть удаляющийся город. - Всегда мечтал выбраться из этой дыры: постоянный туман, сырость, плесень, а налоги такие, что у-у-у…
- Я тоже, - тихо проговорила его спутница. - Тем более в колониях хороший врач никогда не останется без работы. Как и толковый бухгалтер, - она подмигнула Клу, - земледелец или химик. Простите, Луис немного рассказал о своих друзьях, пока мы бежали к трапу. Еще болтал, будто вы втроем успели крупно насолить Братству терна, но он всегда любил преувеличивать.
Фредди быстро переглянулась с Паком, затем уставилась на растворяющийся в тумане город. Возможно, донна и права, мир ведь не ограничивается Эбердингом, а жизнь все равно лучше смерти. Рано или поздно членов Братства поймают, тогда можно будет и вернуться домой, если захочется.
Пак все еще обнимал Фредерику и ободряюще улыбался. А когда она чуть прикрыла глаза, склонил голову и поцеловал.
Отец-Защитник, да они втроем в самом деле нанесли серьезный удар Братству терна, за которым долго и безуспешно гонялась полиция, неужели не смогут найти себе местечко для тихой и спокойной жизни?
* * *
Некоторое время спустя...
Сегодня Хавьер был в том самом непонятном настроении, которое случалось с ним каждый раз в день визитов к Дону Пауку. С одной стороны встреча со стариком его радовала, но с другой - выводила из себя. А в этот раз Сальватор будет свирепствовать сильнее обычного, ведь Хавьер вез ему новую помощницу.
Девушка сидела в машине очень тихо, сложив длинные рукава платья поверх небольшого саквояжа с вещами, и не разговаривала, в отличие от Ирр. Но та сегодня чувствовала себя плохо и отказалась выходить из дома, даже ради поездки к самому настоящему дону.
