практике то, что мы изучали все это время!
Глава 22. Жестокость или Воздаяние?
Ивор глубоко вдыхал холодный вечерний воздух. Лучи уже скрывающегося солнца мягко отражались от лакированных стен, окрашивая белые улицы в мягкие оранжевые оттенки. Ученики медленно расходились по своим комнатам, чтобы как следует отдохнуть. Рано утром начнется предварительное состязание. Оно продлится до самого вечера, а после него в академии планируют устроить гуляния по случаю окончания года. Ряжения, новогодние гадания и согревающие хороводы вокруг большого костра.
Студень — месяц подходил к концу, и предварительные состязания были неплохим способом завершить его. Зимнее солнцестояние по праву может называться волшебным временем. Снег мирно падал с неба, укрывая землю и дома пушистыми одеялами. Где — то вдалеке слышались веселые крики катающейся на санях молодежи. Некоторые из учеников, решившие задержаться на улице играли в снежки. Видимо они будут лишь зрителями на завтрашнем состязании.
«Из одного снега в другой». Подумалось Ивору.
Он наклонился и зачерпнул немного, слепливая руками аккуратный снежок. Поиск цели не продлился долго. Прищурив один глаз, юноша размахнулся и запустил снежное ядро во флюгер в виде петушка. Попал прямо в голову, отчего тот завертелся вокруг себя на продолговатом штыре.
Лицо Ивора озарила довольная улыбка и он направился дальше по улице.
На основной площади, бережно расчищенной от снега, складывали большие бревна и ветви, укладывая снизу пласты соломы. Возводили столбы, для традиционных лазаний, а также украшали дома к празднику.
Среди деревянных изваяний древних богов росписи были только на Карачуне. Бог зимнего солнцестояния и вестник смерти. Один из ближайших подданных Морены, что отвечает за короткие зимние дни.
Идол Морены же никогда не украшался, однако всю зиму к нему подносили заготовленные заранее цветочные венки и баночки с медом. Она стояла на возвышении, будто наблюдая за остальными богами со своего величественного пьедестала. Полноправно ее время.
Ивор оглядел площадь. Вид вдохновлял его, но, пожалуй, не так как раньше. Нотки безразличия появились в его сердце, будто бы указывая, что несмотря имеющийся интерес, былых эмоций он уже не получит.
На глаза ему попалась доска с объявлением о предстоящих «кулачных боях». Так старейшины назвали предстоящее состязание.
«Всего восемь участников, не многие желают представлять академию на турнире. Странно».
Среди знакомых имен были лишь Радобор, Таргитай и Никола.
Юноша взглянул на свой жетон с номером двадцать один и преисполненный ожидания направился в свою комнату.
Зимнее утро начиналось в тот же час что и в другое время года, за исключением одной особенности. На улицах стояла темень, словно сейчас был глубокий вечер. По своему обыкновению закричали петухи, зазвонил утренний колокол, взывая к ученикам. Настало время собираться на площади.
Ивор проснулся несколько часов назад и разогревал тело утренней разминкой. После того, как он вступил на стадию Пробуждающегося Весеннего Солнца (6) его тело стало крепче и рельефнее, однако он по — прежнему выглядел худым, в сравнении с большинством учеников.
«Ивор, только пожалуйста, помни, что я тебе говорила»
Голос Звездочки звучал без упрека, но с предостережением.
«Да помню я, помню.»
«Повтори…»
Звездочка была серьезной, что весьма необычно для нее.
«Падение в ледяную безэмоциональность подобно безудержной ярости. Мне будет плевать на все происходящее, я буду действовать исходя из своих принципов и личной выгоды, а любое проявление чувств и их понимание будет совершенно чуждым для меня»
Ивор отчеканил так, словно слышал это не единожды. Так оно и было, Валькирия часто повторяла ему эти слова.
«И что нужно делать, когда она тебя коснется?»
«Слушать твой голос».
«Отлично, ты и правда все запомнил».
Во время тренировок Звездочка посветила Ивора в несколько важных вещей. В процессе понимания сути ледяного атрибута было важно проявить отсутствие эмоций и холодность. Как известно, любой элемент контролируется прежде всего внутренним миром, а именно, эмоциональным фоном и его составляющими, так, например, чересчур спокойный и уравновешенный характер никогда не сможет эффективно управляться с огненной стихией, а слишком бурный и взрывной не совладает со свободолюбивым и мирным ветром.
Это не значит, что все великие практики огня, к примеру, буйные, словно языки пламени, а практики воды — спокойные, как озерная гладь. Данная особенность справедлива только в начале пути, при понимании атрибута. В дальнейшем практики огня будут вести себя спокойно в повседневной жизни, проявляя свою истинную натуру лишь в бою. Это возможно потому, что опытные практики находят грань, при которой соблюдается эмоциональный баланс. В битве им достаточно легкого толчка, чтобы достичь полной гармонии со своей стихией.
Для того, кто лишь постигает основы элемента — очень легко впасть в одну из крайностей и навсегда повредить свое Я.
Ивор помнил все это, потому что если Звездочка говорила о культивации и подчеркивала, что это важно, то так оно и было, без преувеличений.
Выйдя на основную площадь, юноша обнаружил уже собравшихся там учеников.
— С минуты на минуту должны начать. Наставник Держимир, как обычно, откроет новогодние гуляния.
— Жаль, что всего восемь человек участвует. Я слышала, что в этот раз старейшины не допустили больше учеников.
— А есть причины?
— Не уверена точно, но прошли слухи, что на это состязание приедет представитель Крадовского князя. Он хочет забрать талантливых учеников в свою школу.
— А разве так можно? Это ведь совсем неправильно!
— Может быть. Но все мы понимаем, что Академия Восходящего Солнца утратила былую славу, ученикам выгоднее перебраться в более престижную школу.
Ученики говорили об интересных, и не очень, вещах, Ивор зацепил краем уха один из разговоров, но вникать не стал.
Вскоре появился белый туман и огненный вихрь, из них на возвышении прибыл наставник Держимир и еще один мужчина. Статный рыжеволосый, в огненно — красном кафтане с золотыми росписями. Его меховой плащ также украшало множество золотых нитей. Даже сапоги его были начищены до блеска и сияли красными оттенками.
Держимир звучно прочистил горло двумя хмыканьями и начал говорить. Его тихий голос разливался по всей площади так, будто он говорил рядом с каждым учеником.
— Ученики мои. Приближается самый важный праздник. Мы проводим уходящий вместе со Студнем — месяцем год и встретим новый. Поскольку Карачун в этот раз решил провести свой день раньше обычного, мы устроим с вами гуляния на всю следующую неделю. Все кроме низших помощников при академии освобождаются от своих обязанностей на целую декаду.
Ученики ликовали. Они предвкушали, как смогут выйти в город или даже вернуться домой на эти десять дней. Некоторые из них не удержались и даже подняли руки
