Нас бы наказывали реже, если бы кто-то мог на алхимии хоть один эликсир нормально приготовить, — напомнил я ей, что по ее вине Компонент нас задерживал практически регулярно.
Между тем, вокруг нас понемногу собрался кружок из любопытных одноклассников, которых оказалось чуть меньше, чем весь класс. Я смотрел на их лица и видел, что многие ждут какой-нибудь интересной неприятной истории, которая сейчас со мной произойдет. Не все, конечно, но таких было большинство.
Надо же, как я им всем не нравлюсь, чуть что — сразу же набежали как стая шакалов. Это я им еще ничего плохого не сделал, просто не хотел подчиняться правилам, которые они сами для себя здесь установили.
Взять хотя бы те же опоздания… У меня такое случалось не чаще, чем у других, но винили в этом только меня. Во всем остальном было ровно то же самое. Такие вот дела…
— Послушай, Темников, тебе по чину следовало бы вести себя повежливее, — решил козырнуть своим титулом Шуйский и лишний раз напомнить всем вокруг, что он княжеский сын. — Меня предупреждали, что в моем классе будет учиться один малолетний тип со звездой в голове… Я вот думаю, может быть, мне стоит взять тебя на поруки, как считаешь?
— Считаю, что тебе стоит прикупить в Белозерске немного мозгов. Если тебе в голову пришла такая мысль, значит их у тебя маловато, — ответил я ему и начал демонстративно собирать учебники в рюкзак.
Закинув рюкзак за плечо, я стал напротив него и отметил, что роста мы практически одинакового. Если он и выше, то совсем ненамного. Может быть, всего на несколько сантиметров.
— Ты отойдешь в сторону, или как? — спросил я у него и улыбнулся. — Если тебе сказали, что с тобой будет учиться наглый малолетка, значит рассказали о нем и все остальное?
Его тонкие губы превратились в две тонкие линии, и он сделал шаг в сторону, освободив мне проход.
— Советую больше не опаздывать, — бросил он мне в спину, решив оставить последнее слово за собой.
— У тебя забыл спросить, — ответил я и вышел из кабинета.
Ну и кто-бы сомневался, что уже на послеобеденной прогулке вся школа говорила о том, что Шуйский приехал всего день назад, а мы уже успели с ним поругаться.
По моим ощущениям, «Китеж» в этом противостоянии сразу же разбился на две равные половины. Одна из них только и мечтала о том, чтобы меня поскорее окунули головой в какое-нибудь дерьмо. Вторая — наоборот, очень хотела посмотреть, как я поставлю наглого выскочку Шуйского на место. Типа, приехал и качает свои права.
Вообще-то, я думал, что на моей стороне будет больше народа — все-таки в основном здесь учатся дети родов, приближенных к Императору. Но многие в этом деле были за Шуйского просто из принципа. Уж очень хотели, чтобы мне стало плохо.
— Запомни, мой мальчик, всегда найдутся люди, которым очень хорошо, оттого, что кому-то плохо, — заметил Дориан, когда я размышлял на этот счет. — Просто они так устроены.
Зато Нарышкин обрадовался, что мы с Шуйским поругались в первый же день.
— Ну вот, теперь будет еще веселее! — сказал он, радостно потирая руки. — Скучно стало без Бубнова, а теперь Юрасов с Шуйским будут против нас интриги плести. Интересно же!
Кстати, насчет Бубнова Лешка был абсолютно прав. После той истории, которую мы ему устроили, он сильно изменился. Даже слишком сильно, если учесть, что с того дня прошло лишь несколько недель.
Все больше по парку один стал гулять, без своей прошлой компании. Да и в столовой теперь ведет себя потише, не особо привлекая к себе внимания. Страшно сказать, но однажды я его даже видел сидящим на лавочке возле нашего зеленого лабиринта с книгой в руках.
Не знаю, догадался он, что это мы его с княжичем подкололи или нет, но с того времени он старается нас избегать. На самом деле, мне хотелось верить в мой театральный талант и думать, что он не догадался. Лешка сомневался и каждый раз говорил:
— Увидишь, Макс, он нас еще удивит, этот Бубнов, — твердил княжич, видя его прогуливавшимся с задумчивым лицом возле Тихого океана. — Чувствую я, что он не просто так с умным видом ходит. Точно гадость против нас какую-нибудь задумывает!
В общем, так оно было или нет, а Никита в последнее время и правда пропал с нашего горизонта и больше не лез ко мне со своими идиотскими шутками. Вот только лучше ли, что его заменил Юрасов, а теперь еще и Шуйский? Не уверен. Эти двое намного опаснее. Ну ладно, поживем увидим.
На следующий день разговоров о нашем противостоянии с Мишкой стало меньше, а к среде все вошло в более-менее привычное русло. Лишь только многозначительных взглядов в мою сторону прибавилось.
Были такие, кто теперь еще сильнее кривился при виде меня. Но зато находилось не мало ребят, которые не упускали при случае поддержать меня, хлопнув по плечу и напомнив, что я могу рассчитывать на них, если что.
Ну а еще в среду было сразу две хорошие новости. Одну из которых принес мне своим звонком Ибрагим. Призрак наконец раздобыл рецепт эликсира, который может помочь лягушке Гвоздевой выиграть турнир. Эликсир Акробатики называется.
— А чего думал так долго? — спросил я у Турка, хотя и сам ничего не слышал об этой штуке.
— Прошу прощения, мой господин, но он ведь древний совсем… Сейчас вместо таких штук проще артефакт какой-нибудь достать с подобным эффектом, — ответил он.
— Ладно, рассказывай, что там для него нужно.
Оказалось, что компонентов там до чертиков, но нет ничего из совсем уж редких.
— Кстати, насчет толченого крыла кузнечика, — сказал Ибрагим. — Желательно его добыть от саранчи какой-нибудь крупной. Там принцип действия такой: чем крупнее особь, которая стала источником компонента, тем эффективнее эликсир получится.
Едва я закончил с ним говорить, как у меня уже возник план насчет того, где взять крыло кузнечика, чтобы эффект был максимальным. Никакая саранча с ним не сравнится. Есть у меня на примете хороший вариант… Как там звали этого скачущего благородного кузнечика, Исидор, кажется? Вот от него или его собрата мы кусочек крыла и возьмем. Надо будет смотаться на несколько минут в гости к Гонану. Я думаю, в такой мелочи он мне не откажет.
Ну а второй приятной
