— Крайне величественно, — согласился ее муж. — Даже, пожалуй, слишком, если учесть довольно скромные заслуги Энгуса. Лучше расскажи еще раз подробнее, шурин, о похищении Фионы. Говоришь, она исчезла в Глен-Горме?
Лэрд послушно повторил почти слово в слово с самого начала все, что успел сообщить король.
— Похоже, что, даже при их неопытности, люди короля чересчур уж поспешно сбежали, — отметил Хеймиш Стюарт. — С чего бы это? И почему никто не догадался схватить под уздцы коня Фионы и повернуть, так, чтобы она могла последовать за отрядом? Очень странно.
— Что это ты мелешь? — всполошилась жена.
— Возможно, похищение было задумано заранее.
— Хеймиш, да ты просто глупец и зря наводишь тень на плетень, — парировала Дженет. — Хочешь сказать, что король устроил заговор против Энгуса? Но зачем ему это? Кто они такие? Мелкопоместный лэрд и его любовница! Что Энгус и Фиона могут значить для его величества? Не пойму, что тебе взбрело в голову! Не слушай его, брат! Король вознаградил тебя за верность и дружбу. Подумать только, графство! Кто бы вообразил такое?
Она поцеловала Энгуса в щеку и громко шмыгнула носом, вытирая повлажневшие глаза.
— Но где же моя сестра? — воскликнула Джинни Хей, внезапно превратившись в прежнюю задиру. — Ты любишь ее, Энгус. Неужели позволишь ей просто исчезнуть с лица земли?
— Король пообещал выслать еще один отряд на поиски, — вздохнул лэрд. — Если Фиона жива, я ни за что ее не покину. Ты права, я ее люблю.
— Мы и сами поищем Фиону, девушка, пока Энгус будет в Англии, — пообещал Хеймиш, явно что-то заподозривший.
Жена слишком легко судит обо всем! Однако он сам принадлежал к роду Стюартов и знал, какими хитроумными путями может идти король, чтобы достичь цели. Правда, он никак не мог сообразить, зачем кузену понадобилось разлучить влюбленных. Но была же у него какая-то причина!
Энгусу впервые в жизни было неуютно в собственном доме. Каждая мелочь пробуждала воспоминания о Фионе. Наконец он в отчаянии вскочил на коня и направился в Бен-Хей. Башня была пустой и заброшенной. Его люди давным-давно ее покинули. Зятьям Фионы дали понять, что Бен-Хей, дом и скудные земли принадлежат ей.
Ступив через порог, Энгус мгновенно вспомнил двойную свадьбу, которая праздновалась здесь почти два года назад. Перед внутренним взором предстала Фиона, высокомерно взиравшая на него. Плед цветов Хеев перекинут через худенькое плечо, на груди сверкает брошь вождя клана. Как она гордилась тем, что сумела выдать замуж сестер и выполнила долг, обеспечив будущее двух самых младшеньких! Не зря умирающая мать поручила детей ее заботе!
— Ты жива, девочка, — тихо произнес Энгус. — Я чувствую это. Ты слишком сильна и горда, чтобы погибнуть ни за грош. Мы вернем тебя, Фиона Хей. Нашел же я тебя однажды — и снова отыщу. Клянусь, я не потеряю тебя больше.
Вернувшись в Бре, Энгус попросил зятя посидеть с ним за кубком вина.
— Ты в самом деле поищешь ее? — с надеждой спросил он.
— Обязательно, — заверил Хеймиш. — Возможно, Джен и права, но я человек осторожный и никому не верю на слово, особенно Стюартам. Мы семейка хитрая и изворотливая, Энгус.
— Твои дружба и помощь бесценны, Хеймиш. Ее где-то прячут, я знаю!
— Я с тобой согласен, но все же интересно, где тут собака зарыта. По-моему, одному королю все известно, хотя он, разумеется, ничего не откроет.
На следующий день Энгус отправился обратно в Скон, уверенный, что Хеймиш сделает все возможное для него и Фионы. Больше всего на свете шурин любил решать всяческие головоломки, а тут ему представился случай справиться с очередной загадкой.
Вскоре посольство шотландцев отбыло в Англию. Энгус не переставал дивиться переменам, произошедшим в графе Атолле. Совершенно другой человек и, кажется, смертельно боится короля. Настолько боится, что предложил в заложники собственного сына, лишь бы монарх не сомневался в его преданности.
Спутники Энгуса, опасливо озираясь, рассказывали, как король предал суду своего кузена, герцога Мердока, его двоих сыновей и старого графа Леннокса, тестя герцога. Сначала был арестован Уолтер Стюарт, тезка графа Атолла, далее, во время очередного собрания парламента в Перте, в темнице оказались герцог Мердок, его средний сын Александр, графы Энгус, Дуглас и Марч, Линдсей из Гленеска, Хепберн из Хейлза и многие другие высокородные лорды, включая коннетаблей Шотландии и Дании, лорда Стюарта из Розита и Реда Стюарта из Дандоналда. Все они считались союзниками семейства герцога.
Младший из сыновей Мердока успел скрыться и бежал на запад. Позже он вернулся с небольшой армией сторонников, чтобы сжечь Думбартон и убить Реда Стюарта, освобожденного племянником из тюрьмы. Войска короля преследовали мятежников до самой границы Ирландии. Мердока и его сыновей, а также тестя, восьмидесятилетнего графа Леннокса, судили и приговорили к смертной казни по обвинению в государственной измене. Герцог Роберт ускользнул от мести короля, и тот сорвал злобу на своих родственниках. Остальные знатные пленники были заключены в тюрьму, многие лишились поместий. Его величество решил вселить страх Божий в тех, кто попытается противостоять ему, но принятые меры оказались незаслуженно жестокими, и хотя лорды были действительно напуганы, в их сердцах разгоралась неукротимая ненависть к новому королю. т — Ему придется быть сильным, иначе в стране вновь воцарится хаос, — попытался защитить короля Энгус.
— Верно, — согласился Атолл, — но милосердие — вовсе не признак слабости. У Якова в душе нет ни капли жалости. Он готов разделаться со всеми, лишь бы спокойно править Шотландией. Когда вы были в отъезде, один из его кузенов ударил пажа и король заметил это. По его приказу привели родственника, вытянули его руку на столе, и обиженный паж приставил острый нож к запястью несчастного. Так они простояли целый час, пока наша добродетельная королева, присутствующие дамы и священник молили короля о пощаде. Даже паж простил беднягу. Наконец король смилостивился, но прогнал родича с глаз долой и велел удалиться от двора. Этот человек готов на все ради власти. Берегитесь его, господин мой.
— Вы прекрасно знаете натуру шотландцев, — возразил лэрд. — И король, естественно, должен проявлять жестокость — хотя бы для того, чтобы удержать бразды правления. Мы народ буйный, и в прошлом на престол не раз всходили слабовольные, бесчестные, тупоголовые да и попросту продажные правители. Король не таков. Его стремление к справедливости сильнее, чем у любого знакомого мне человека, граф. Ко времени, когда во всей стране установятся мир и порядок, Яков не будет так строг. Ну а пока мои долг — доверять ему.
