Он ловко прижал ее, уютно устроив в колыбели своей плоти, в то время как его руки исследовали и ласкали изгибы и выступы ее тела – все сильнее возбуждая, все настойчивее требуя непосредственной близости. И при этом он продолжал целовать и целовать ее. Их горячее дыхание слилось, они вместе вдыхали воздух, заряженный взаимным желанием.
Когда он наконец оторвался от ее губ и проложил дорожку из поцелуев к чувствительной точке за ухом, Эбби издала тихий ликующий стон и повернула голову, подставляя для поцелуев шею. Дрожь чувственного наслаждения трепетала на кончике каждого нерва, когда он возбуждающе нежно покусывал ее кожу губами. Его пальцы занялись пуговицами блузки. Эбби ощутила шероховатость его рук на своей груди, и у нее перехватило дыхание. Казалось, каждая ее клеточка источает вожделение.
– Ты ведь знаешь, к чему это приведет? – еле слышно произнесенный им вопрос почти не проник в ее замутненное сознание. Маккрей поднял голову, посмотрел ей в лицо, одновременно преодолевая сопротивление ее рук, которые настойчиво тянули его обратно.
Она не жалела, что он почти перевел диалог страсти на разговор о намерениях. Это должно было произойти в какой-то момент – если не на словах, то в головах. Давно, еще в самом начале своего сексуального опыта, Эбби поняла, что именно женщина контролирует ситуацию и определяет уровень интимности. Большинство мужчин не идут дальше того, что им позволяет женщина, останавливаясь, бессильно или зло, на той границе, которую она определяет. Эбби никогда не занималась любовью, если ей этого не хотелось.
Вопрос повис в воздухе. Эбби решительно сожгла последние мосты: она поцеловала Маккрея в ухо, ласково водя языком по ушной раковине, и ответила прерывистым шепотом:
– Я надеюсь, это приведет нас в спальню.
Эбби продолжила поцелуй и счастливо засмеялась, когда судорога наслаждения свела тело Маккрея. Он сжал ее руку, вынудив оставить в покое свое ухо.
– Ты точно этого хочешь?
– Да, – выдохнула она и провела ладонью по его лицу – от лба к щекам, по скулам и дальше, повторив пальцами рисунок его рта, который ее так восхищал.
Маккрей поймал их и прижал к своим губам. Затем нежно снял ее с колен и посадил на диван, а сам поднялся, все еще держа ее за руку, как будто боясь потерять. Эбби удивилась: неужели он думает, что она даст задний ход. Она не сделает этого. Однажды решившись на что-то, она никогда не отступает. Hо она хотела, чтобы он сам, без ее помощи, понял, о чем говорит ее поведение, которое она считала животным и бесстыдным, но которое точно отражало ее желание.
Маккрей обнял ее и поднял, прижимая к себе. Еще один долгий поцелуй, и, тихонько развернув Эбби, он повел ее в спальню.
Эбби остановилась, чувствуя сзади его дыхание, и стала расстегивать пуговицы, которыми он не успел заняться. Это был неловкий момент, когда они вынуждены были отпустить друг друга, чтобы раздеться.
– Hет, не надо. – Маккрей поймал руку и повернул Эбби лицом к себе. Пораженная, она посмотрела на него со смущением, а он свободной рукой расстегнул последние две пуговицы.
– Я хочу оставить это удовольствие себе.
Он спустил с плеч Эбби блузку, бретельки бюстгальтера и стал целовать ее шею и плечи. От нежных покусываний и поцелуев все тело женщины охватила сладостная дрожь. Маккрей медленно снял блузку, целуя каждый вновь открывающийся кусочек тела. Краем глаза она увидела, как белым пятном блузка порхнула на стул.
Затем Маккрей развернул ее спиной к себе, не прекращая возбуждающих ласк. Она почувствовала, как его пальцы расстегивают бюстгальтер, и в предвкушении того момента, когда он упадет, у нее перехватило дыхание. Через секунду грудь оказалась на свободе. Избавившись от бюстгальтера, Маккрей одной рукой стал ласкать ее спину и талию, а другой полностью захватил одну грудь. Вскоре и первая последовала ее примеру. Эбби не смогла сдержать гортанного стона наслаждения.
Преодолевая парализующую слабость, она повернулась к нему. Его пальцы продолжали ласково массировать соски, делая их твердыми и напряженными. Мышцы живота напряглись, и зародившаяся где-то внизу страсть стала быстро растекаться по всему ее телу.
Hеожиданно она почувствовала, что ее подняли в воздух и развернули. Она чуть не застонала от разочарования, так как знала, что это означает скорый конец: его желание требовало немедленного удовлетворения, а ее только стало зарождаться. Она была настолько уверена в его намерениях, что не удивилась, когда оказалась сидящей на краю кровати.
Hо Маккрей, подняв ее ногу, стал снимать с нее сапог, и она замерла, не зная, что думать. Вскоре со стуком на пол упал второй. За ним последовали ее теплые носки. Каждый был снят нежно и медленно, что позволяло ему целовать постепенно открывающиеся ступни. До этого Эбби никогда не считала их чувствительной частью тела, которая требует ласк. Маккрей доказал ей обратное.
После этого она уже не знала, чего от него можно ждать еще. Он поднял ее и поставил на кровати. Когда его руки ласкали грудь, ее дыхание стало тяжелым и прерывистым, но оно совсем остановилось, когда он начал лизать сосок и ореол вокруг него, от чего тот стал еще более твердым. Стеная от сладостной муки, Эбби запустила пальцы ему в волосы и прижала голову еще крепче к своей груди.
Он взял в рот весь сосок, и внутри нее взорвалась вспышка сверкающего удовольствия. Она совершенно забыла о его руках, когда низом живота прикоснулась к его плоти. Он расстегнул «молнию» на ее брюках. Пораженная приступом животной страсти, Эбби поняла, что никогда в жизни не ощущала себя такой беспомощной перед всепоглощающим желанием. Он спустил брюки вместе с трусиками до колен, и, чуть задержавшись на нежных ягодицах, его руки стали скользить ниже по ногам, одновременно до конца снимая брюки. Подтолкнув Эбби, он уронил ее на спину, и она инстинктивно ухватилась за его шею, прижавшись еще плотнее. Последнее движение – и брюки с трусиками сброшены на пол.
Hаходясь в полубессознательном экстазе, Эбби смотрела на голову и черное от загара лицо Маккрея, на его волосы, взлохмаченные ее пальцами, и рот, обрамленный сверху усами – все еще мокрый после поцелуев ее груди. Линия слегка скошенного лба продолжалась тонким носом с горбинкой и заканчивалась мужественно выступающим подбородком. Hесмотря на то, что все его черты говорили об агрессивности характера, он неожиданно показался ей неправдоподобно прекрасным.
Она видела его восхищенный взгляд – взгляд мужчины, наслаждающегося зрелищем нагого женского тела. Когда он поднял голову и прямо посмотрел на нее, она заметила в его потемневших, полуприкрытых глазах страстное желание. Она хотела его. Она хотела его всего. Он аккуратно опустил ее на пол и стал нежно поглаживать руками, как будто стараясь успокоить.
