— Положите их, пожалуйста, в корзину и проходите через рамку, — парень всё ещё волновался.
Не каждый день увидишь инспектора бюро времени. Ходили слухи, будто они мстили тем, кто им не понравился или их обидел. К примеру, возвращались в прошлое, чтобы убить обидчика ещё в утробе матери, а иногда вместе с предками или наносили увечья и оставляли человека инвалидом. Так или иначе, Пилфер не хотел связываться с ними. Он недавно поступил на службу, из-за которой ему пришлось влезть в огромные долги.
Глава 27
Иритт сняла с пояса кусторез, положила его в корзину и спокойно прошла через рамку. Алексей последовал ей примеру. На рамке после его прохода загорелось зеленое табло, которое сообщало о том, что всё в порядке. Вскоре офицер с широкой улыбкой протянул им их садовый инвентарь.
— Счастливого пребывания на планете, господа инспекторы.
— Спасибо, Пилфер, и тебе лёгкой службы, — кивнул ему Воронцов.
Когда они покинули здание космопорта, Иритт посмотрела на напарника и спросила:
— Куда нам?
— Туда, — повёл её за собой мужчина.
Рекламный щит воспроизводил голограмму счастливого солдата в полный рост и проигрывал марш Содружества на фоне бравых выкриков офицеров. Алексей снова коснулся перстня. Время замерло, после чего мужчина, не скрываясь, подошел к конструкции и достал из тайника драгоценный свёрток.
— Пошли уже, пройдоха! — усмехнулась напарница, после чего сама запустила время.
На улице их ждал хаос из людей, дронов и разнообразной техники. Всё это создавало такой шум, что у инспекторов заложило уши.
— Сейчас я вызову Флаер, — пыталась перекричать шум улицы Иритт.
Флаер-такси прибыл меньше чем через минуту и приземлился рядом с ними в автоматическом режиме на посадочную площадку, которая была очерчена на геобетоне. Дверь перед пассажирами автоматически открылась в тот момент, когда они приблизились к флаеру. Парочка уселась на белоснежные кресла, после чего такси на автопилоте взлетело выше зданий, быстро набрало скорость и направилось к точке назначения.
Алексей смотрел в окно, и не мог оторваться от огромного города. Казалась, что вся планета застроена однотипными высотными зданиями, которые не оставили даже маленького клочка земли без строений.
— Иритт, вот скажи, везде так?
— Что именно? — она попыталась рассмотреть в окно, что увидел спутник.
— Такое количество строений и людей? Просто куда ни глянь, везде одни высотки.
— А, ты про это! В основном да. Планеты, которые занимаются торговлей и являются базой для многих корпораций, очень густо заселены. Поэтому там строятся такие дома-муравейники. Несколько тысяч квартир в одном доме, множество офисов, кафе, ресторанов и баров, медицинские центры. Это всё находится в одном здании. Многие даже за всю жизнь ни разу не покидают территории своего здания. Дом, работа — всё в одном месте.
— Точно муравейник! Это вам не хрущевка на шестьдесят квартир.
— Так не везде, — с чувством ностальгии продолжила Иритт. — Я родилась и выросла на аграрной планете. Соседи жили от нас в ста милях. Всё остальное занимали поля. Ближайший торговый центр располагался в полутра тысячах милях от нашей фермы.
— Звучит неплохо.
— Вот возьми даже нашу планету, на которой находится база бюро. Там малоэтажная застройка, огромные поля и леса, фермы.
За разговорами они не заметили, как Флаер совершил посадку на крыше одного из высотных зданий.
— Что здесь? — Воронцов покинул уютный салон летательного аппарата и подал девушке руку.
— Тут живет один из тех, кто тебе нужен. Пойдём к лифту.
Лифтов в просторном холле оказалось больше десяти, и все они имели огромную вместимость. Композитные двери открылись, пуская инспекторов в кабину огромного лифта. Алексей уставился на панель управления, на которой располагалось более трёхсот кнопок — панель с ними занимала половину стены. Иритт выбрала минус тридцать третий этаж.
— Это что, тут ещё и подвал такой глубокий⁈ — удивился землянин.
— Да, — кивнула девушка. — Бывают здания в пятьсот этажей, из которых половина уходит наверх, и ещё двести пятьдесят вниз. Так строят для экономии площади застройки.
— Ох, представляю, что будет если канализация забьётся… Не завидую я таким жильцам, — Алексей вспомнил работу в аварийке, когда он помогал слесарям прочищать засор в шестнадцатиэтажке. Поток воды с шестнадцатого этажа вырывался из унитаза на первом этаже до самого потолка, обдавая всех присутствующих в санузле. А тут триста этажей.
Скоростной лифт быстро опустился вниз, заставив пассажиров испытать серьёзную перегрузку. Открытие дверей сопровождал противный писк, предупреждающий пассажиров о прибытии. В следующее мгновение в носы пассажиров ударил жуткий смрад, который сразу проник в кабину лифта.
— Клоака, — зажал нос землянин. Тут же ему на пути попалась куча мусора, через которую он перешагнул.
— Она самая, — в отличие от спутника, девушка даже не поморщилась. — Нам туда в секцию восемь.
Воронцов покосился на спутницу, не понимая, как она терпит такую вонь. Но тут же вспомнил о том, что ей и дым в горящем ангаре был нипочём. Импланты опять продемонстрировали свою пользу, что заставило землянина вновь позавидовать их обладательнице. Он тоже хотел такие крутые импланты. Тут тебе и сила, и выносливость, и повышенная реакция, а главное — можно не обращать внимания на вонь помойки. Но за неимением имплантов пришлось терпеть и следовать за девушкой, которая бодро вышагивала. Она с невозмутимым видом переступала через спящих на полу бродяг.
— Да-а… — протянул мужчина. — И это наше светлое будущее…
— Э то отбросы общества, кейтманы, бич общества.
— Кейтманы? Это кто? — он заинтересовано покосился на напарницу.
— Потерянные люди, — продолжила Иритт. — Даже скотина, и то умней их. Нейросеть блокирует любые виды наркотического опьянения, подавляя нервные окончания и рецепторы. Любые натуральные или синтетические наркотики становятся безвредными и не приносят носителю кайфа.
— Подожди, а как же колонисты, которые угнали бот? — вспомнил о своих похождениях землянин. — Они постоянно были под кайфом. Девушки разработали наркотик из местного растения, и в течение долгого времени его употребляли.
— Так это когда было? Эту проблему решили больше двух тысяч лет назад.
— А эти тогда почему под кайфом? — продолжил Воронцов.
— Давно разработали программный вирус, который заставляет нейросеть вырабатывая поток нейромедиаторов типа дофамина и серотонина в постсинаптических нейронах. Но проблема в том, что вирус действует не очень долго. В погоне за кайфом приходится покупать его снова и снова. Постепенно мозг кейтмана получает необратимые последствия, которые даже продвинутые медкапсулы седьмого поколения не могут исправить. В итоге человек становится овощем, обрастает долгами и лишается всего. У него остаётся лишь одна цель — купить новый ключ и быстрей его загрузить в нейросеть, и так до самой смерти.
— Короче, наркоманы, как и всегда. Бакулюм им в рот! Иритт, а как загружают вирус?
— Это технологии баз знаний. Кристаллы с базами помнишь?
— Помню, — кивнул он.
— Так же и ключ-вирус загружают. Продают их тут на каждом шагу. Вон, видишь парня?
Алексей посмотрел на высокого парня в тёмно-сером комбинезоне, который стоял у одной из многочисленных колонн. С виду обычный парень, и не скажешь, что наркодиллер. Пока землянин его разглядывал, к нему подошла нетвёрдой походкой девушка и протянула ему обезличенную карту. В ответ продавец передал ей маленький кристалл, который светился голубоватым светом. Девушка выхватила кристалл из рук парня, после чего он тут же он испарился в воздухе.
— Только не надо тут рядом слюни пускать, тварь! — наркодилер с силой толкнул наркоманку, отчего она улетела на другую сторону тёмного коридора.
Девушке было уже всё равно. Она лежала на полу, раскинув руки в стороны. Её лицо расплылось от блаженства, а из уголка открытого рта начала капать слюна.
