class="p1">И сколько у него ещё таких в запасе, для которых Якуб – желанная добыча, а не наоборот? Во всём виновато его красивое личико и накачанное тело. Можно не утруждаться, чтобы добыть развлечение на одну ночь.
А ведь Ратмир неспроста дал понять, что цель этого брака для Ямадаева – возврат доли. Всё внутри меня от этой мысли осело на дно желудка. Тяжёлым, мутным осадком. Я стараюсь держать эту информацию в голове, не упускать её под натиском чар «жениха».
Внутри разгорается огонь. Лавой кипит во мне. На языке ощущается привкус гари.
– Ненавижу тебя, – шиплю, останавливаясь на месте, затем поворачиваюсь, чтобы взглянуть ему в глаза.
Якуб, наблюдая за моими метаниями, не двигается.
Такой же спокойный и злой.
Совершает шаг в моём направлении, вновь нависая. Подавляя своим ростом.
– Учись с этим жить, потому что тебе от меня никуда не деться.
Выпускаю воздух сквозь стиснутые зубы.
Пальцы сами собой сжимаются. Давление внутри возрастает. Спокойнее меня человека найти сложно. Но он… будит всё самое грязное и мерзкое в моей натуре.
– Изменишь мне – не жди от меня верности, – произношу, сама не веря своей смелости, но от злости совершенно не контролирую язык.
Смотрю в его синие глаза, наблюдая за тем, как они наполняются кровью.
– Аня, – предостерегающе произносит моё имя.
Он резко делает ко мне шаг, будто намереваясь раздавить своим тяжёлым ботинком. Желваки на челюсти играют. Напрягаясь и расслабляясь. Ещё чуть-чуть, и челюсть начнёт крошиться.
Как ни прискорбно мне это замечать, но злость ему идёт. То пламя, что бушует в нём, манит меня. Привлекает. Моё глупое сердце, подобно цветку лотоса, раскрывается в направлении к нему. Тянется, точно к солнцу. Чтобы погреться о его лучи.
Спотыкаюсь на ровном месте, пытаясь увернуться от его близости. Мне без слов понятно, какая участь будет мне уготована, если я исполню сказанное. Но я не намерена отступать назад.
В какой-то момент кажется, что всё прочее ерунда. Брак по принуждению. Отсутствие всякого понимания о его чувствах ко мне. Но измена… это слишком.
Задираю подбородок выше, вновь утыкаясь спиной в стену.
– Если ты это сделаешь, мне будет наплевать на то, погибнет кто-то или нет, понял? Я уйду от тебя, и ничто меня не остановит.
После моих слов Якуб почему-то успокаивается. Пламя в радужке рассеивается. Порочные губы кривит ухмылка. Довольная. Лёгкая.
– Ревнуешь, Китекет? – спрашивает, цепляя прядь волос и пропуская её сквозь пальцы.
Боже, какой он невозможный, самоуверенный, самодовольный осёл!
А во мне огонь горит с новой силой. Я буквально выдыхаю пламя изо рта. От мысли, что он касается другой женщины, желание убивать возрастает в геометрической прогрессии. Дышу тяжело. Рвано. И одновременно хочется плакать от безысходности.
– Всего лишь уважаю себя.
Пальцы перемещаются на шею. Обхватывают её. Кожу покалывает от грубых прикосновений, мало похожих на ласку. Но всё равно приятных. Я замираю, опасаясь, что он сомкнёт пальцы и задушит меня.
– Возвращайся за стол, Аня, – сухо произносит. – Свадьба через месяц. А в эту субботу мой день рождения. Ты должна явиться.
Глава 54
Я не успеваю перевести дух. Пялюсь в широкую спину, наблюдая, как Якуб уверенным шагом направляется к выходу.
Что же это получается, я согласилась на этот брак?
Отдалась дёшево. Даже без банального предложения руки и сердца. И кольца. Оттого и ощущаю себя проигравшей. Быстро и легко сдавшейся добычей.
В голове сумятица. Возвращаюсь, едва переставляя ноги, пытаясь переварить произошедшее.
Сестра нервно рассекала гостиную, кусая губы. В то время как Сабуров уплетал обед за обе щеки.
Заметила меня и поспешила навстречу. С одной стороны, мне вовсе не хотелось, чтобы её муж участвовал в разговоре. Его слишком забавляла сложившаяся ситуация. С другой, я остро нуждалась в информации. Узнать бы, о чём они общались с Якубом. Но не в характере Сабурова обмениваться сплетнями. Мне ведь до сих пор неизвестно, о чём он говорил с Якубом в тот день, когда меня забрали.
– Аня, ну что? – осматривает меня сестра, будто намереваясь убедиться, что у меня руки и ноги на месте. – Куда делось твоё чудовище?
Прикрываю глаза. Да уж. Моё. Как ни крути. И почему мне так тепло от этой мысли? И одновременно стыдно за собственную слабость. Бесхребетность. Хотелось бы мне ему отказать. Послать куда подальше. Но я даже слова не успела произнести, как он захлопнул дверь моей темницы.
– Давай обсудим наедине? – смущаясь, прошу.
Сестра без лишних вопросов кивает. Подталкивает меня к лестнице, и я торопливо поднимаюсь наверх.
– Спичка, он сказал, что свадьба через месяц, – прикусывая щеку изнутри, смотрю на сестру с опаской. И с надеждой, что она развеет туман, укажет правильный путь. Потому что я ни черта не понимаю в этой жизни. Я запуталась.
Сестра фыркает.
– Ну пускай женится, пошлём ему поздравительную открытку и подарок, – произносит, а я в толк взять не могу, шутит она или всерьёз.
– Сера, – выдыхаю, выразительно смотря на неё.
Припадаю спиной к стене в своей спальне. Исходящий от неё холод немного отрезвляет, проясняет мысли.
– Скажи, только честно, я не буду ругаться. Что ты к нему чувствуешь? – теперь лицо сестры серьёзное. Участливое.
Прикрываю веки, пытаясь разобраться в себе.
В моё нутро будто понакидали всё и сразу. Глубокую обиду. Боль. Унижения. Странную, звериную нежность. Его ко мне. Тепло, электрические покалывания в теле, когда он находился рядом. Просто смотрел на меня. Полное помешательство и настоящее сумасшествие.
А ещё зависимость. Мысли о нём преследовали меня постоянно. Навязчиво. Неотступно. Так, что дышать становилось сложно. И только когда я видела его, путы, сжимающие грудную клетку, немного расслаблялись.
Это наваждение, от которого мне не хотелось избавляться. Болезнь, которой я когда-то мечтала заразиться. А теперь она дала метастазы не только в сердце, но и разрослась по всему телу.
– Люблю его, – опускаю ресницы, не понимая, примет ли сестра мой ответ. Мою любовь к врагу. Похитителю.
– И замуж за него хочешь? – тихо и осторожно уточняет, словно боясь спугнуть мою минуту откровенности.
Поднимаю на неё взгляд. И качаю отрицательно головой.
Я хочу быть с ним. Но не так, как того хочет он.
Меня сложно понять, но сестре удаётся. Я вижу это по её глазам. И оттого, что она способна разделить мои чувства, становится чуточку легче. Проще. Один из узлов в груди развязывается.
– У мужчин там свои мутки, – замечает сестра, – нам необязательно в этом участвовать. Он ведь сказал, месяц. Если ты не захочешь, тебе необязательно говорить
