чувством поинтересовалась Светлана.
— Что перестал? — вскинула брови мать несчастного Владика.
— Писаться. Перестал?
— Только этим и занимаюсь, — буркнул сын.
— Папа, — Коко толкнула Полунина в бок, чем чуть не спровоцировала его падение лицом в мясной паштет.
Она весь вечер безучастно тыкала вилкой в какие-то жалкие кусочки на своей тарелке, так и не сказав никому ничего более распространенного, чем «да» и «нет». Поэтому, когда от нее услышали свежее слово, все даже вздрогнули. Федор Петрович перевел на нее взгляд и пьяно улыбнулся:
— Доченька моя! Так о чем я говорил?
— О безопасности нашего дома, — равнодушно напомнила она ему и снова принялась тыкать вилкой в тарелке.
— Точно! — воодушевленно согласился тот и поднял голову на Влада и Ольгу Сергеевну, — Все дело в сюрпризах.
— В чем, простите? — не понял хозяин дома.
— Ох, ну у моего мужа пунктик. Он ко всему подходит нестандартно, — Светлана закатила глаза.
— Я творческий человек! — не без гордости объявил Полунин.
— Мы уже смирились, — призналась его жена, — что поделаешь. У каждого свои странности. Мой Федя, к примеру…
— Я сам! — крикнул тот, — Я сам все скажу!
— Да, пожалуйста, — Светлана снова повернулась к Изольде и тихо закончила, — … полный придурок.
— У меня не дом, а большая ловушка для воров. И стоит злоумышленнику наступить на маячок, как начнется такое, что даже в Москве и увидят, и услышат.
— Как это? — неожиданно заинтересовалась его откровениями Изольда.
— Маячки в разных местах, — он налил в свою стопку водки и, залпом выпив, продолжил, — Я их расположил хаотично, но с таким прицелом, что хотя бы один обязательно попадется на пути незваного гостя. А потому, я совершенно спокойно могу выходить из дома, даже не закрывая его на ключ. Я и компания «Сохранность и Ко» свое дело знаем. С меня была идея, с них исполнение.
— Когда в доме кто-то есть, — пояснила Светлана, мы, разумеется, эту систему отключаем. Потому что это же просто невозможно. Мой муж даже мне плана маячков не показывает. Ну, а когда мы выходим куда-нибудь, тут уж я не могу его остановить… И благословенны будут все те разбойники, которые обходят наш дом стороной. Иначе весь район на уши встанет…
— И сегодня вы включили эти маячки? — как бы невзначай поинтересовалась хозяйка дома.
— А как же! Я сказал, будет повод проверить систему! — заявил Полунин, — Вот увидите, если кто-нибудь к нам в дом влезет, тут все как днем засияет.
— Потрясающе, — без энтузиазма пробормотала Изольда.
По ее телу поползла нехорошая дрожь предчувствия. В дом Полуниных влез не кто-то, а Марго.
Глава 16
Марго включила купленный по случаю карманный фонарик. Тонкий луч желтого света пронзил тьму как световой меч и сфокусировался на дальней стене холла рассеянным пятном.
— Безобразие! — проворчала она, — Как это некрасиво уходить и не оставлять свет хотя бы в прихожей. Что за дурацкая экономия. Ведь всегда приятно возвращаться в дом, где горит, по меньшей мере, одна лампочка.
Где она может попытаться отыскать портрет, она даже не представляла. Она была в доме Полуниных дважды. И то лишь в гостиной, да на веранде. Но чутье ей подсказывало, что преступник не будет вывешивать краденое полотно на всеобщее обозрение. Но если картину похитила Коко, значит, имеет смысл посмотреть в ее комнате. Однако, где находится спальня Коко, она тоже не имела ни малейшего представления. От нерешительности она обернулась вокруг себя. Желтый кружок ее фонарика описал неровное кольцо по стенам холла, захватив и два больших окна. Марго вздрогнула и обругала себя за неосмотрительность. А вдруг кому-нибудь из Полуниных придет в голову посмотреть на свой дом из окна гостиной Пушкиных. Они точно заметят, что в их доме есть посторонний с фонариком. Рассудив, что спальня Коко, скорее всего, находится на втором этаже, она принялась с величайшей осторожностью подниматься по ступенькам. Посреди своего восхождения она зацепилась каблуком за что-то. Выронив фонарик, она упала на руки и застыла, тяжело дыша, в той позе, которую любой назвал бы не слишком пристойной. Переведя дух, она дотянулась до фонарика и посветила на место, где лежало то, что внезапно преградило ей путь. Туфля! Обыкновенная женская туфля!
— Безобразие! — снова прошипела Марго, — Эти люди понятия не имеют о том, как следует содержать свой дом. Понастроили дворцов, а владеть ими не научились!
Оставшуюся часть пути она пробиралась практически ползком, постоянно светя на ступеньки, чтобы не наступить еще на что-нибудь небрежно брошенное хозяевами. И правильно сделала. Лестница была практически завалена вещами из гардероба: мужской галстук, двое носков из разных пар, какие-то цветные тряпки, скорее всего кофты или лифы Светланы, попалась даже пудреница. К концу подъема у Марго закралась мысль, что она тут не первая из незваных посетителей. Что до нее в доме уже кто-то побывал и унес все ценное, разбросав по пути ненужный хлам. В длинном коридоре второго этажа тоже не обошлось без сюрпризов. На алебастровом бюсте какого-то военного, прямо поверх его алебастровой треуголки покоился небрежно кинутый шелковый шарф. Первая дверь была открыта. Заглянув в нее, Марго безошибочно определила спальню хозяев. На огромной кровати под викторианским балдахином валялась вся последняя коллекция Версаче, скупленная Светланой в прошлом месяце, когда она посещала магазины на Елисейских полях. Вещей самого Федора Петровича было куда меньше: пара подтяжек и пяток галстуков. Видимо, ужин у Пушкиных был для Полуниных чем-то очень важным. Иначе, чего они так мучительно собирались, примеряя все, что у них висело на плечиках. Из спальни вели две двери — одна в гардеробную, другая в ванную, где в темноте виднелись очертания огромной ванны с гидромассажем. В гардеробную же Марго лишь заглянула — там все было перевернуто вверх дном. Многочисленные туфли Светланы валялись в одной большой куче, платья, которые еще не были перетащены на кровать, криво висели на плечиках.
— Какая непутевая женщина, — Марго покачала головой, — Любая ведь прежде всего думает о том, какой наряд будет гармонировать со цветом лака на ее ногтях, и только после этого идет в гардеробную. А примерять все без разбору, лишь спустя несколько часов сообразив, что все это никуда не годиться — это же так утомительно!
Она покачала головой и двинулась дальше по коридору. Рядом со спальней хозяев дома находилась комната непонятного назначения, где стоял диван, два кресла, велотренажер, большой телевизор и почему-то сервант, набитый фигурками, кубками и прочей ерундой. Далее располагалась спальня Коко. Марго вошла и огляделась, насколько позволял тонкий луч ее фонарика. Комната, как комната. Ничем не примечательная: кровать,
