– Спасибо, миледи.
Когда они оказались во дворе крепости, Шайн спросила:
– Как вы думаете, здесь есть место, откуда я могла бы слышать, о чем они говорят, оставаясь невидимой? Кажется, переговоры уже начались, но сюда доносятся только отдельные слова.
– Скорее всего они обмениваются претензиями. Уильям наверняка требует объяснения присутствия вооруженных людей у стен Данкойла, а Броуди пытаются добиться своего, не бросая открытого вызова. Идем. – Леди Эдина направилась к главным воротам. – Там есть небольшая амбразура, через которую можно смотреть и слышать.
Глава 12
– И где это ты прохлаждался?
Взглянув с деланным удивлением на мрачную Арабел, Мартин занял свое место за хозяйским столом в Дорчебейне. Так и не ответив на ее реплику, он наполнил свою миску дымящейся овсянкой и отрезал толстый ломоть хлеба. Хотя он не терял времени даром, вернулся намного позже, чем Броуди и их наемники. К тому времени, когда он добрался до Дорчебейна, солнце уже село и стражники заперли крепостные ворота до самого рассвета. По правилам, чтобы открыть их после захода солнца, требовалось разрешение Арабел или Малиса. Впервые Мартин даже не попытался проникнуть внутрь прочных крепостных стен, а разбил лагерь снаружи и провел большую часть ночи, глядя на звезды. Он не был уверен, что принял окончательное решение, но чувствовал необычное для себя умиротворение. Даже сердитый тон Арабел не нарушил его душевный покой.
– Ну? – бросила она, свирепо сверкнув глазами.
– Что, ну? – Увидев, что глаза Арабел слегка расширились, он понял, что позволил себе дерзость.
– Где ты был? Определенно не с нами.
– Я следовал за вами, но не успел проскочить в крепость до заката солнца.
– Вот как? Я не слышала, чтобы ты, по обыкновению, скулил у ворот, просясь внутрь.
– Просто мне надоело развлекать ваших скучающих стражников. Я предпочел дождаться утра, переночевав под открытым небом.
– Отлично, но почему тебя не было в деревне? – поинтересовался Малис. – И около Данкойла?
– У меня было свидание. Я узнал, что случилось, только когда все кончилось.
– Ты встречался с родственницей лорда Магнуссона? – осведомилась Арабел.
– Да. На мгновение я подумал, что привезу вам ошеломляющую новость, но потом сообразил, что девчонка рассказала мне лишь то, что, по мнению Логанов, вы вот-вот узнаете сами.
– Эта маленькая колдунья, Шайн Катриона, жива, – прошипела Арабел, стукнув кулаком по столу. – А также ублюдки моего первого мужа, прижитые от этой шлюхи, леди Ситон. Мы потребовали их возвращения домой, но этот мерзкий наглец, лорд Логан, отказался. И что самое скверное, ее успели выдать за одного из незаконнорожденных отпрысков барона. Так что теперь наши права как ее ближайших родственников прискорбно ослаблены. Мы должны что-нибудь придумать.
– Вы могли бы воспользоваться помощью закона, – предложил Мартин, уверенный, что Броуди никогда этого не сделают. – Выдать девушку замуж без согласия родственников равносильно похищению. Думаю, вам не составит труда найти свидетелей, которые подтвердят, что Логан похитил девушку.
– Мы не можем обратиться в суд. Логану удалось собрать вокруг себя немало желающих выступить против нас.
– Тогда заставьте их замолчать. Достаточно просто напомнить им, что они могут потерять, если предадут вас.
– Этот прием больше не работает. Лорд Логан, будь он проклят, пообещал им помощь и защиту. К тому же эти предатели почувствовали силу, поняв, что они не одиноки в борьбе с нами.
– Тогда, может, вам следует затаиться здесь на некоторое время? Возможно, все обойдется, если вас не будет видно и слышно.
– Как можно быть таким идиотом? Нам нельзя сидеть сложа руки. На карту поставлено слишком много, включая сам Дорчебейн. И все из-за Шайн Катрионы и близнецов. Имея такую поддержку, они могут предъявить права практически на все, чем мы владеем. Нам не следовало прекращать охоту на них, понадеявшись, что они умерли. Теперь придется пожинать плоды собственной беспечности.
– В таком случае что вы собираетесь делать? – поинтересовался Мартин.
– Нам нужна приманка, которая приведет эту маленькую чертовку прямехонько в наши руки.
– Приманка? Какая?
– Не волнуйся, Мартин, я что-нибудь придумаю.
Именно этого Мартин и боялся. По его спине пробежал холодок, на мгновение лишив его обретенного покоя. Его первой мыслью было предупредить Марго, но затем он сообразил, что не имеет представления, в чем, собственно, заключается опасность. Оставалось только надеяться, что Арабел не придумает что-нибудь особенно гнусное и что ей не удастся осуществить задуманное. Мартин был уверен, что Шайн Катриона положит конец злодеяниям Броуди. Он понимал, что его судьба тесно связана с их судьбами, но он хотел только одного: покончить с их алчностью, кровожадностью и вероломством.
Шайн лениво потянулась, наблюдая за Гэмелом, который надел подштанники и начал умываться. Это было первое утро, когда она проснулась, не испытывая страха. Целую неделю после столкновения с Броуди она пугалась любой тени и каждого незнакомца. По ночам она просыпалась от кошмаров, в мокрой от пота ночной сорочке, а днем не отпускала от себя близнецов, вызывая их крайнее раздражение. Наконец по прошествии недели подобных мук ей удалось взять себя в руки. Она понимала, что опасность никуда не делась, но решила не мучить ни себя, ни других.
Нежная улыбка изогнула ее губы. Гэмел был исключительно терпелив с ней, понимая ее опасения и успокаивая, когда ей снились кошмары. Страсть была его самым сильным оружием в борьбе с ее страхами. Шайн подозревала, что в Данкойле не осталось уголка, где бы они не занимались любовью. И некоторые из них были недостаточно укромными, подумала она, усмехнувшись про себя. Когда Гэмел повернулся к ней лицом, она одарила его такой улыбкой, что в его зеленых глазах вспыхнул интерес. Отбросив полотенце, которым вытирался, он подошел к кровати и нагнулся, чтобы поцеловать ее. Шайн восторженно откликнулась, обвив руками его шею и пылко вернув поцелуй.
– Ты собираешься весь день валяться в постели? – поинтересовался он, присев на краешек кровати.
Шайн повернулась на бок и погладила его сильное бедро, поросшее упругими волосками.
– Неплохая мысль, но, боюсь, мне станет скучно, если я буду валяться здесь одна.
– Не искушай. У меня полно дел.
– Знаю, – вздохнула она, покрывая его бедро легкими поцелуями. – Я слишком часто отрываю тебя от работы.
– Ты меня постоянно отвлекаешь. – Он зарылся пальцами в ее волосы. – Я слишком много тебе позволяю.
– Мне? А я думала, что это я тебе много позволяю.
