16
Эйлит
Она облажалась. По-настоящему облажалась.
О чем она думала?! Она ведь всего лишь хотела спасти жизнь, а сделала только хуже! Это из-за нее погиб человек. Если бы она не вмешалась, ничего бы не произошло. Наместник казнил бы вдову, да, но ничего бы не произошло! Тот странный паренек остался бы жив! В чем он провинился, чтобы так умереть по вине какой-то глупой девчонки?
Ни в чем. Ему просто не повезло оказаться во дворе в тот самый момент. Он всего лишь чистил конюшню. Делал свою работу. Видел все, что происходило там, но был слишком туп, чтобы что-то понять. Будь он умнее, возможно, тоже бы вмешался, попытавшись предотвратить казнь, учиненную наместником, а возможно, убежал бы. Если бы Эйлит не сделала глупость, он бы остался жив.
Однако мертвых не вернуть, а живых не сберечь, и никакая магия не в силах этого изменить. Хотя чего-чего, а силы у Эйлит хватало. Она не ожидала, что сломает Циглеру руку или что отбросит наместника так далеко. Даже не понимала, как это вышло. Она хотела всего лишь остановить его! А вместо этого они потеряли драгоценное время до превращения амата в чудовище.
Он бы убил ее! И Эйлит, сама не понимая, что делает, подбежала к Варану и с силой толкнула его, будто отбивала мяч. Она думала, что просто заставит выронить оружие, но… Силы, вложенной в удар, оказалось достаточно, чтобы наместник оказался в воздухе и ударился о ствол дерева, растущего в нескольких шагах.
Господи! Она только что ударила мага! И не просто мага, а самого наместника!
– Минейр… Я не хотела, я…
Да кого она обманывает? Конечно, она хотела! Она хотела остановить его! Хотела, чтобы он понял, как несправедливо, когда тебя ненавидят просто за то, кто ты есть. Почему он ее не услышал? Почему не захотел понять?
Варан тяжело поднялся. Он ведь ничего себе не сломал?.. В его взгляде читалось удивление, смешанное с недовольством. Еще бы, такого он точно не ожидал! В любой другой ситуации Эйлит могла бы этим гордиться.
Все происходило в злой, тревожной тишине. Даже вдовушка перестала всхлипывать и трястись от ужаса, только прильнула к земле, словно надеясь, что все про нее забыли. Почему Эйлит решила спасти ее, совершенно незнакомую женщину? Наверное, потому, что та напомнила ей мать. А еще потому, что она тоже оказалась аматом, а значит, их связывали почти что кровные узы. Эйлит чувствовала себя ответственной за ее судьбу, хотя, в сущности, просто не до конца понимала всю серьезность положения. Она смотрела на все исключительно со стороны жертвы, вот и вдова была всего лишь жертвой несправедливости магов. И за это детское, однобокое виденье пришлось поплатиться.
Наместник, ни слова не говоря, поднял свой кривой меч. В это же мгновение двор гостевого дома заполнил ослепительный голубой свет. Вырвавшаяся магия обожгла лицо, и Эйлит невольно закрылась руками. Закричали люди.
– Эйлит, беги оттуда! – донеслись до нее слова графа словно из-под толщи воды. – Эйлит!
Тут же где-то совсем рядом раздался утробный рык. Эйлит, едва управляя собственным телом, медленно убрала от лица руки. Женщина исчезла, и на ее месте появилось чудовище. Жертва превратилась в хищника.
И хищник собирался убивать.
Монстр не был похож на ее мать. Вместо перьев его тело покрывала плотная иглоподобная шерсть, перерастающая в длинные красные колючки на позвоночнике. Вместо клюва – уродливая пасть, похожая на бутон отвратительного цветка, лепестки которого покрывали зубы. Когда тварь открывала ее, лепестки расходились в стороны, обнажая лиловое нутро с длинным цепким языком. Лапы твари в количестве шести штук были одинаковой длины, только почему-то росли в разные стороны.
Тварь сперва непонимающе пялилась на окружавших ее людей маленькими, налитыми кровью глазками, а затем издала странный стон, похожий на плач.
Из конюшни выбежал ничего не понимающий Маркуша. Увидев чудовище, парень удивленно на него уставился. Тварь же, вдруг осознав себя, в один прыжок кривых лап оказалась рядом и накрыла его своей отвратительной пастью. Эйлит успела разглядеть лишь ноги в обмотках и деревянных башмаках, исчезающие в нутре новорожденного монстра.
Господи, господи, господи, господи!..
– Эйлит, бегите! – прогремел по двору голос наместника. В его руке пылал меч. Варан снял с пальца перстень и бросил его графу. – Теодор, уводите людей! Я его отвлеку!
– Все в укрытие, живо! – велел тот, и солдаты бросились врассыпную. – Эйлит, не стой столбом! Давай, шевелись!
Он схватил ее за плечо и потащил за собой в амбар. Последнее, что она видела, – это как Варан ловко уворачивается от взмаха уродливой лапы с кривыми когтями и тут же наносит первый удар.
– Это я виновата… – проговорила Эйлит, когда оказалась на стоге соломы. – Я не…
– Сейчас не время для раскаяния, – резко оборвал ее граф, подпирая хлипкую дверь бочками. – Потом будешь убиваться, а сейчас нам надо как-то продержаться до прибытия чертей!
Минейр!.. Черт, он там один на один с чудовищем! Из-за нее! Из-за тонкой стенки раздавались взвизгивания монстра и топот его огромных ног.
– Надо помочь Варану, – проговорила Эйлит глухо, все еще плохо осознавая всю неприятность их положения. – Это из-за меня случилось, я должна…
– Ты должна сидеть тихо и не молоть чушь, – раздраженно отозвался Теодор, прильнув к крохотному окошку. – Давайте, Варан, ставьте метку!.. Хватит возиться, вы все равно ничего не сделаете в одиночку, вы же не Шакал! И уж тем более не Ворона!
Эйлит тоже выглянула в окошко. Варан кружил вокруг твари, тенью скользя по двору. Иногда он наносил секущие удары по ногам, надеясь подобраться к брюху или шее чудовища, но у него не выходило: несмотря на неповоротливость, тварь все же успевала отмахнуться лапами или резко уйти в сторону в самый неподходящий момент.
– Он справится? – без особой надежды спросила Эйлит. Хотя ответ она и так знала.
Граф ничего не сказал, сделав вид, что не услышал.
Черт, черт, черт! Какая же ты безмозглая, Эйлит!
Надо что-то срочно предпринять! Варан не сможет долго сражаться, а метку, привлекающую чертей, он так и не поставил. Нужно выиграть для него немного времени! Если он погибнет прежде, чем вызовет чертей, им уже ничто не поможет!
Интересно, раны после укуса монстра заживут так же быстро?
Эйлит ринулась к двери. Бочки, ящики… Господи, когда граф умудрился натаскать сюда столько хлама?!
– Эйлит, ты что?.. – Теодор удивленно на нее уставился и уже готов был снова ее схватить.
– Сидите здесь
