Сорокин сырок Пелевин
литературный сыр
(Разрезать головку сыра и снова
понюхать – слишком пахнет.)
Граниты присутственных зданий —
войдешь в кабинет
а говорят: деньги не пахнут
деньги пахнут нефтью —
сырые деньги
(Головку сыра упаковать и понюхать.)
Министр пахнет слабее —
Но в Театре Эстрады
когда он в упоении аплодирует
приятелю-юмористу
тоже большому прохвосту
бичующему пороки —
сосед зажимает нос
думает – у того носки потеют
Говорят вертлявые бесы
любят после обеда
понюхать парочку
немытых грешников
(с упоением нюхает сыр и дает понюхать всем желающим)
Запах греха
СЛАДКИЙ ЛИМОН
(Возьми лимон и ешь его прямо с кожурой.)
Сладкий лимон
Очень сладкий лимон
Приторно сладкий лимон
Лимон похожий по вкусу
на шоколад
только дольки не квадратные
на конфету «Мишки» —
только не хрустит
на варенье в банке —
только в кожуре
на огурец
только очень желтый
на ручную гранату-Лимонку
только не взрывается
на фамилию Лимонов —
только он Савенко
на рай —
вот он держи!
Такой сладкий лимон —
все остальное
Кажется кислым:
Кислая квартира —
нежилая – окна закупорены
Кислая жара —
потому и не еду в город
Кислая электричка —
оттого что потеют все
Кислый арбуз —
ели вчера у соседей
Кислая любовь —
(вспомнил) востроносая в очках
Кислые ромашки
потому что в банке увядают
Кислые стихи —
потому что киснут поэты
Кислая жизнь —
оттого что сладкий лимон
ТАКТИЛЬНЫЙ ОПУС № 1
(исполняется на тактильном инструменте)
(Наждак грубый, наждак, неструганная доска, соль, песок, наждак мелкий, порох, выворотка, бархат, вельвет, кожа, картон, бумага оберточная, дерево полированное, сатин, шелк, лавсан, бумага, стекло, хрусталь, пластик. Три октавы.)
Порох, бархат и вельвет!
Порох, бархат и вельвет!
соль, песок, наждак,
песок, соль,
песок, соль,
Наждак!
Наждак грубый!
Соль, песок, сатин, шелк, лавсан,
дерево, сатин, наждак грубый,
дерево, сатин, наждак,
соль, песок, пудра, пластик,
картон, вельвет, картон,
картон, вельвет, лавсан,
соль, песок, соль,
песок, соль,
бумага! бумага!
кожа, картон!
дерево, сатин, наждак,
дерево, сатин, наждак,
кожа, бархат, бархат
бархат, кожа, кожа,
соль, песок,
соль, песок,
соль, песок, соль!
Бумага папиросная, наждак,
Бумага папиросная,
Бумага папиросная,
стекло! стекло! стекло!
дерево, дерево,
шелк, лавсан, сатин,
шелк, лавсан, сатин, бумага,
дерево, наждак!
грубый, грубый, средний, мелкий,
соль! стекло!
хрусталь!
ТРУБА ДУХОВНАЯ
Обычных звуков труба не издает, сейчас поймете почему. Дело в том, что она наполовину вычерчена на ватмане: нарисованный мундштук вставлен в нарисованную трубку, которая загибается овальной баранкой, и здесь-то располагаются в три ряда вентили, на которые надо нажимать пальцами обеих рук. Вентили изображены реалистично с растушевкой. Так и хочется нажать на какой-нибудь. Дальше к обрезу листа нарисованная труба несколько расширяется – и тут она переходит из второго в третье измерение. Проще говоря, вверх из листа бумаги восходит, как золотой цветок, широкий раструб из блестящего металла.
Играть на духовной трубе не надо учиться. Просто дуйте что в вас есть искренности и радости в нарисованный мундштук и жмите на растушеванные вентили. Ту музыку, которую будут слышать обитатели четвертого измерения, все равно никто здесь не услышит. Но зато там – все сферы будут дрожать, и звучать, и показывать друг другу язык, греметь и прыгать.
Наиболее чувствительные из нас смогут увидеть эхо музыки: дрожание подвесков на люстре, косо повисшее фото, упавшее со стола блюдце и плавное покачивание пола, как при отдаленном землетрясении. Иногда подобное явление может происходить и при обычной трехмерной музыке. Когда ее эмоционально захлестывает в четвертое измерение. Причины сходные.
Этот гимн я посвящаю поэту Игорю Холину. Ты слышишь меня – там, Игорь.
(Я виртуозно играю на духовной трубе и оказываюсь в виртуальной реальности… Но здесь, естественно, тишина. Чуть слышно дрожат подвески на люстре.)
ГАРМОНИКА НЕБЕСНЫХ СФЕР
(Летом в грозу перекиньте один конец пляжного полотенца через плечо, другой закиньте за тучу. Ухватитесь, можно мысленно, за оба края тучи, растяните ее по небу и жмите на все кнопки. Пусть сверкают одна за другой молнии, раскатываются аккорды грома! Сильнее, ослепительней, громче! Пусть звучит гармоника небесных сфер да так, чтобы птицы падали мертвыми к самым ногам.)
Один великий композитор сочинил симфонию для гармоники небесных сфер. И назвал ее «Двенадцать птиц». В конце июня 1828 года грозы следовали одна за другой.
Он сел на берегу ручья под развесистым дубом, вынул и развернул полотенце, расшитое его медхен, его невестой. Забыл упомянуть, он был любим и беззаветно любим. Вышивка изображала рыцарский герб, разделенный на две части, в каждой – шесть дроздов и шесть желудей.
Итак, счастливый жених закинул полотенце концом за громадную тучу. Музыкант развернул ее такую, что стало темно, как ночью. Черная листва тревожно взблескивала над головой Листа. Шум дождя обрушился вдруг. Молодой Шуман взял первые аккорды на гармонике сфер. Молнии слились в одну. Треск разрывал небо. Брамс! – обломился и запылал толстый сук дерева. Брамс, сверкая глазами, импровизировал…
После грозы молодого композитора нашли лежащим на песке – мертвым. Вокруг валялось двенадцать взъерошенных трупиков дроздов. На груди покойника лежало полотенце, расшитое его невестой, все, что осталось от гармоники небесных сфер.
РОКОВОЙ КРУГ
Филипп Второй – инфант испанский, болезненный длинный юноша, похожий на корень мандрагоры, страдая от робости при виде женщин, на досуге изобрел этот инструмент, особенную фисгармонию. Над клавиатурой были проделаны круглые отверстия в камеры, где сидели кошки. И когда венценосный музыкант злобно бил по клавишам, железные шипы впивались в живые
