– Мы, конечно, не должны распускать сплетни о хозяине бала, – подмигнула она Энни и Фрэнсис, – но через полчаса ждите меня в парке, и я расскажу вам эту отвратительную историю во всех подробностях.
– Мы не должны сплетничать о лорде Эшборне у него в парке, – заламывая руки, заявила Фрэнсис. – От одной только мысли об этом я… Ох, у меня от этого все тело начинает чесаться.
– Конечно, не должны, – подтвердила Энни. – Только это меня не остановит.
– В таком случае тебе придется идти без меня, вот так-то, – заявила Фрэнсис и отвела взгляд.
– Ну и ладно, – пожала плечами Энни. – Но я ничего тебе не расскажу, так и знай.
– Неужели ты можешь быть такой жестокой? – Фрэнсис схватила ее за руку.
Энни засмеялась и потащила подругу в коридор.
– Пойдем! Хватит уже притворяться, что ничего не хочешь узнать.
Они вышли на террасу. Прохладный октябрьский воздух сразу остудил кожу. Потирая обнаженные руки, девушки зашагали по усыпанной гравием дорожке, которая вела в парк.
– Что это? – заморгав ресницами, спросила Фрэнсис. – Вон там, поднимается из-за подстриженных деревьев…
Подруги резко остановились.
– Мне кажется… – понизив голос, отозвалась Энни, – что это колечки дыма.
– И там кто-то есть, – прошептала Фрэнсис. – Но кто бы там ни был, нам надо подождать, пока он уйдет.
– Это вы, милые? – донесся до них из-за живой изгороди знойный голос леди Кэтрин.
– Леди Кэтрин?.. – Энни в изумлении заморгала.
– Да, это я. – Колечки дыма на мгновение исчезли, растворившись в воздухе. – Давайте быстрее сюда.
Обменявшись взглядами, подруги обошли кусты и обнаружили леди Кэтрин; та вальяжно восседала на небольшой скамейке, стоявшей за стеной живой изгороди, и держала в зубах сигару. Энни улыбнулась. Несмотря ни на что, леди Кэтрин нравилась ей. Ведь эта женщина преспокойно нарушала все общепринятые правила.
– Не могу поверить, что вы курите! – вырвалось у Фрэнсис, но она тут же прикрыла рот ладошкой.
– Поверьте мне, – улыбнулась леди Кэтрин, – я делала кое-что и похуже. – Она запрокинула голову и засмеялась. – Гораздо хуже!..
Леди Кэтрин вытащила сигару изо рта, потянулась и выпрямилась – словно только что пробудившаяся кошка. Потом встала и указала на скамейку.
– Присаживайтесь, милые. Должна признаться, что историю, которую я сейчас расскажу, вам лучше слушать сидя.
Энни судорожно сглотнула и невольно задумалась: а правильно ли она поступала, согласившись послушать эту загадочную историю? Но было уже слишком поздно… Кроме того, одному Богу известно, когда такая возможность представится снова.
Фрэнсис плюхнулась на скамейку, увлекая за собой подругу.
– О, – засмеялась леди Кэтрин, – так вы сгораете от нетерпения, да?!
– Да-да, расскажите нам об этом, пожалуйста, – пробормотала Энни; она опасалась, что им в любой момент могли помешать.
А леди Эверсли медленно расхаживала перед ними, и ее роскошное платье рубинового цвета подметало дорожку из гравия.
– Итак, история молодого Джордана Холлоуэя, – проговорила она наконец. – Печальная, надо сказать, история…
Подруги молча переглянулись, а дама продолжала:
– Я тогда только дебютировала, дорогие мои, а это было… – Леди Кэтрин улыбнулась. – Это было давным-давно, почти сто лет назад. Мне было восемнадцать, а Джордану – двадцать шесть. Боже мой, он был красив и стремителен. С лордом Колтоном они были самыми популярными холостяками сезона. Но Джордан… именно Джордан был по-настоящему подходящей кандидатурой. Видите ли, в то время отец Колтона проиграл свое поместье, и многие мамаши держали своих дочерей подальше от Колтона. А вот Джордан казался идеальной добычей – титулованный, красивый и богатый. Все молодые леди старались привлечь его внимание. Увы, и я не стала исключением.
У Энни болезненно сжалось сердце. Неужели леди Кэтрин была именно той, которую в конце концов полюбил Джордан? И если так, то что же случилось потом? Как вместо лорда Эшборна она оказалась замужем за лордом Эверсли?
Леди Кэтрин сделала еще одну затяжку и выпустила дым на прохладный ветерок.
– Скоро стало понятно: лорд Колтон влюбился в молодую леди по имени Лили Эндрюс. Возможно, вы слышали об этом, мои дорогие.
Кэтрин улыбнулась, взглянув на Энни, и та улыбнулась ей в ответ.
– Но это отдельный рассказ, хотя этим двоим потребовалось время, чтобы пожениться. Полагаю, их история вам известна, – добавила леди Кэтрин, подмигнув Энни.
– Да-да, конечно, – закивала девушка и посмотрела на дорожку в парке. Слава богу, там никого не было.
Кэтрин же вздохнула и пробормотала:
– О, я отвлеклась… Такая вот отвратительная у меня привычка… Так вот, как только Колтон, по существу, покинул брачный рынок, Джордана стали добиваться еще энергичнее. О Боже, эти темные волосы и дымчатые глаза!.. И еще – восхитительно широкие плечи и чувственные губы… – Леди Кэтрин снова вздохнула. – Ну вот, опять я отвлеклась. И все-таки следует добавить: этот мужчина с возрастом стал только лучше.
– Вы абсолютно правы, – с ошалевшим видом кивнула Фрэнсис. Она порылась в сумочке в поисках веера, выхватила его оттуда и стала быстро обмахиваться. – Жарко здесь, что ли?..
– Да нет, – Энни усмехнулась, взглянув на подругу, – напротив, довольно прохладно.
– В конечном счете, милые дамы, все свелось к нам двоим. То есть остались только я и леди Джорджина Далтон.
Энни сжала челюсти. Джорджи! Имя, которое почти успел сказать Тимоти. Значит, Далтон? Джорджина Далтон? Энни была уверена, что уже слышала это имя прежде.
– Я думаю, что борьба была честная. – Кэтрин в очередной раз вздохнула. – Но Джордан сильно влюбился в девушку. Все это происходило, когда он был молодым и еще наивным, если, конечно, можно себе такое представить. Он вообразил, что безумно влюблен в нее.
– Не могу себе это представить, – пробормотала Энни.
– Могу заверить вас, что все так и было, – продолжала Кэтрин. – А Джорджина была очаровательной. Белокурые волосы, голубые глаза, безупречная фигурка… О Боже, сколько раз я хотела, чтобы она упала с лошади… или еще что-нибудь такое.
Фрэнсис взглянула на даму с удивлением.
– Так вот, Джордан сделал ей предложение. – Кэтрин пожала плечами. – Она его приняла, и они всем объявили об этом.
– Джордан сделал ей предложение?! – выдохнула Энни, едва не свалившись со скамейки – так резко она подалась вперед. – Тогда что же потом случилось?
