— Азик, — крикнула я ему, когда вконец отчаявшийся оборотень, отбросил палку далеко от себя и повалился на землю, — а ты знаешь, что упражнения с палкой включают в работу мышцы пресса, спины и рук?
— Да пошла ты, — сквозь зубы пробормотал альфа тихо, но я услышала.
Поболтала ногами в воздухе, раздумывая обидеться или нет, решила, что отомщу позже. Поэтому спрыгнула с подоконника прямо во двор, ловко приземлившись на своих двоих. Встала над волком, показывая своё преимущество. Тот смотрел на меня снизу вверх и делал вид, что он тут просто полежать решил.
— Палка одно из самых древних орудий труда человека, — я легко наклонилась, подняла палку и приставила ее к накачанной груди Аздана, слегка нажимая.
Тот молчал, не делая попыток освободиться ни от меня, ни от палки. Только сверкание желтых глаз выдавало его недовольство. Еще бы! Альфа у ног волчицы, и сделать при этом ничего не может. Ситуация меня забавляла, и я улыбалась широко, чтобы ещё больше побесить оборотня.
— Так вот, глупый ты волк, — я ещё сильнее облокотилась на палку, внимательно вглядываясь в лицо альфы. У того не дрогнул ни один мускул, хотя вес моего тела и давил на него через палку, — чтобы научиться правильно ходить, нужно научиться правильно стоять! — выдала эту умную мысль и ухмыльнулась в наглое лицо.
Правда подвоха от парня не ожидала. А тот с какой-то нереальной быстротой вывернулся из-под палки, я взвизгнула и оказалась мгновенно прижата сильным телом к земле.
— Пусти, — засмеялась в лицо Аза, — думаешь ты легкий? — уже громче возмутилась я.
— Не могу, — наглый волк опирался только на руки, прижимаясь всем своим телом ко мне.
Я замерла, явно ощущая возбуждение друга, стремительно покраснела и замерла, раздумывая, как выпутаться из нелепой ситуации.
Наглый альфа явно все понимал, усмехался, но слезать с меня не спешил. Его глаза смеялись, хотя лицо оставалось серьезным. Казалось, вся ситуация забавляла его, меня же уже тяжелое тело стало раздражать. В один миг мы поменялись местами. Меня накрыла злость, он, наоборот, пришёл в хорошее расположение духа.
— Немедленно слезь с меня, — со всей дури я заколотила руками по широкой спине, которая загородила мне солнце.
Как я пропустила момент, когда голова оборотня склонилась и мужские губы накрыли мои до сих пор понять не могу.
Замерла, почувствовав вкус чужого поцелуя. Думаю меня сейчас многие поймут. Когда тебя целует твой мужчина, ты прямо сразу вся понимаешь, что он твой. Поцелуй не кажется чужим или неправильным. Здесь было все по-другому. Я точно осознавала, что мужчина этот не мой, что поцелуй хоть и умелый, но неправильный, и что меня ну… не берёт что ли. От мимолетного касания губ Стаса я заводилась, как ненормальная, мне всегда его было мало, хотелось еще и ещё, а здесь… ничего.
Аз, тяжело дыша, оторвался от моих губ. Я чувствовала как его тело дрожит от возбуждения и желания взять меня прямо здесь, на пыльной земле. Расслабилась, закинула руки за голову, позволяя полюбоваться на приподнявшуюся грудь, и вдруг громко расхохоталась, глядят в его злые глаза.
— Азик, — снисходительно потрепала его по голове, будто песика какого, — ты забылся или забыл. У меня уже есть тот, кто целуется лучше всех.
Вот говорили мне, что слово лечит, а я не верила. Аз вскочил с меня, как ошпаренный. Слабые ноги еле удерживали вес, но стояли. Я тут же забыла обо всем, выпучив глаза и открыв рот.
— Аааааа, — завопила на весь лес, распугав местную живность, — ты стоишь! Аздан, ты стоишь, — вопила я как сумасшедшая, отплясывая какой-то нелепый танец вокруг покачивающего парня.
— Ну ты и сука, — услышала я восхищенное и поймала удивленный взгляд альфы. Он тут же повалился в траву.
Следующие дни слились в череду радости и злости. Аздан научился стоять, но не научился ходить. Отчаяние, надежда, боль — чередовались, раскачивая и меня на эмоциональных качелях.
— Ты — альфа, — орала я на огромного парня, который со стоном отчаяния валился в траву, — вставай, — тянула за руку, — не смей сдаваться, не позорь свой клан, — шептала в отчаянии, падая в ту же траву, рядом с парнем.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ты не думай, — Аз нащупал мою руку и пожал ее. Его пальцы дрожали от усталости, но рука была горяча. — Я не сдамся, придумаю что-нибудь и пойду, прямо представляю, как ты удивишься. Выйдешь на крыльцо, взглянешь на небо, а тут я из-за угла такой в образе волка. Знаешь, какой красивый у меня волк, ты ведь ещё ни разу его не видела здоровым.
Я только помотала головой, говорить не хотелось. Было здорово лежать, подставляя лицо солнцу, держаться за руки и ни о чем не думать.
— Может тебе обернуться, — пробормотала я, — ведь у тебя сразу станет четыре лапы и ты сделаешь несколько шагов, вспомнишь, какого это ходить, а?
Я приподнялась на локте, вглядываясь в задумчиво лицо друга.
— Знаешь, — он не отвёл взгляд, — когда-нибудь я приведу тебя в свой клан. Моя стая будет любить тебя, тебе понравится мой мир, обещаю.
— Хорошо, — легко сдалась, даже не думая спорить, — но ненадолго, и если ты будешь дружить с кланом белых Волков.
Аздан перевёл задумчивый взгляд на мою метку, которая выделялась на оголенных плечах. Поправила бретельку сарафана и снова упала на прохладную траву.
— Как думаешь, скоро кончится война? — перевела тему.
— Нуууу, — протянул волк, — если твой Стас справится с задачей и охомутает блондинку, то в ближайший год. Может и не справится, блондинка раскусит его игру, тогда твой мир, какой знала ты, уйдёт навсегда и появится новый.
— Стас, — я мечтательно улыбнулась, представляя его лицо. Он снился мне каждую ночь, даже самой себе боялась признаться, как скучаю, как хочу встречи, как боюсь его потерять.
— Не страдай, — Аздан повторил мою интонацию тон в тон.
Я так говорила ему, когда он, сдерживая стон боли, вставал на ноги.
— Вернётся твой Стас, никуда не денется, и тогда мы посмотрим кто кого.
— Посмотрим, — я снова вздохнула, — вот только любить я буду его одного, — немного помолчала и добавила, — всегда.
Аздан вскочил, сверкнув глазами. Эк, как ловко у него выходило, стоило разозлиться. Правда снова ноги его не слушались.
Выстрел раздавшийся в лесу, напугал не только нас, но и всех обитателей леса. К нам редко кто заходил, а в гости так вообще никого никогда не было.
— Что это? — поперхнулась я, глядя, как резко повернулся к лесу Аз.
— Стася, уходи, — в голосе оборотня прорезался металл.
— Куда? — искренне удивилась я.
А из леса выходил небольшой отряд мужчин, под предводительством маленького усатого мужичка. Аздан вздрогнул и затравленно посмотрел на меня.
— Это с резервации, — одними губами сказал он, и я напряглась.
— О-па, какие люди, — противно заулыбался усатый, — даже на своих ножках, — он явно видел, что Аздан еле стоит, поэтому и не спешил. — Да ещё кралю себе нашёл.
Я медленно поднялась и встала рядом с альфой, подставляя тому плечо. Он обнял, я макушкой уткнулась в подмышку и замерла, приготавливаясь. Аз меня в деле ещё не видел, да я и сама не знала на что способна.
— Ну что, пёс, домой собираешься. Нехорошо из семьи бегать, — продолжал глумиться усатый, вешая за плечо ружье.
Аздан сжал кулаки, явно приготовившись к драке. Я же недолго думая, создала вокруг нас магический купол, размышляя, чем швырнуть в тих неудачников — огнем или льдом.
Усатый замер на границы контура, не понимая, что могло ему помешать.
— Контур, — вытаращил глаза другой мужик. Выглядел он неопрятно и как-то нелепо.
— Девчонка маг! — догадался усатый и снова вернул ружье уже прицеливаясь в меня.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Принцесса, приготовься, — прошептала я своей волчице, и уже в прыжке стала поливать огнем оторопевших мужиков.
Пока я сражалась в образе белой волчицы, Аздан тоже не терялся. Электрический треск раздался неожиданно, я обернулась и, как в замедленной съемке, наблюдала, как оседает мой альфа на землю, как закатываются глаза, а усатый снова и снова жалит его электрошоком. Рывок и тяжелая волчица повалила на землю мужика, прокусывая руку. Тот завопил на весь лес, катаясь по земле, и отключился.
