— Это От и Дьюи, — представил воинов Глинн.
— За кухней есть просторная комната, — сказала Нада. — Пойдемте, я покажу вам. Ну а потом можете поужинать. Судя по вашей худобе, вы уже несколько недель не ели ничего лучше солонины. Мне нравится, когда у мужчин побольше мяса на костях.
— Чтобы им было легче слопать тебя, — пробормотал Дьюи другу. — Ну и повезло же некоторым! Похоже, у нее кое-где настоящий рай!
— Спрошу, есть ли у нее сестра, — тихо ответил От.
Постоялый двор представлял собой чисто побеленное глинобитное здание, с твердым утоптанным земляным полом.
Деревянные столы были чисто выскоблены, скамьи аккуратно задвинуты под столешницы. Кухня в глубине помещения была уютной и теплой. С потолочных балок свисали связки сушеных трав и фруктов. Над огнем весело кипели горшки.
Узкие окна выходили на широкий двор. Трое служанок, быстро осмотрев пришедших, вернулись к делам.
— Ваша комната здесь, — показала Нада. — Из нее можно выйти во двор. Там чисто и сухо.
Глинн направился в свое новое жилище. Дьюи последовал за ним, а От остался на кухне с хозяйкой и, прижав ее к стенке, стал тискать мощные груди. Нада широко улыбалась, показывая крепкие белые зубы, и терлась о нового любовника, как кошка.
— Сейчас не время, — прошептала она, — и, кроме того, сначала нужно хорошенько тебя накормить. Что означает твое имя — От?
Ее рука скользнула в его шоссы и стала ласкать мужское достоинство, огромное и твердое, подрагивавшее в ее ладони.
— Оставьте нас, — велела она служанкам, и те исчезли.
— Гигант, — многозначительно сообщил он. — Дьюи пока займет мальчика, так что не волнуйся.
От поднял ее как пушинку, уложил на стол спиной к себе и, подняв юбки, легко нашел путь в гостеприимное лоно. Он со стонами вновь и вновь вонзался в женщину, а та усердно работала толстым задом, подхватив его ритм.
— Ах, как хорошо, дьявол ты этакий! — восклицала она. — Только не останавливайся!
Он ублажал ее несколько минут, а потом вдруг заявил:
— Прости, девочка, но это лишь немногое из того, что я могу дать. Ты права, мне нужен хороший обед.
Он врезался в нее последний раз и с громким вздохом излил семя.
Нада охнула и обмякла на столе. Как только От выпрямился, она, немного придя в себя, встала и оправила юбки.
— Моя спальня по другую сторону двора. Мне не помешает горячий любовник… временно, — объявила она, прежде чем выплыть из кухни.
— А я думал, мужчина всегда лежит на женщине, — удивился Глинн, выходя из комнаты.
— Не всегда, — покачал головой От. — А у тебя уже были женщины, парень?
Глинн кивнул:
— В Шрусбери есть девушка, которая расставляет ноги перед каждым, и всего за полпенни. Ученики монастырской школы дважды брали меня с собой.
— И тебе понравилось? — допрашивал От.
— Еще бы! Иначе почему бы я туда возвратился?
Мужчины дружно рассмеялись.
— Сразу видно — сын своего отца! — воскликнул Дьюи.
— Что ж, придется нам поучить тебя, как обращаться с женщинами, — сказал От. — Акра — вполне подходящее место для того, чтобы как следует позабавиться.
— Но прежде я должен найти Эдварда, — напомнил им Глинн.
— Обязательно, — кивнул От.
Поиски заняли добрых две недели. Слухи о появлении нового менестреля разнеслись по всему городу, и зал постоялого двора ломился от посетителей. Глинн пел как старые, знакомые баллады, так и те, что сочинил сам. Слушателям особенно полюбилась «Женщина-воин», восхвалившая Ронуин. Пока Глинн пел, служанки ходили на цыпочках, затаив дыхание. По вечерам они частенько наведывались в его комнату и развлекали обоих мужчин, пока От наслаждался прелестями Нады.
— Эта женщина просто ненасытна, — жаловался он спутникам, но те лишь лукаво ухмылялись.
Наконец им удалось встретиться с Эдвардом. Тот сразу узнал валлийцев, но долго приглядывался к Глинну, прежде чем понял, кто перед ним. Мальчик превратился в мужчину.
— Это ты? — изумленно выпалил он. — Что ты тут делаешь?
— Где моя сестра? — потребовал ответа Глинн.
— Мертва из-за собственной глупости и неосторожности, — с горечью бросил Эдвард. — Пойдем, сядем в тени, Глинн. Как там, в Хейвне?
— Все точно так же, как в тот день, когда ты и моя сестра покинули его. Рейф и Кэтрин с нетерпением ожидают твоего возвращения, — язвительно бросил Глинн. — Но расскажи мне о сестре. Как она погибла? Разве тебя не было рядом?
— Мы стояли лагерем у Карфагена, — начал Эдвард, знаком велев слуге принести охлажденного вина. — Я слег с лихорадкой и ужасным расстройством желудка. Ронуин преданно ухаживала за мной, позволяя Энит сменять ее только ночью, чтобы немного выспаться. Люди вокруг мерли как мухи, но Ронуин перенесла наш шатер подальше от лагеря и соблюдала безупречную чистоту. Я ей обязан жизнью. Король Людовик умер, а Карл Анжуйский заключил мир с мусульманами. Принц Эдуард, не стерпев такого, решил перебраться в Акру. Мне стало полегче, а Ронуин настолько измучилась от постоянной неподвижности, что попросила разрешения потренироваться с сэром Фулком на мечах. Я велел ей надеть доспехи, хотя она и спорила, утверждая, что ей будет слишком жарко. Когда они были на ристалище, на лагерь налетели враги. Обычный набег, ничего особенного.
Такое бывало каждый день. Скорее переполох, чем сражение, в котором обычно не бывало пострадавших. Но в тот день Ронуин решила обагрить меч кровью врага, и Фулк, похоже, ей подчинился. Она надела шлем, так что никто не догадался, что она женщина. Говорят, Ронуин повела воинов в бой, и разразилась схватка не на жизнь, а на смерть. К несчастью, Ронуин отсекли от основной массы сражавшихся и взяли в плен. Фулка, бросившегося на помощь, тоже захватили. Четыре дня мы с сэром Хьюго и сэром Робертом искали их следы, но так и не нашли. Все считают, что мусульмане, узнав в ней женщину, изнасиловали ее и убили. В крайнем случае продали в рабство, да и то вряд ли, поскольку она была не девственна.
— Моя сестра жива, — уверил Эдварда Глинн, — в противном случае мое сердце подсказало бы правду.
— Глинн, мне очень жаль, — пробормотал де Боло и протянул руку юноше, которому искренне симпатизировал.
— Моя сестра жива! — выкрикнул Глинн. — И я найду ее, Эдвард!
— Скорее, ты найдешь ее останки. Я молился за упокой ее души каждый день, с тех пор как вернулся, — рассерженно бросил Эдвард.
— И одновременно искал новую жену! — взорвался Глинн. — Теперь Рейф де Боло торжествует, а его сестрица покорно ждет твоего возвращения.
— Это Ронуин следовало покорно ждать моего возвращения! — не сдавался Эдвард.
— Если ты хотел именно этого, значит, должен был запретить Ронуин сопровождать себя! Но твоему тщеславию льстило, что жена рвется с тобой в поход, совсем как принцесса Элинор. Кстати, насколько я знаю, не ты, а моя сестра обрадовалась предстоящему походу. Ронуин, дочь ап-Граффида, заслужила тебе благоволение королевского сына, а ведь Эдуард Плантагенет, как мы все знаем, скоро взойдет на трон, — с прямотой, поразительной для столь молодого человека, бросил Глинн.
