надо пересмотреть некоторые принципы нашей хлипкой конструкции.
- Бери! - разрешила я, обрадованная таким простым выходом. - Под твою ответственность. Только, чур, в работе не халтурить!
Аполлон на руках вынес Эшлин из лавки, и меня это полностью устроило. Чего нельзя сказать о моих разочарованных помощницах. К нашему делу девушки возвращались с трудом. Но постепенно лавка снова начала наполняться разговорами, шуршанием мешков и звяканьем посуды.
С помощницами я перенесла на кухню яйца, молоко, коробочки с содой, ванильным и какао порошками, желатиновые плиточки, сливочное и подсолнечное масло, муку, варенье, фрукты и ягоды.
Каждой помощнице определила полигон задач.
Двум девицам освободили большую часть стола для замешивания теста разных бисквитов. Я остановила свой выбор на «Черном лесе» и фирменном рецепте моей мамы. Свой любимый бисквит мама назвать не успела, поэтому для меня он был просто «мамин». Я выставила на стол огромные глиняные чаши, выложила нужные продукты, увеличив пропорции в пять раз, и несколько раз повторила девушкам рецепты. Столкнувшись с кулинарными новшествами, помощницы с интересом приступили к замесу.
С третьей девушкой мы собрали продуктовый набор для изготовления сливочных зефирок-маршмеллоу. Количество желатина, сливок, сахара, ванильного порошка и шпината для цвета также увеличили в пять раз. Рабочую зону для маршмеллоу выбрали возле плиты, потому что основное приготовление, не считая взбивания сливок, будет проходить у огня. Для застывания массы я нашла круглую чашу с невысокими бортиками. Несообразительная помощница никак не могла понять, зачем после изготовления держать зефирки в холоде до остывания. Я еле убедила ее не спорить, а дождаться результата.
Четвертой и пятой помощнице достались капкейки и макарони. Пока девушки готовили тесто, я взялась за главный десерт, которым, как я надеялась, смогу поразить королеву. Я нагрела в чугунной кастрюле пять литров молока. Отдельно взбила двадцать пять желтков с сахаром, а затем все соединила и довела до кипения. Пока масса остывала, подогрела на водяной бане оставшиеся белки с сахаром и ванильным порошком и тоже хорошенько взбила. Затем обе массы аккуратно перемешала и вылила в миску для застывания. Занесла в кладовку, нашла самое холодное место, но перед этим предусмотрительно попросила дом ускорить процесс заморозки. Надеюсь, он правильно меня понял!
А дальше я только успевала перебегать от одной миски к другой, следила, контролировала и помогала.
Тем девочкам, кто уже закончил готовку, поручила развести прохладный морс из варенья и сварить компот из свежих ягод и фруктов.
С улицы доносились веселый гам и хохот, сопровождаемые зажигательной музыкой. Все это невольно нас поторапливало. И когда через два с половиной часа неутомимой беготни на кухню зашла Эшлин с вопросом, долго ли еще ждать, мы были готовы выносить первые десерты.
Я сильно разнервничалась: одно дело - готовить и продавать десерты в маленьком кафе, совсем иное - удивлять королевский двор.
- Я сделала, что смогла, - сказала я Эшлин, перед тем как ей и девушкам-помощницам предстояло отправиться с десертами на задний двор, а мне подняться в комнату переодеться. - Теперь все зависит... - Голос мой от волнения дрогнул, и я не смогла дальше ничего сказать.
- Подруга, все будет хорошо, - подбодрила меня Эшлин и обняла. - Эдвард с Торги привезли и расставили столы, мы с девочками украсили все вокруг живыми цветами. Выйдешь во двор и не узнаешь!
- Кто такой Торги?
- Ну как? - Эшлин округлила глаза и сильно покраснела. - Помощник, которого ты мне дала.
Я улыбнулась.
Потому что поняла, что за время моего нахождения в этом мире я успела обзавестись настоящими друзьями!
- Ну-ну, - прозвучал рядом насмешливый голос.
От неожиданности мы с Эшлин вздрогнули.
В моем мире на показах высокой моды костюмы Догана Лермана произвели бы фурор. Мы не видели, как он зашел на кухню и в своем вызывающем наряде, невпопад облепленном драгоценными камнями, остановился в двух шагах от нас.
- Потрясающая самоуверенность! - Инспектор выразил наигранное восхищение. - Тем печальнее будет наблюдать твой провал. Даю тебе последний шанс перейти на мою сторону.
Инспектор, уже не стесняясь Эшлин, в открытую заявил о своем отвратительном предложении.
Эшлин открыла рот, чтобы дать негодяю достойный отпор, но я выставила руку перед подругой и остановила ее порыв.
Я смерила Догана Лермана холодным взглядом.
- Что бы ни случилось, - мой голос вдруг сделался осипшим, - я никогда не предам Мерлина. А вы никогда не сможете завладеть его тайными знаниями. Каждый вечер вы будете засыпать с мыслью, что вы - неудачник.
Инспектора аж перекосило после таких слов. Пару раз он открыл рот, видимо желая что-то сказать, но только фыркнул. А потом резко развернулся и вышел на улицу.
- Скатертью дорога! - крикнула ему Эшлин вслед и повернулась ко мне. - А ты - беги переодевайся и на голове что-нибудь сообрази!
Эшлин умудрилась развить мою идею кенди-бара до фантастических масштабов. С крылечка хорошо было видно, что задний двор дома, некогда пугающий зловещей мрачностью, преобразился в удивительно приятный уличный ресторанчик.
Вытянутые вереницей столы на шведский манер, покрытые накрахмаленными белоснежными скатертями, заставленные блюдцами, пиалами и графинами, скрывались под огромным куполом - широкими полупрозрачными полосами из легкого тюля приятного мятного цвета.
За столами, по ту сторону, где полог свисал до земли, была поставлена целая роща из мелкой сирени, роз и олеандров. Вместе с расставленными по двору цветочными рабатками в декоративных глиняных горшочках, наполненными большими количеством виол, петуний и колокольчиков, это создавало впечатление изящества, уюта, света и простора одновременно.
Впечатление усиливали высокие канделябры. Вместо свечей они удерживали хрустальные магические шары (не иначе, Мерлин постарался). Сейчас от шаров исходил едва заметный теплый медово-карамельный свет. Но думаю, к заходу солнца они будут играть роль ночных фонарей.
Одним словом, все выглядело по-королевски великолепно!
На поляне плотной толпой смешались с веселым гамом люди разных слоев общества. Мужчины в изысканных мундирах и простолюдины в длинных рубахах и широких портках. Женщины в бальных туалетах, лайковых перчатках и девицы в отбеленных холщовых сарафанах и крупных цветастых бусах. Мелькали циркачи и музыканты.
