- Надо же! - усмехнулся профессор Ласон, присутствующий здесь же, в кабинете ректора. - Наши многоуважаемые магистры побаиваются возможностей студентки-первокурсницы!
М-да, что же с ними было бы, узнай маги, что перед ними Эльфийка!
- Ласон, Вы прекрасно осведомлены, о том, - возразил Бурый Альфа, словно уловив мои мысли, - что их опасения не напрасны. Мы и сами не знаем наверняка, чем чревато волнение Рабины. Я понимаю, как ты расстроена, милая, - вновь обратился ректор ко мне, - однако уверен, ты найдешь в себе силы показать отличный результат и так. Я поручился за тебя, помни об этом.
- Благодарю за доверие, Альфа, - ответила я, не видя другого выхода. - Сделаю все, чтобы не подвести Вас и профессора Ласона!
- И свою команду, - улыбнулся ректор, - смотри-ка, уже до моего окна добрались! Дружненько-дружненько...
Проследив за его взглядом, я с ужасом обнаружила подглядывающего со двора Вилента. И, судя по синей макушке, поспешившей пригнуться - Генетту?! Серьезный Гиймон уж точно бы не стал в подобной авантюре участвовать. Зато Озерная подруга не упустила бы случая ввязаться во что угодно, лишь бы быть рядом со своей предполагаемой парой. Увы, мой флёр полностью блокировал восприятие даже инициированного Бурого Вервольфа, не позволяя ему учуять свою Волчицу. Но мы не теряли надежды. Рано или поздно я научусь управлять этим чужеродным даром и полностью избавлюсь от этой никчемной и вульгарной силы!
Хорошо, ректор у нас понимающий! Меня отпустили к ребятам, всего лишь повелев передать им, чтоб не позорили родную Академию перед гостями из других Магических школ.
- Что значит нельзя пользоваться стихией? - восклицала недовольная Миника, - как же тогда показывать контроль над ней?!
- Я уже говорил - как, - напомнил Вилент о своей давней идее, - попробуй повести поток заклинаний стихами. Они же требуют вторичного обращения к магии, так?
- Да но...- все еще сомневалась я, что решусь настолько обнажить душу перед незнакомыми людьми.
- Верно же! - воскликнул Мижель, - я, например, пел, когда сдавал в прошлом году!
- Ты пел? - восхитилась Миника.
- Не так, чтобы это можно было назвать пением, - хохотнул Вилент, сразу же получив шутливый удар от друга, - но голосищем он своим здорово всех в спячку погрузил!
- А то! - довольно заулыбался Серый Вервольф.
***
Я поднялась на сцену, сразу после Риньбера. Парень сдал экзамен на отлично, как следует перетряхнув весь зал и повытаскивав из карманов присутствующих металлические вещицы. До него ответ держал Гиймон, который тоже прошел испытание. Однако мы с друзьями заметили непривычную скованность в движениях Озерного Вервольфа. Словно он тоже, как и я, в эту самую секунду, прилагал усилия для подавления своей стихии. Странно. Насколько нам известно, Гиймон прекрасно управляет водой, да и с теоретической точки зрения Волк великолепно подкован! Хи-хи, только подкованных и ездовых хищников тут не достает для полной комедийности! Вон бедные магистры еще даже не пришли в себя после выходки Риньбера!
Так, не смеемся! А то решат еще, что всплеск у меня и прощай старший курс!
- Студентка Рабина, не так ли? - поинтересовался тучный профессор с заплывшим лицом и мутными глазенками, - чем нас порадуете?
Он, профессор Тумагд, как выяснилось, один из самых опасных среди прибывших. Чуть было не срезал Генетту в самом начале. И теперь она сидит вполоборота к магу, под чутким наблюдением Миники. Серая Волчицу следит, чтобы наша Синяя подруга не потеряла контроль над эмоциями и не подправила чего в лысой голове вредного магистра. А она может! Мы ни раз уже убедились, что Озерная Волчица не всегда способна управлять своими чувствами и желаниями, особенно если ее сильно обидеть.
Поймала напряженный взгляд Джемиена, направленный на того же профессора. Он стоял поодаль, скрестив руки на груди и прожигая Тумагда янтарным огнем. Ой-ой! Боюсь, ничего не подозревающему гостю не выбраться отсюда живым, посмей он срезать меня с экзамена. Ведь тем самым он даст возможность Лейнарду упрочить свои позиции и вновь заявить права на опеку надо мной.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Что бы между мной и Алым ни происходило, последние события, редкие разговоры, а главное все то, что успела вычитать о действии Тьмы - убедили меня не воспринимать отношение Джемиена ко мне как однозначно отрицательное. И все чаще где-то в глубинах моего сознания незаметно вспыхивало крошечное пламя надежды на исцеление наших израненных душ.
- Если Вам нечего предъявить для прохождения магического теста, - разрезал затянувшуюся тишину голос другого профессора, - вынужден попросить Вас не задерживать нас более и уступить место своим сокурсникам.
На секунду по телу пробежала нервная дрожь. Проблема в том, что я никак не могла выбрать, какое стихотворение прочитать. Ведь чувства раскрывать так сложно! А именно эмоциональная связь с произносимыми словами способна помочь дотянуться до бирюзовых потоков стихии вскользь. Не пробудив ее полностью. Снова посмотрела на Джемиена. Он еле заметно кивнул, поразив нескрываемым волнением за меня. Однако сейчас не время и не место для размышлений на личные темы. Лучшее, что я могу сделать - это сосредоточиться на заклинаниях, - сказала самой себе, на секунду прикрыв глаза и выравнивая дыхание.
- С вашего позволения, уважаемые магистры, я бы хотела продекламировать стихи собственного сочинения, - сказала, обведя глазами собравшихся.
Судя по переглядываниям и вытянутым лицам, гостей успели предупредить, какая опасная диковинка перед ними. А возможно даже успокоить, сообщив, что шанс на демонстрацию магии у меня отобрали. Но не тут-то было! Спасибо другу, Вилент снова спас меня так, как только можно спасти существо и его светлое будущее!
Ой, нет, не будем о Светлом!
Уж лучше о Темном.
О Тьме... Вот оно, - отчетливо пронеслось в голове. Строчки, что я написала, раздумывая о чувствах и поступках Джемиена. О его вечной борьбе с Мраком и запертом Звере. Если, конечно, правдивы слухи о второй ипостаси Алого Вервольфа, заключенной в "темницу души".
Распахнула глаза, и твердой рукой начала вырисовывать в воздухе магические пассы. Они призваны создать из легких потоков ветра иллюзорные картинки сюжета стихотворения. Одновременно, вобрав побольше воздуха, произнесла:
- Ключ поломался, остался в замке...
И заперто сердце в жестоком огне.
Ты видишь и небо, и солнце в окне...
Не дотянуться ни к ним, ни ко мне.
С любовью расстался, растаял во мгле...
Ключ в море упал, он нынче на дне.
Нет сил ни стучаться, ни помощи ждать.
Не с кем прощаться, некого звать.
Верните же волю, надежды, мечты!
Был счастлив и весел когда-то и ты...
Свободы Зверь ждет, прижавшись к стене,
Жизнь пролетает как-будто во сне.
Не гас бы лишь только луч веры во Тьме,
Надеяться силы найдем мы в себе!
Наступившая тишина казалась осязаемой - вязкой, мрачной субстанцией, задевающей все чувствительные уголки души. Присутствующие пережили по увиденному в воздухе все то, о чем я говорила. Огонь. Зверь, запертый в языках пламени. Исчезнувшая надежда на спасение - как потерянный ключ от замка...
Аплодисменты, возвестившие о моей маленькой победе, вызвали лишь тихое удовлетворение. Я сдала экзамен. Подтвердила свое умение обращаться с магией и со своей стихией на высочайшем уровне, не подвергая никого опасности. Однако столь долгожданный миг не вызвал радости. Мои глаза были прикованы к полыхающему взору Алого Вервольфа, переливающемуся янтарем с черными всполохами. Еще секунду Волк испепелял меня говорящим пламенем, а затем круто развернулся и покинул зал.
Вот и объяснились, - подумалось мне. - Теперь ход за Вами, магистр Джемиен! А я подожду...
Глава 41.
Но Белого Солена опередил другой гость. Незваный и крайне нежеланный. В очередной день приемов мне сообщили о приезде моегонеблаговерного.
