в левом круге вбрасывания и не оставил шансов для вратаря Трактора.
Интересно получилось — сначала мы выстрелили дуплетом, а потом американцы.
Правда, на перерыв, сборная Советского Союза всё-таки ушла, ведя в счете. Судья Майерс дал обоюдное удаление, и Тихонов выпустил на лед, ранее не использовавшееся в составе сборной сочетание, меня и Павла Буре.
Расчет нашего тренерского штаба был даже не прост, а примитивен. Два самых быстрых игрока в составе сборной должны были воспользоваться наличием большого количества свободного льда и отсутствием у американцев столь же скоростной пары. Халл и Модано, все-таки, помедленнее.
В результате все так и получилось. Через десять секунд после возобновления игры, мы с Буре благополучно убежали от нападающих американцев и не заметили защитников. Будущая русская ракета отдала мне под бросок, я ложным замахом уложил на лед Ванбисбрука и аккуратно направил шайбу над ним. 3:2!
Есть моя первая шайба на этом турнире!
Вторую пришлось ждать почти тридцать пять минут. Весь второй период, что мы, что американцы, отыграли вхолостую. Звездно-полосатые очень надежно играли в защите, отдав нам инициативу и играя на контратаках. Парочка из них могла закончиться заброшенными шайбами, но наша оборона тоже не пальцем деланная. Быстрые прорывы первого и второго звена американцев ни к чему не привели.
А когда до конца третьего периода оставалось пять минут, американцы остались в меньшинстве. За подножку отправился отдыхать Муллен.
Я выиграл вбрасывание, отдал назад Федорову, который играл четвертого форварда. Сергей моментально перевел шайбу на правый фланг Лукиянову, который, неожиданно для всех, ее не смог сразу обработать. Шайба отлетела к борту.
И тут американцы ошиблись. Сразу два их игрока рванули к шайбе, а оставшаяся пара, зачем-то, тоже сместилась на правый фланг. В результате, все полевые игроки наших соперников оказались на одном фланге.
Если бы многоопытный Крис Челиос отобрал шайбу у Лукиянова, то ничего бы не случилось. Но Игорь сумел реабилитироваться за свой небольшой промах. Он первым успел к шайбе, а потом, прокинув ее между ног Челиосу, развернулся и моментально сориентировался в ситуации.
Пасом на меня он отрезал всех американцев, и мне нужно было только обыграть вратаря. Что я и сделал, бросив в касание. Мой кистевой попал точно над плечом Ванбисбрука, и команды снова в полном составе. 4:2!
А уже под самый занавес встречи, я сделал хет-трик, попав из своей зоны в пустые ворота американцев, и поставил точку в матче. 5:2!
Кепок, конечно, на лед прилетело меньше, чем во время матчей «Миннесоты», но они были! Даже не смотря на то, что я сделал хет-трик в матче с американцами. Это очень приятно.
Но общая победа куда приятнее и важнее. Мы после нее заняли, хоть и условное, но все-таки второе место в турнирной таблице.
Следующая игра у нас была назначена на второе сентября. Ее мы должны провести в Монреале, против сборной Швеции. Звездно-полосатых мы обыграли, теперь на очереди Тре Крунор!
Глава 21
2 сентября 1989 года
Монреаль, провинция Квебек, Канада. Арена «Монреаль Форум»
Матч второго тура группового этапа Кубка Канады 1989. Сборная Советского Союза — Сборная Швеции
18 000 зрителей. Все билеты проданы
Второй перерыв. Счет после сорока минут игры 0:3 в пользу сборной Швеции
— Это что такое сейчас было? Вы что, совсем охренели? — Тихонов в раздевалке буквально орал, — Звезды НХЛ, мать вашу. Вам что, шведы теперь не соперники? Так шведы тоже не пальцем деланые. Два периода, я повторяю, два периода вы не играете, а страдаете херней! Ну конечно, Семенову же интереснее байки про свои бабки травить, чем в хоккей играть. И не надо там на меня смотреть, Саша. Я что не прав?
Конечно, не прав, я, после того мимолетного разговора в автобусе, говорил что-то о контрактах всего один раз, да и то, без какой-то конкретики. Но Тихонов решил сейчас сделать меня крайним.
Хотя, Виктора Васильевича можно понять. Первые два периода игры со шведами мы провели безобразно. Вроде бы все, как всегда, но перед воротами Линдмарка у нас постоянно случался самый настоящий затык. Например, в первом периоде мы 11 раз попали в створ шведских ворот, а мимо — прошло еще столько же бросков. И половина из того, что не попало в цель, просто обязано было быть заброшенными шайбами.
Хорошо, хоть шведы играли в первом периоде достаточно робко. Будь они чуть более напористее в атаке, то мы бы уже после первой двадцатиминутки уступали бы в счете.
Второй, вплоть до предпоследней минуты, был точной копией первого. Мы, точно так же, много атаковали и, точно так же, лажали, когда дело доходило до того, чтобы поставить точку.
И, в итоге, шведы нас очень больно наказали.
И, к вящей радости трибун, самым натуральным палачом выступил любимец местной публики, Матс Нэслунд.
Сначала левый нападающий первого звена, Тре Крунор, дважды забросил в одной смене. Первая шайба влетела в ворота Мыльникова после добивания на пятачке, а вторую швед сделал в сольном проходе.
А когда до конца периода оставались считанные секунды, он сделал и хет-трик, очень удачно пальнув от синей линии.
В результате, несмотря на колоссальное превосходство советской сборной в бросках, 31−9, и, благодаря нашему разгильдяйству, шведы имели очень комфортное, для себя, преимущество.
Ну, а мы, в перерыве, сидели и слушали, как Тихонов нас всех костерит.
Но, надо отдать ему должное, никаких скоропалительных действий и перестановок в составе он делать не стал. По большому счету, единственным изменением в составе стала замена вратаря.
Мыльников на третий период не вышел, и место в воротах советской сборной занял, проведший просто фантастический сезон в рижском Динамо, Артур Ирбе.
Который, возможно, будет моим одноклубником. Пока я в Новогорске готовился к Кубку Канады, в Миннеаполисе прошла церемония драфта 1989 года. И на ней, в десятом раунде, под общим 196 номером «Миннесота», как раз таки, и выбрала Артура.
Надо сказать, что ажиотажа
