— Госпожа Ягг? Повитуха?
— Она самая, — ответила после некоторой паузы госпожа Ягг.
— Ты меня не знаешь, но… — продолжила Сьюзен, как вдруг заметила, что госпожа Ягг смотрит мимо нее па стоящую у ворот Бинки.
В конце концов, эта женщина была ведьмой.
— А ведь может так статься, что я тебя все ж знаю, — сказала госпожа Ягг. — Кстати, если ты эту лошадку откуда-то увела, то даже представить себе не можешь, в какую беду вляпалась.
— Я одолжила ее на время. Ее хозяин… мой дедушка.
Снова возникла пауза. Поразительно, как взгляд этих маленьких и кажущихся добрыми глазок мог буравить твою душу, проникая до самого дна.
— Что ж, думаю, тебе лучше войти, — сказала госпожа Ягг.
Внутри хижина была такой же чистой и новой, как и снаружи. Все вещи сверкали, а здесь было чему сверкать. Дом был мавзолеем для безвкусных, но с любовью расписанных фарфоровых фигурок, которые занимали все свободные горизонтальные поверхности. Вертикальные поверхности были заняты картинами в рамках. Две выглядевшие обеспокоенными женщины мыли пол и вытирали пыль.
— Я не одна, — произнесла госпожа Ягг строгим тоном, и женщины покинули дом с такой быстротой, что, вероятно, уместнее было бы использовать характеристику «спаслись бегством».
— Мои невестушки, — объяснила госпожа Ягг, усаживаясь в мягкое кресло, которое за долгие годы приобрело форму ее тела. — Всегда рады помочь бедной старушке, которая осталась одна-одинешенька на всем белом свете.
Сьюзен многозначительно посмотрела на картины. Если на них были изображены члены семьи, то госпожа Ягг командовала целой армией.
Госпожа Ягг совершенно не смутилась тем, что ее поймали на очевидном вранье.
— Присаживайся, девонька, да рассказывай, что привело тебя сюда. Чай уже закипает.
— Я хочу кое-что выяснить.
— Многие хотят, — хмыкнула госпожа Ягг. — И могут продолжать хотеть.
— Я хотела бы кое-что выяснить о… об одних родах, — невозмутимо продолжила Сьюзен.
— Правда? Я приняла сотни родов. Возможно, тысячи.
— Насколько я знаю, эти роды были сложными.
— Не все роды простые.
— Эти вряд ли можно забыть. Не знаю точно, как все началось, но думаю, в твою дверь постучал незнакомец.
— О?
Лицо госпожи Ягг мигом превратилось в неприступную стену. Черные глазки смотрели на Сьюзен так, словно она была захватнической ордой.
— Госпожа Ягг, ты не станешь мне помогать?
— Не стану, — подтвердила госпожа Ягг. — Думаю, девонька, я знаю, кто ты такая, но мне на это совершенно наплевать, ясно? Можешь привести того, другого, если хошь. Только не думай, что мы с ним не встречались. Мне не раз доводилось у смертного ложа стоять. Вот только смертное ложе — это место, как правило, публичное, а вот родильное — нет. Если, конечно, того сама роженица не пожелает. Так что можешь приводить его, уж я-то плюну в его бесстыжие зенки!
— Это очень важно, госпожа Ягг.
— Вот тут ты права, — твердым тоном подтвердила госпожа Ягг.
— Не могу сказать, как давно это произошло. Может, даже на прошлой неделе. Время — ключ к разгадке.
Ага, вот оно. Госпожа Ягг была плохим игроком в покер, во всяком случае по сравнению с таким мастером, как Сьюзен. Ее глаза чуть метнулись в сторону.
Кресло отлетело к стене, когда госпожа Ягг попыталась вскочить из него, но Сьюзен первой успела к каминной полке и схватила то, что было там спрятано — на самом виду, среди украшений.
— А ну, отдай немедленно, бесстыдница! — рявкнула госпожа Ягг.
Сьюзен вскинула руку так, чтобы госпожа Ягг не могла дотянуться до предмета. Она чувствовала излучаемую им силу. Он словно пульсировал в ее ладони.
— Госпожа Ягг, ты хоть имеешь представление, что это такое? — спросила она, разжимая ладонь, в которой оказались две соединенные друг с другом стеклянные колбочки.
— Знаю! Сломанные песочные часы! — Госпожа Ягг рухнула обратно в свое кресло так, что на мгновение ее ступни оторвались от пола.
— А я вижу перед собой день, госпожа Ягг. Целый день жизни.
Госпожа Ягг посмотрела на Сьюзен, потом перевела взгляд на крошечные песочные часы в ее руке.
— Я-то сразу прикинула, что с ними что-то не так, — сказала она. — Песок в них не сыплется, как ни крути.
— Потому что ты в этом пока не нуждаешься, госпожа Ягг.
Нянюшка Ягг, казалось, немного успокоилась. Сьюзен еще раз напомнила себе, что имеет дело с ведьмой. Обычно они так легко не сдаются.
— Я сохранила часы, потому что это был подарок, — буркнула повитуха. — И они красивые. А что это за слова по кромке?
Сьюзен прочла выгравированные на металлическом основании жизнеизмерителя слова:
— Темпус Редукс. Время Возвернутое.
— А, теперь понятно, — кивнула госпожа Ягг. — Тот человек так и сказал: мол, мне возместят каждую минуту потраченного времени.
— Тот человек?.. — тихим голосом уточнила Сьюзен.
Нянюшка Ягг подняла на нее пылающий гневом взгляд.
— Даже не думай воспользоваться моей минутной слабостью! — отрезала она. — Никому еще не удавалось обойти нянюшку Ягг!
Сьюзен посмотрела на женщину, но на этот раз не ленивым глазом, а деловым. Да, и правда, обойти нянюшку Ягг было трудно. Но был и другой путь. Напрямую, прямиком через сердце.
— Дитя должно знать своих родителей, госпожа Ягг, — сказала она. — Сейчас он как никогда нуждается в этом. Он должен понять, кто он есть на самом деле. Это будет весьма непросто, и я хочу ему помочь.
— Почему?
— Потому что мне в свое время никто не помог, — ответила Сьюзен.
— Видишь ли, девонька, у повитух тоже есть свои правила, — пожала плечами нянюшка Ягг. — Насчет того, что ты видела и слышала, рот держи на замке! И только сама роженица может освободить тебя от этой клятвы.
Ведьма неловко заерзала в кресле, ее лицо покраснело. «Она хочет рассказать, — догадалась Сьюзен. — Ей не терпится поделиться. Но я не должна ее торопить. Нужно, чтобы она сама решилась на это».
— Я не прошу назвать мне имена, госпожа Ягг, потому что, полагаю, ты их сама не знаешь.
— Точнехонько.
— Но ребенок…
— Послушай, девонька. Ни одной живой душе я не должна говорить о…
— Если это хоть сколько поможет, я не совсем уверена, что отношусь к так называемым живым, — перебила Сьюзен. Некоторое время она наблюдала за госпожой Ягг. — Но я все понимаю. Без правил нельзя. Спасибо за потраченное на меня время.
Сьюзен встала и поставила законсервированный день на каминную полку. Потом вышла из хижины и закрыла за собой дверь. Бинки ждала у ворот. Сьюзен села на лошадь и только после этого услышала, как открылась дверь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
