окнах мелькали деревья, поля, деревенские дома, коровы и козы, мирно пасущиеся на ещё зеленых лужайках.
— Подъезжаем к «Калинке», — встрепенулся Жека, углядев в окно полуразваленную мельницу. — Она за поворотом будет, вон за тем.
Действительно, через минуту вдалеке появилась деревянная крыша придорожного кафе с резной табличкой «Калинка».
— Крикни пацанам, тормозим, — приказал Литовец.
— Сейчас, — пообещал Жека, крутнул ручку, ещё больше открывая окно, высунулся и махнул ладонью, — Стопэ, пацаны.
Белая «волга» припарковалась на обочине у кафе. За нею стала «семерка» и остальные машины сопровождения. Захлопали двери — братва выбиралась из машин.
— Парни сейчас похаваем, выпьем и снова в путь, — громко заявил Чибис, привлекая внимание бандитов. — До Москвы всего ничего осталось.
Помещение кафе оказалось просторным и светлым. Два десятка небольших деревянных столиков. Все чисто и опрятно, белоснежные скатерти, салфетки в специальных подставках, искусственные цветы в вазах. В одном углу сидела небольшая компания, семеро молодых парней, одетых в потертые рубашки и мешковатые штаны — похоже, местные. В другом обедала пожилая парочка и через два ствола оживленно общались две тетки средних лет, поглощая закуску и подливая из откупоренной бутылки в бокалы рубиновое вино.
— Там сядем, — Бекас взглядом показал на веранду, где стоял большой банкетный стол на шестнадцать персон, — Будто для нас поставили.
Братва расселась за столом. Сразу же подошла официантка, пухленькая девушка, с ямочками на толстеньких щечках. Раздала папки меню и удалилась, пообещав снова прийти через несколько минут.
— Так что тут у нас? — Бекас хозяйским взглядом пробежался по предлагаемым блюдам. — Жека, ты как посещавший кафе, что посоветуешь?
— Борщ у них ядерный, — охотно откликнулся парень. — Жаркое в горшочках с телятиной и грибами — объеденье. Пирожки с мясом, с пылу, жару — очень хороши. Ну и компот, будто в гости приехал к любимой бабушке. Еще бутерброды с плавленым сыром, колбасой и зеленью рекомендую попробовать. Из салатов — оливье и кукурузный понравились.
Через две минуты перед столом снова возникла официантка с блокнотиком и ручкой.
— Что будете заказывать? — спросила она, приготовившись записывать.
— Борща пятнадцать порций — на первое. На второе — такое же количество жаркого в горшочках и бутерброды с плавленым сыром, — заявил Бекас.
— Тоже, пятнадцать? — уточнила пухлышка, быстро черкая ручкой в блокнотике.
— Тоже, — буркнул авторитет. — Пять бутылок «Столичной» для аппетиту и минералки десяток, запивать. Если что, потом добавим. Нарезку мясную пару блюд. Ну и салатиков, помидорчиков там, огурчиков нарежь.
— Сделаем, — пообещала девушка.
— Пока будешь с борщом разбираться, нарезки и водочки принеси, — добавил Литовец.
— Хорошо.
Официантка удалилась. А братва вернулась к обсуждению поездки, растянувшейся на добрых полторы недели. По дороге Бекас и Литовец посетили Красноярск, Новосибирск, Омск, Челябинск, Казань, Владимир, пообщались с местными уркаганами и рэкертирами, договорились о совместных делах.
Пока бандиты делились впечатлениями, на столе появилась водка и минералка. Через пару минут к ним добавились салатики и два больших блюда с мясной нарезкой.
С каждой опустошенной бутылкой водки накал возрастал. Братва бахвалилась своими подвигами, заключала пари, кто больше наведет ужаса на наглых московских кооператоров, посмевших сунуться на завод. Бандиты наперебой смаковали будущую встречу с «барыгами». Прикидывали, хватит ли им паяльников на всех, обещали порвать «борзых» в клочья, громко хохотали и ругались матом.
Другие посетители с неодобрением посматривали на раздухарившихся братков, но благоразумно не вмешивались. Среди этого шума и гама, появившиеся официанты сперва остались незамеченными.
Полненькая девушка в сопровождении худенького паренька в белой рубашке и галстуком-бабочкой поставили подносы на пустой соседний столик в начале веранды.
Затем толстушка подхватила две тарелки с борщом, и подошла к Бекасу и Литовцу, сидевшим во главе стола. Одну тарелку поставила перед ухмыльнувшимся боксером, зашла с другой стороны.
Пригнулась, выставляя посуду с исходящим паром борщом перед Бекасом, ткань юбки плотно обтянула большую попу.
«Кисель», сидевший рядом, ухмыльнулся и, не удержавшись, ущипнул девчонку за пышную задницу. Официантка взвизгнула и опрокинула борщ прямо на рубашку Бекаса.
— Млять, — страшным голосом вскрикнул ошпаренный бандюга, вскакивая. По белой рубашке поползли вниз красные разводы, пятная брюки.
— Да я тебя тварь, прямо здесь замочу, — заорал Бекас. — Тебе что жить надоело, сука жирная⁈
— Извините, — пролепетала девушка. — Я не нарочно.
И сразу отлетела в сторону от хлесткой пощечины.
— Таня, с тобой всё в порядке? — бросился поднимать девчонку напарник, испуганно глянув на разбушевавшегося беспредельщика.
Осатаневший Бекас, прыгнул вперед, влепил носком туфли в лицо паренька и добавил в живот, всхпипывающей девчонке.
Развернулся к побледневшему «Киселю» и поманил его пальцем.
— Теперь ты иди, сюда.
— Бекас, зачем? Я не при делах, — начал отмазываться испуганный отморозок.
— Какого хрена, ты граблями машешь, чертила? — раздался спокойный голос сзади.
Бекас развернулся.
На веранду зашла компания, сидевшая в зале. По виду, обычные провинциалы — потертые штаны, простые рубашки, туфли — «говнодавы».
— Какого хрена, спрашиваю? — повторил высокий, атлетически сложенный блондин с холодными голубыми глазами. — За что девчонку ударил?
— За чертилу, ответишь, — процедил Бекас, сразу забыв о повеселевшем «Киселе». — Ты кто такой вообще, чтобы с меня спрашивать?
— Да чего ты с этим уродом общаешься? — в разговор вступил, стоящий рядом с блондином, невысокий, худощавый паренек, — Не видишь, оно невменяемое. Пару капель на шмотки попало, и всех вокруг убить хочет. Таких ублюдков надо гасить сразу, а не разговоры разговаривать.
Официанты незаметно исчезли. Толстая тетка, явно работник кафе, подошла, выглянула из-за спин вошедших на веранду парней и так же незаметно испарилась.
Загремели отодвигаемые стулья. Братские поднялись и начали угрожающе надвигаться на наглую компанию, посмевшую влезть в разборку с халдеями. Литовец выдвинулся вперед, несколько раз повел плечами, покрутил кистями, разминаясь.
— Боксер, что ли? — хмуро осведомился ещё один, светленький парень, стоявший справа от блондина.
— Боксер, боксер, — ухмыльнулся Литовец.
У Бекаса сдали нервы. Заместитель положенца подхватил початую бутылку водки и кинулся на блондина, Литовец влепил прямой правый, метя в подбородок светленького. Кисель и Тема рванулись к худощавому. Остальные бросились на ещё четверых, замыкавших процессию.
Блондин встретил, широко размахнувшегося Бекаса, «йоко гери» под сердце. Бандит коротко всхлипнул и улетел назад, цепляясь за скатерть и сшибая со стола посуду. Светленький отработанным уклоном ушел от прямого Литовца и в свою очередь молниеносно пробил короткий
