Г. Е. Грумм-Гржимайло приводит обращение Бильге-хана к народу: «Только тогда, когда в Утуканской черни594 находится турецкий каган, не зараженный китайским образованием (но имеющий истинную мудрость), народ может считать себя обеспеченным... Китайцы, снабжающие нас золотом, серебром, крепкими напитками и шелком и ведущие обыкновенно сладкие речи, одаряют предметами, приучающими нас к роскоши. Этим они привлекают к себе даже самые отдаленные народы. Усвоившие, однако, их культуру обыкновенно гибнут, ибо только твердые характером, мудрые люди в состоянии противостоять соблазну, остальные же навсегда порывают с родиной, не устоял и ты, турецкий народ! Ты дал себя прельстить сладкими речами и богатыми дарами и жестоко поплатился за это. Ты внял уговорам: «Кто живет далеко, тот получает плохие дары, кто живет близко, тот получает хорошие дары», и переселился на китайские земли, послужившие могилой столь многим. Внемли же мне, турецкий народ! Только в Утуканской стране, где нет богатств, но нет и китайской опеки, ты можешь сохранить самостоятельность»595.
Пассионарным был Бильге-хан! Неправда ли, весь приведенный отрывок звучит весьма современно? Заканчивая рассказ об этом отрезке истории, следует заметить, что дальнейшие события развивались так: в 598 г. вспыхнула война и ставка Толис-хана была разгромлена, а сам он бежал. Но это не было победой единства, а лишь видимостью победы.
Предшественники Л.Н. по-разному обозначали дату распада Каганата: кто-то – в 50-х, кто-то – в 70-х или 80-х гг. VI в., а Л.Н. останавливается на другой и вполне точной дате – 603/604 гг. В 600 г. великий хан Юнюлю был убит в своем шатре, и на его место сел знакомый нам теперь Тардуш-хан, но народ восточной половины Каганата не пошел за ним. Вот оно – воздействие Срединной империи! Хан остался с верной ему дружиной, но не смог пробиться в родное кочевье. В 604 г. его отряд был истреблен тибетцами. «Такое быстрое падение турецкой державы, – по словам Грумм-Гржимайло, – было вызвано не силой китайского оружия, а возникшими в государстве междоусобицами»596. После этого мир между восточными и западными тюркютами был уже немыслим, и это стало подлинным разделением Каганата.
Вернемся в тяжелое для нашего героя время: в 1955. Л.Н. в омском лагере, уже имея необходимую ему книгу, пишет Анне Андреевне: «Если удастся закончить и привести все в систему, будет гораздо лучше, чем моя кандидатская. Получив Грумм-Гржимайло, со страхом открыл его, желая узнать: в чем я напортачил, и вдруг увидел, что я переплюнул его самого». Но Л.Н. сразу оговаривается: «Прости, расхвастался»597.
Думается, что нет, не расхвастался, ибо гумилевский «детектив» осветил период «великой распри» гораздо глубже, чем это сделано классиком. Почему-то Григорий Ефимович не обратил внимания на такой источник, как «История» Феофилакта Симокатты и не знал, кто такой Тардуш-хан. «Криминалистическое расследование» Л.Н. подготовило его «большой криминалистический поиск» в 70-х гг.
8. Гумилёвское открытие Хазарии
При всяком... шаге историка, не имеющего в руках географии, встречается претыкание.
И. Н. Болтин
Хазария оказалась типично речной страной, расположенной южнее Астрахани, на площадях, частично ныне затопленных. Они (там) жрали рыбу и арбузы, а кочевниками не были. Об этом буду нынче писать.
Л. Н. Гумилев
Гумилевское «открытие Хазарии» невозможно датировать сколько-нибудь точно. То ли это произошло сначала «в уме», а именно в Туруханске в годы войны после письменного разговора с «другом Васей» (В. Н. Абросовым), то ли в омском лагере (1953–1955) после получения очередного письма от него же. Во всяком случае, связывать это с началом работы Л.Н. в Институте географии (1962) не приходится, т. к. первая экспедиция туда прошла уже в 1959 г.
В чем загадка Хазарии? Ответы на какие вопросы хотел найти Л.Н. в упомянутой и последующих экспедициях? Таких загадок было много: откуда вообще пошли хазары и на каком языке они говорили, куда они также таинственно исчезли, не оставив следов, а главное – где жили сами хазары, когда их царство охватывало почти всю Юго-Восточную Европу?
На востоке оно достигало Хорезма, т. е. включало все степи Южного Приуралья, на юге пограничным городом был Дербент, где стена отделяла от хазарских владений Закавказье, на западе хазарским был не только весь Северный Кавказ, но и степи Причерноморья вплоть до Карпат. В упомянутых владениях обитали подданные хазарского царя – камские болгары, мордва-черемисы, вятичи, славяне-поляне.
Литература о хазарах была огромной, но не давала ответа на многие вопросы, а особо на главный – где? Задолго до Л.Н., еще до войны, хазарами начал заниматься М. И. Артамонов – учитель и друг Л.Н.598. В 50-х гг. он раскопал крепость Саркел на Дону, считая ее хазарской; до хазар здесь были аланские поселения, а после них – русский город Белая Вежа. Саркел позже был поглощен водами Цимлянского водохранилища.
Название «хазары» было известно еще первому русскому летописцу, но никто не знал толком – кто они и где «ядро» Хазарии, от него не осталось никаких археологических памятников. Л.Н. писал, что у хазар было два крупных города: Итиль на Волге и Семендер на Тереке. Но где их руины? Хазары умирали – куда девались их могилы? Хазары размножались – с кем слились их потомки?599
Эти вопросы явно выходят «на географию», точнее палеогеографию600, иначе неизбежно то самое «претыкание», о котором предупреждал русский историк XVIII в. И. Н. Болтин. От того, где находилось это «ядро», каким был «кормящий ландшафт» хазар зависело очень многое – диапазон их возможностей, их главные занятия. Если они жили в степи, то, наверно, были кочевниками, если в долине Волги-Ахтубы, то, скорее всего, земледельцами.
Куда и почему бесследно исчезла после XIII в. Хазария, ставшая какой-то прикаспийской Атлантидой? Когда Л.Н. вплотную занялся этими вопросами, существовало три основных точки зрения в русской – советской литературе. Известный востоковед середины XIX в. В. В. Григорьев считал, что Хазария была неким очагом процветания и цивилизации в море диких кочующих племен, очагом правосудия и веротерпимости.
Диаметрально противоположной была позиция нашего современника, академика Б. А. Рыбакова, одного из главных и «штатных» оппонентов Л.Н. Он называл Хазарию «небольшим полукочевническим государством» «паразитарного характера», жившим за счет транзитной торговли. Лежала Хазария, по мнению Рыбакова, в калмыцкой степи, к югу от Сарпинских озер. Отсюда следовал логичный вывод, что хазары были кочевниками.
И, наконец, третья позиция принадлежала М. И. Артамонову, создавшему капитальнейший труд «История хазар», научным редактором которого стал Л. Гумилев601. Еще во введении учитель выразил Л.Н. благодарность за результаты пока еще не опубликованных исследований. Книга М. И. Артамонова – фундаментальный труд с обширным историографическим введением, со ссылками на сотни авторов (от Иосифа – царя хазарского, до академика Д. С. Лихачева), с огромным количеством иллюстраций.
Вопросы истории хазар в 50-х гг. были достаточно острыми в СССР. Им была посвящена статья «Об одной ошибочной концепции» П. Иванова в «Правде» (1951) и целый сборник под характерным в ту пору названием «Против вульгаризации марксизма в археологии» (1953). После этого, как деликатно замечает М. И. Артамонов, «имело место некоторое замешательство в разработке вопросов истории хазар»602. В его книге должен был содержаться некий ответ критикам.
«История хазар», вероятно, в силу этих же причин сильно задержалась; в основном она была завершена еще до войны, а вышла лишь в 1962 г. Правда, в 40–50-х гг. Михаил Илларионович возглавил ряд экспедиций на Дону и в Дагестане и смог получить новейший археологический материал. Примечательно, что фундаментальную книгу М. И.Артамонова даже в 60-е гг. стало возможным опубликовать только в Ленинграде, где он был в то время директором Эрмитажа, в издательстве которого монография и увидела свет. Причины этого в тематике книги: во-первых, она напрямую задевает прошлое России – версию происхождения нашего народа, а во-вторых, поднимает проблему хазарства и еврейства.
Первая книга по этой тематике вышла в Израиле еще в 40-х гг. В 1954 г. издал книгу о Хазарии, опережая М. И. Артамонова, американский ученый X. Данлоп. Правда, она была посвящена лишь одному аспекту проблемы и озаглавлена «История еврейских хазар». Идеологическая линия этой работы проявлялась в том, что хазарам приписывалась роль спасителей Европы и христианской цивилизации от арабов603. Примечательно, что после выхода упомянутого труда Данлопа в американской научной печати появление статей М. И. Артамонова о хазарах стало невозможным: монополия на истину там работала ничуть не слабее, чем у нас.
