Петр Николаевич:
Я только что оттуда, там прекрасно.Цветы растут. Деревья шелестят.Стоит избушка — деревянный домик,в избушке светит огонек,на огонек слетаются черницы,стучат в окно ночные комары.Порой шмыгнет и выпорхнет подкрышей разбойник старый козодой,собака цепью колыхает воздухи лает в пустоту перед собой,а ей в ответ невидные стрекозыбормочут заговор на все лады.
Иван Иванович:
А в этом домике, который деревянный,который называется избушка,в котором огонек блестит и шевелится,кто в этом домике живет?
Петр Николаевич:
Никто в нем не живети дверь не растворяет,в нем только мыши трут ладонями муку,в нем только лампа светит розмариномда целый день пустынником сидитна печке таракан.
Иван Иванович:
А кто же лампу зажигает?
Петр Николаевич:
Никто, она горит сама.
Иван Иванович:
Но этого же не бывает!
Петр Николаевич:
Пустые, глупые слова!Есть бесконечное движенье,дыханье легких элементов,планетный бег, земли вращенье,шальная смена дня и ночи,глухой природы сочетанье,зверей дремучих гнев и силаи покоренье человекомзаконов света и волны.
Иван Иванович (зажигая спичку):
Теперь я понял,понял, понял,благодарю и приседаю,и как всегда, интересуюсь —который час? скажите мне.
Петр Николаевич:
Четыре. Ой, пора обедать!Иван Иванович, пойдемте,но помните, что завтра ночьюЕлизавета Бам умрет.
Папаша (входя):
Которая Елизавета Бам,которая мне дочь,которую хотите вы на следующую ночьубить и вздернуть на сосне,которая стройна,чтобы знали звери все вокруги целая страна.А я приказываю ваммогуществом руки забыть Елизавету Бамзаконам вопреки.
Петр Николаевич:
Попробуй только запрети,я растопчу тебя в минуту,потом червонными плетьмия перебью твои суставы.Изрежу, вздую и верхомпущу по ветру петухом.
Иван Иванович:
Ему известно все вокруг,он повелитель мне и друг,одним движением крылаон двигает морями,одним размахом топораон рубит лес и горы —одним дыханием своимон всюду есть неуловим.
Папаша:
Давай, сразимся, чародей,ты словом, я рукой,пройдет минута, час пройдет,потом еще другой.Погибнешь ты, погибну я,все тихо будет там,но пусть ликует дочь мояЕлизавета Бам.
Сраженье двух богатырей
Иван Иванович:
Сраженье двух богатырей!
Текст — Иммануила Красдайтейрик.
Музыка — Велиопага, нидерландского пастуха.
Движенье — неизвестного путешественника.
Начало объявит колокол!
Голоса с разных концов зала:
Сраженье двух богатырей!
Текст — Иммануила Красдайтейрик.
Музыка — Велиопага, нидерландского пастуха!
Движенье — неизвестного путешественника!
Начало объявит колокол!
Сраженье двух богатырей!
и т. д.
Колокол: Бум, бум, бум, бум, бум.
Петр Николаевич:
Курыбыр дарамурдыньдирислакатырь пакарадагуды кы чири кири киризанудила хабакулахе-е-ельханчу ана кудыстум чи на лакудыпара вы на лыйтенахе-е-ельчапу ачапаличапатали марнабалочинахе-е-ель
(поднимает руку).
Папаша:
Пускай на солнце залетиткрылатый попугай,пускай померкнет золотой,широкий день, пускай.Пускай прорвется сквозь лесакопыта звон и стук,и с визгом сходит с колесафундамента сундук.И рыцарь, сидя за столоми трогая мечи, поднимет чашу, а потомнад чашей закричит:Я эту чашу подношук восторженным губам,я пью за лучшую из всех,Елизавету Бам.Чьи руки белы и свежи,ласкали мой жилет…Елизавета Бам, живи,живи сто тысяч лет.
Петр Николаевич:
Ну-с, начинаем.Прошу внимательно следитьза колебаньем наших сабель, —куда которая бросает остриеи где которая приемлет направление.
Иван Иванович:
Итак, считаю нападенье слева!
Папаша:
Я режу вбок, я режу вправо,Спасайся кто куды!Уже шумит кругом дубрава,растут кругом сады.
Петр Николаевич:
Смотри поменьше по сторонам,а больше наблюдай движеньежелезных центров и сгущенье смертельных сил.
Папаша:
Хвала железу — карборунду!Оно скрепляет мостовыеи, электричеством сияя,терзает до смерти врага!Хвала железу! Песнь битве!Она разбойника волнует,младенца в юноши выноситтерзает до смерти врага!О песнь битве! Слава перьям!Они по воздуху летают,глаза неверным заполняют,терзают до смерти врага!О слава перьям! Мудрость камню.Он под сосной лежит серьезной,из-под него бежит водицанавстречу мертвому врагу.
Петр Николаевич падает.
Петр Николаевич:
Я пал на землю поражен,прощай, Елизавета Бам,сходи в мой домик на гореи запрокинься там.И будут бегать по тебеи по твоим рукам глухие мыши, а затемпустынник таракан.Звонит колокол.Ты слышишь, колокол звенитна крыше бим и бам.Прости меня и извини, Елизавета Бам.
Иван Иванович: Сраженье двух богатырей окончено.
Петра Николаевича выносят.
Елизавета Бам (входя):
Ах, папочка, ты тут.Я очень рада,я только что была в кооперативе,я только что конфеты покупала,хотела, чтобы к чаю был бы торт.
Папаша (растегивая ворот): Фу, утомился как.
Елизавета Бам: А что ты делал?
Папаша: Да… я дрова колол и страшно утомлен.
Елизавета Бам: Иван Иванович, сходите в полпивную и принесите нам бутылку пива и горох.
Иван Иванович: Ага, горох и полбутылки пива, сходить в пивную, а оттудова сюда.
Елизавета Бам: Не полбутылки, а бутылку пива, и не в пивную, а в горох идти!
Иван Иванович: Сейчас, я шубу в полпивную спрячу, а сам на голову одену полгорох.
Елизавета Бам: Ах, нет, не надо, торопитесь только, а мой папочка устал колоть дрова.
Папаша: О что за женшины, понятия в них мало, они в понятиях имеют пустоту.
Мамаша (входя): Товарищи. Маво сына эта мержавка укокосыла.
Из-за кулис высовываются две головы.
Головы: Какая? Какая?
Мамаша: Эта вот, с такими вот губами!
Елизавета Бам: Мама, мама, что ты говоришь?
Мамаша: Все из-за тебя евонная жизнь окончилась вничью.
Елизавета Бам: Да ты мне скажи, про кого ты говоришь?
Мамаша (с каменным лицом): Иих! иих! иих!
Елизавета Бам: Она с ума сошла!
Мамаша: Я каракатица.
Кулисы поглощают Папашу и Мамашу.
Елизавета Бам: Они сейчас придут, что я наделала!
Мамаша: 3 x 27 = 81.
Елизавета Бам: Они обязательно придут, чтобы поймать и стереть с лица земли. Бежать. Надо бежать. Но куда бежать? Эта дверь ведет на лестницу, а на лестнице я встречу их. В окно? (Смотрит в окно.) О-о-о-о-х. Мне не прыгнуть. Высоко очень! Но что же мне делать? Э! Чьи-то шаги. Это они. Запру дверь и не открою. Пусть стучат, сколько хотят.
