Единственного для тебя...
Демон стоял у окна и молчал. Ему казалось, что он ощущает присутствие матери. Глупость, но он не мог отделаться от этого чувства. Будто она снова была рядом. Он сделал вдох. Его обоняния коснулся легкий аромат её любимых духов.
— Это труднее всего, Инчиро, смотреть душой. Это больно.
— Почему ты не научила меня ухаживать за женщиной, мама? — прошептал демон, опустив плечи.
— Потому что никто никогда не ухаживал за мной, родной. Я и сама не знала, каково это, когда любят тебя, а не золото на твоем банковском счету. Мужчины позволяли мне купить себя, я и оплачивала. На ночь, на неделю, реже на год.
— Знать бы с какой стороны к ней подступиться, — выдохнул он.
Нет, сын не слышал мать, но ему так хотелось с ней поговорить. Хоть раз. О том, что так заботит его. Спросить совет и получить ответ. Поддержку.
— Не переживай, сынок, я найду с какой стороны. Главное, не оплошай и гоняй от нее этих прихвостней. А мама придумает как вас свести вместе. Я теперь тоже не одна. Как же жаль, что я не смогу подержать на руках твоего ребенка, — эта мысль не давала ей покоя и отравляла душу болью.
Она когда-то так радовалась, что никто не успел назвать её этим страшным словом "бабушка". А теперь плакать хотелось от осознавания, что это самое лучшее слово после "мама".
— Может снова позвать её в ресторан? — спросил демон у пустоты.
— Не пойдет, отмахнется и сбежит, — ответила его мать. — Её сердце такое же одинокое, как и твоё, просто она не показывает этого. Здесь нужно нечто обнажающее душу.
— Да, откажет, — согласился он, не слыша её. — Зря поцеловал. Только напугал. Но какие сладкие её губы, мама. Я словно впервые женщины коснулся.
— Настоящей впервые, сынок. Остальные не любовь тебе дарили, а за золото похоть удовлетворяли. Это разные вещи, милый.
Он закивал.
Она взглянула на портрет и вдруг встрепенулась. Обернулась на календарь на его столе и просияла.
— Конечно! Призрак взлетел к потолку да так резво, что стопка бумаг слетела на пол. Поднять их она, увы, не могла. Её питала Арина и только рядом с ней она была способна соприкасаться с материей. Но ничего. Инчиро удивленно проследил за полетом документов.
— Соберешь сынок, мама порой бывает неаккуратной. И не переживай. В ресторан она с тобой может быть и не пойдет, но я точно знаю, куда вас отправить. Это хорошее место, тихое и ни одного кентавра по дорожкам не скачет. Сейчас я к ней. Насяду и стребую свое. Главное, не оплошай. Разгляди в этом свой шанс. Ох, жаль, что ты меня не слышишь и записку тебе не передашь. Не положено.
Призрак засуетился над потолком. Заметался, окрыленной собственной гениальной идеей. Демон же присел и принялся собирать разбросанную бумагу. Его внимание привлекли скрепленные листы.
Отчет о деревообрабатывающем заводе. Именно его искала Арина. Нет, он ни в чем её не подозревал, хотя порой девушка и казалась ему странной. Но было что-то в её словах, что зацепило.
Поднявшись, он забрал и ту выдержку из доклада, что она сделала сегодня.
— Ладно я взгляну, что ты там накопала, — буркнул он себе под нос. — Лошадей я действительно люблю.
Он, казалось, удивлялся сам себе.
Глава 53
Сняв халатик с крючка, продела руки в рукава и взглянула в зеркало. Улыбнулась.
Стыдно признаться, но сегодня у меня случился настоящий поцелуй. Всё, что было до этого, не шло ни в какое сравнение с лаской Инчиро.
Вот кто бы мне сказал, что я впервые почувствую настоящее желание в объятьях демона — посоветовала бы обратиться в местный псих диспансер.
Но факт остается фактом. От воспоминаний у меня щёки вспыхнули. Какие же сладкие его губы. Твердые, сухие, но сколько же нежности они могут подарить. Я до сих пор ощущала вкус этого мужчины. Сладкий.
Так неожиданно и немного нелепо.
Прикрыв глаза, сделала вдох полной грудью.
И волнительно, и страшно.
Босс ведь. К тому же один из главных злодеев бизнеса этого мира.
Угораздило же меня.
Я вспомнила, с каким аппетитом он уплетал борщ, и тихо засмеялась. Нет, до мирового зла ему ой как далеко. Жаль, что я для него, скорее всего, недоступная игрушка. Получит, поиграет, сломает и бросит.
Конечно, я понимала это, но какая-то часть моей души желала рискнуть, другая же до дрожи боялась боли, что придет после.
Выдохнув, снова взглянула на себя в зеркало и вздрогнула всем телом.
— Госпожа Джакобо, вы моего инфаркта добиваетесь? — прорычала отражению, которое вдруг стремительно преобразилось в облик демонессы.
— Ой, тебя доведешь, — фыркнула она в ответ. — У меня случилось настоящее горе, Арина.
— Ещё одно? — я скептически приподняла бровь. — Вы что решили помереть дважды? Или узнали, что вас похоронили не в том платье? О, ужас, не в самой элитной части кладбища?
Она по пояс вылезла из зеркала и возмущённо уставилась на меня, всем своим видом демонстрируя, что оскорблена до глубины души.
— Что? — сдулась я. — Что может случиться такого ужасного у призрака? Нимб лопатой с головы сбили?
Взгляд демонессы стал более осуждающим.
Я развела руками. Ну правда, сил уже не было всем сочувствовать. Меня бы кто пожалел.
— Да говорите уже, — не стерпела я. — Что вы здесь паузу по Станиславскому выдерживаете.
— По кому? — не поняла она.
— Неважно, — рявкнула на неупокоенную неугомонную душу. — Излагайте...
— Сорок дней, — выдала она. — А он даже на кладбище не собирается.
— Помянуть? — Я вмиг успокоилась. — Нехорошо, конечно. Не знала, что и у вас есть эти традиции.
— Конечно, есть, Арина. На сороковой день душа окончательно уходит в иной мир и уже не возвращается.
— А вы как же? — я ощутила легкую панику. — А с вами как?
— Отсрочка, — выдохнула она. — Но это неважно. Напомни ему, я тебя очень прошу. Пусть приедет на мою могилу и помянет. Может, там наверху поймут, что не совсем пропащий мальчик мой.
Завязав халат, я кивнула.
На мгновение себя представила на месте Инчиро. Да, с матерью у нас всегда были нездоровые отношения. И дурой нужно было быть, чтобы не понимать
