— Тёмная активная магия. Магия демонов, — он посмотрел на ядовитых пауков в паутине. — Магия Яда.
Он повернулся вместе со мной и указал на солнечный луг с галлюциногенными грибами в нижнем левом сегменте.
— Светлая пассивная магия.
— Магия спиритов, — вклинилась Арина, показав на грибы. — Магия Эликсира.
— Спиритов? Эликсира? — переспросила я.
— Спириты подобны богам или демонам, — объяснила она. — Они — другой вид божеств. Божества со светлой пассивной магией. А Эликсир подобен Нектару или Яду.
Я повернулась к последнему сегменту с разноцветным кусачим пушком.
— Получается, эта зона отражает тёмную пассивную магию.
— Да, — сказала Арина. — Магия эйдолонов. И Гнили.
Полагаю, эйдолоны были божествами с пассивной тёмной магией, а Гниль была их эквивалентом Нектара или Яда.
Последовала вспышка, и потом мой брат и три сестры внезапно оказались рядом. Все они стояли в разных сегментах. Зейн находился в поле активной светлой магии. Белла стояла в лесу активной тёмной магии. Тесса оказалась на лугу пассивной светлой магии. И наконец, Джин оказалась в сегменте пассивной тёмной магии.
— Думаю, Хранилище пытается нам что-то сказать, — произнесла я.
— Как наблюдательно с твоей стороны.
Я повернулась в сторону голоса и обнаружила Гая Найта. Он стоял возле меня на крошечном квадрате перекрёстка, который увеличился, чтобы подстроиться под его присутствие.
— Ты часть этой метафоры? — спросила я у него.
— Нет, он действительно здесь и разговаривает с нами, — сказала мне Арина.
Гай улыбнулся.
— Верно.
— На самом деле, это он изначально заколдовал ваш пергамент, — сказала Арина. — Подсказку к гримуару Теи. И он оставил моё изображение на той странице.
— По большей части верно, — Гай не стал вдаваться в подробности.
— Каким-то образом он сумел получить доступ к видениям оттуда, где он находится, — Арина потыкала в него пальцем. Её рука не прошла сквозь него.
— Тогда он может дать нам ответы, которые мы ищем, — я повернулась лицом к мужчине. — Зачем ты послал мне все эти видения? И к чему эта метафора магии? Светлая, тёмная, активная, пассивная. В чём смысл показывать мне всё это?
— Пассивная магия. Так её назвали Бессмертные, когда они каталогизировали всю магию.
Это не отвечало на заданный мною вопрос, но Гая, похоже, это не волновало. На самом деле, он, похоже, намеревался сказать то, что уже запланировал сказать.
— Бессмертные назвали её «пассивной магией», потому что посчитали, что фраза «пожирающая магия» звучала слишком опасно и угрожающе.
— Очень интересно, — у меня складывалось чувство, что он к чему-то ведёт, но я понятия не имела, как много времени это займёт.
— Но «пассивная магия» звучит не слишком опасно и не слишком угрожающе, — продолжал Гай. — Это звучит податливо. Кажется, будто это не нечто злобное, не угроза.
— Действительно, — а что я ещё должна была сказать?
— Некоторые люди до сих пор называют это пожирающей магией, — сказал Гай. — Потому что магия, которую применяют пользователи пассивной магии, сводится к направлению магии, существующей вне них.
То есть, Бессмертные попытались изменить имидж магии.
— Это всё очень интересно, — сказала я ему. — Но как это связано с тем, что ты показываешь мне здесь?
— Сестринско-братские узы сильны, если они взращены надлежащим образом.
У меня складывалось такое чувство, будто я общаюсь с предсказаниями из печеньки.
— И Каллиста создала нужные условия, чтобы все вы сроднились. Она создала верный рецепт, — он как будто говорил о выпечке, а не о семье. — Посмотри на своих сестёр и брата.
Я посмотрела.
— Они — твои четыре всадника, по одному из каждого квадранта магии. Вместе они охватывают четыре вида магии. А ты, Леда Пандора, стоишь в центре всего этого.
— То есть, ты хотел, чтобы мои сестры и брат защищали меня? — спросила я.
Как Ава хотела, чтобы Белла защищала меня. Если так подумать, как во всё это вписывались планы Авы? Я собиралась задать этот вопрос, но тут Гай сбросил самую большую бомбу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Они призваны защитить не только тебя, но и ребёнка, которого ты носишь. Твоя дочь — это будущее. И ты стоишь на перекрёстке, Леда. Светлая магия. Тёмная магия. Активная магия. Пожирающая магия.
— Светлая, тёмная, активная, пожирающая, — пробормотала я, повторяя его слова.
Мне не понравился порядок, так что я его изменила.
— Светлая, пожирающая, тёмная, активная. ЛЕДА. (Light, Eating, Dark, Active = LEDA, в оригинале имя героини получается аббревиатурой этих слов — прим. пер.), — я разинула рот. — Леда. Это я.
Глава 23. Ужасные варианты будущего
Я попыталась переварить то, что показал мне Гай.
— Моя первая приёмная мать, Арадия, была одной из солдат Сони.
— Да, — ответил Гай. — До тех пор, пока Арадия не предала Соню.
— И Соня послала солдат, которые убили Арадию.
Он кивнул.
— Солдат Тёмных Сил.
— Арадия предала Соню из-за того, что Соня сделала с её подругой Теей. Теей, матерью Беллы. То, что случилось с Беллой, и то, что случилось со мной — всё это связано.
— Естественно.
— Кто придумал мне имя? — спросила я у него.
— Грейс.
— То есть, Грейс знала, что она на самом деле создаёт.
Он сложил ладони и улыбнулся мне. Видимо, я отошла от пути того, что он хотел мне сказать.
— Арадия знала обо всём этом? — я взмахнула рукой, указывая на четыре квадранта магии.
— Арадия знала лишь то, что ей нужно было знать.
— То есть, она знала только то, что ты ей показал. Ты манипулировал ею, — я нахмурилась. — И ты манипулируешь мной.
— Нет, не манипулирую. Я… оказываю тебе услугу, дитя. Я направляю тебя к твоей судьбе. Я защищаю тебя от тех, кто пытается сбить тебя с пути.
— Называй как хочешь. Ты остаешься идеально глухим, — сказала я. — Ты показываешь мне лишь то, что хочешь показать, чтобы подтолкнуть меня по пути, который ты для меня распланировал.
— Я не создавал этот путь для тебя, Леда. Это лишь то, что тебе всегда суждено было сделать.
Он пытался использовать большие драматичные слова, чтобы замаскировать реальность своих махинаций.
— Ты упустил из вида лишь одно, — сказала я ему. — Я мятежница. Если показать мне то, чего ты от меня хочешь, это лишь вызывает у меня желание не делать этого.
— Я в это верю, — он усмехнулся. — Но ты правда хочешь остановить планы Стражей. Ради твоей дочери.
По мне пробежал холодный озноб.
— Что станет с моей дочерью? Что Стражи планируют сделать с ней?
— У Стражей есть Пророчество.
— Пророчество о священной спасительнице, которая родится человеком с равной светлой и тёмной магией, — я цитировала то, что сказал мне Зейн. — Она будет наращивать свою магию по одной способности за раз, и однажды она нарушит баланс власти. Стражи… верят, что она вернёт баланс магии обратно к середине, к смешанной магии со светлыми и тёмными корнями. Они полагают, что спасительница — это убийца богов и истребительница демонов.
— Стражи не сказали Зейну всего, — ответил Гай. — Они не рассказали ему ту часть, в которой у тебя рождается ребёнок. И то, что именно посредством рождения этого ребёнка ты сбалансируешь магию.
Я положила руки на живот в оберегающем жесте.
— Но есть риск, Леда. Один путь ведёт к исходу, где Стражи получают власть и господство, всё, чего они когда-либо хотели. Всё, о чём они мечтали и что планировали. Однако другой путь ведёт к их полному уничтожению.
— Ну, полагаю, между властью и силой лежит тонкая грань, — прокомментировала я.
Каждый солдат Легиона проходил по этой грани всякий раз, когда пытался прокачать свою магию.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Будущее не высечено на камне, и потому Пророчество допускает несколько разных исходов, — сказал Гай. — Стражи давным-давно решили позволить тебе наращивать магию, пока ты не станешь ангелом и не родишь ребёнка. Затем они планируют уничтожить тебя.
